БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Украина Герои нашего времени

Чтобы воевать в зоне АТО, житомирскому таксисту пришлось... пикетировать Минобороны

8:00 2 августа 2014   10032
Эдуард Малеванный
Виолетта КИРТОКА, «ФАКТЫ» (Славянск — Краматорск — Киев)

48-летний Эдуард Малеванный добровольно ушел на фронт. 11-й батальон, в котором он служит, сейчас восстанавливает мирную жизнь в Краматорске и Славянске и помогает освобождать от террористов Лисичанск и Дебальцево

Это очень красиво, когда по дороге едет БТР с развевающимся над ним флагом Украины и сидящие «на броне» загорелые бойцы в камуфляже приветственно поднимают руки, а затем спрыгивают на землю. Как в кино. Но война на востоке Украины идет самая настоящая. Во время поездки в освобожденные города мне показалась, что выглядят они вполне мирно и что отсюда выгнали террористов и бандитов. Ведь по улицам Славянска и Краматорска уже ходит общественный транспорт, по вечерам включают освещение, восстановлена канализация, в супермаркеты завозят продукты. Исчезли жуткие блокпосты, которые сепаратисты воздвигали из огромных бетонных полукруглых блоков, мешков с мусором, арматуры. Тем не менее ситуация все еще остается напряженной.

«Наши саперы убирают найденные жителями растяжки, а они появляются снова, — говорит один из бойцов 11-го батальона, который сейчас занимается наведением порядка в этом регионе. — Да и наши блокпосты на дорогах, ведущих к горе Карачун, за которую шли ожесточенные бои, постоянно обстреливают. Сейчас на горе установили спутниковую антенну, чтобы люди могли смотреть украинское телевидение. Оставшиеся в городах под видом мирных жителей сепаратисты занимаются организацией бандитских формирований, чтобы нападать на украинскую армию. Их по-прежнему хорошо финансируют и помогают с вооружением и взрывчаткой. Мы постоянно их выявляем»…

И все же было заметно, как изменились жители Славянска за две недели. Интонации в разговоре стали мягче, отношение к журналистам и вооруженным солдатам спокойнее. На центральной площади, где весной происходили все основные события, цветут розы, на лавочках сидят пожилые женщины с внуками и молодые мамы с колясками. Ни от одного человека здесь мне не довелось услышать пророссийской риторики. Наоборот, люди с интересом брали привезенные газеты, среди которых были и два номера «ФАКТОВ», тут же начинали их читать.

«Не могу говорить за всех, но моя семья, мои знакомые, соседи по дому очень рады, что в нашем городе наконец-то устанавливается порядок, что нас охраняют украинские солдаты, — сказала женщина, гулявшая на центральной площади с внучкой. — Мы страшно настрадались, пока здесь хозяйничали вооруженные бандиты». На мое замечание, что сейчас вокруг тоже много людей с оружием, в бронежилетах, бабушка искренне ответила: «Эти пусть будут с автоматами. Мы их не боимся. Свое оружие на нас они не направляют».

Тем не менее в Краматорске, когда я попросила остановить машину, чтобы сфотографировать разрушенную девятиэтажку (в дом попал снаряд, из-за чего несколько квартир «съехали»), сопровождающий нас Эдуард, боец 11-го батальона, заметил, что лучше этого не делать: «Выстрелить могут из любого окна. Здесь, в Краматорске, гораздо больше людей, недовольных приходом украинской армии, чем даже в Славянске». А на следующий день военные сообщили: за ночь в Краматорске были сорваны практически все сине-желтые флаги.

Буквально на днях в Изюме, который уже давно считается тыловым спокойным городом, к нашим военным в магазинах подходили местные жители с предложением: «Сдавайте оружие, переходите на сторону России. Путин даст всем гражданство»

Опасности можно ждать откуда угодно. Но, признаюсь, когда сидела за спиной Эдуарда, страха совсем не испытывала. Именно такие военные вселяют уверенность в то, что мир в Украине обязательно наступит.

— Вернувшись после армии на «гражданку», пытался найти себя в мирной профессии, — говорит 48-летний житомирянин Эдуард Малеванный. — Работал бульдозеристом, трактористом, чинил музыкальные инструменты… Но все это не мое. У меня призвание другое. Я — военный. Осознав это, снова пошел в армию, стал десантником. Прошел три войны: в югославском Косово, Ливане и южноафриканской Сьерра-Леоне. Но последние годы, когда ушел на пенсию, работал таксистом. Еще во время службы подрабатывал в такси — зарплата маленькая, а семью кормить нужно. И вот жизнь заставила снова вернуться в армию.

Эударда, который в первые же дни после начала военных действий на востоке страны пришел в военкомат, брать не хотели. Возраст…

— Меня это страшно возмутило, — продолжает мужчина, поправив автомат. — У меня опыт, я ездил по миру с миротворческой миссией, знаю, что такое зачистка территории от террористов, а страна говорит, что пока не нуждается в моей помощи. Вместо этого брали молодых ребят, которые оружия в руках не держали, не умели вести себя в военных условиях. Считаю, погибших у нас могло быть меньше, если бы в первую очередь мобилизовали кадровых офицеров. Военный? Значит, обязан защищать Родину. У отставных офицеров есть тот опыт, который позволяет за две недели подготовить молодых ребят к военным действиям. А мы, считаю, потеряли три месяца и сотни солдат, чьи жизни были бесценными…

Сам Эдуард попал в батальон только после того, как с восемью такими же житомирскими добровольцами-отставниками пикетировал Министерство обороны в Киеве.

— К нам вышел заместитель министра, выслушал и тут же решил все вопросы, — продолжает Эдуард. — Он рассказал, что подполковник запаса Александр Гуменюк как раз формирует батальон, дал его телефон. Мы созвонились — и вот уже более двух месяцев работаем вместе.

— Все мои заместители — офицеры запаса, которые добровольно вызвались защищать нашу Родину, — добавляет командир батальона, которого подчиненные ласково называют Батей. Признаюсь, мне самой теперь легче обращаться к нему именно так, а не официально — Александр Леонидович. — Они не только помогли мне создать батальон, но также быстро и грамотно обучают мобилизованных ребят. У нас теперь есть группа зенитчиков, минометчиков. Бойцы понимают друг друга с полуслова. Но мы можем принять на службу еще рядовых. Поэтому все желающие могут связаться с нашим батальоном и служить под моим началом.

— Вы более месяца находитесь в зоне боевых действий. Раненые есть?

— К сожалению, два человека пострадали от осколков взорвавшихся мин. Растяжками же буквально напичканы трава, поля…

Кстати, в предыдущей статье я рассказывала о пшеничных полях, на которые местные фермеры не могли вывести технику. Приехав на Карачун в минувшие выходные, радостно отметила: урожай собран.

— Наши ребята разминировали поле, — говорит Эдуард. — Но знаю, что у этих же фермеров неприятность приключилась на другом поле — подсолнечниковом. Одна из растяжек взорвалась прямо под комбайном, он загорелся. Хорошо, что люди не пострадали. Но даже такие мелкие диверсии на руку бандитам. Они пытаются навредить в любой форме.

— По сравнению с теми горячими точками, в которых вы бывали, ситуация в Украине мягче?

— Что вы! Здесь все намного серьезнее. Люди, с которыми у нас долгое время были братские отношения, к которым мы ездили в гости, теперь ведут себя настолько бесчеловечно, что этого не передать словами. Не могу рассказать вам обо всем, что приходится здесь видеть. Но поверьте, это страшно…

Кстати, одна из пожилых жительниц Славянска в разговоре со мной сказала: «Так, как „дээнэровцы“ издевались над людьми, которые им не нравились, как стреляли по жилым домам из минометов, так фашисты себя не вели! Я знаю, о чем говорю, ведь Великую Отечественную пережила здесь же, дома»…

— Семья легко отпустила вас на войну? — спрашиваю Эдуарда.

— Жена знает, с кем живет, — улыбается мой собеседник (на фото), который выглядит настоящим богатырем: косая сажень в плечах, под два метра ростом. — Дочери 25 лет. Есть у меня и внук Данечка. Ему в сентябре будет четыре. Собираясь в армию, я сказал зятю: «Ты работай и заботься о семье, воспитывай сына, а я иду на войну за вас всех». Считаю, что так правильно. Молодым сейчас нужно поднимать экономику. А мы, те, кто умеет воевать, должны защитить мир в своей стране. Среди моих друзей и знакомых есть и такие, кто не понял моего порыва. Осуждают меня. Но это их дело. С родными созваниваюсь каждый день. В разговоре стараюсь не упоминать, где именно нахожусь. Жену волнует, как мое здоровье, хорошо ли кормят. А внук задает один вопрос: «Деда, когда ты уже приедешь?» Знаете, мы тут все стараемся по телефону меньше говорить, ведь враги вычисляют и наши номера, и номера членов семей. Знаю, что бойцам 95-й бригады звонили со словами: «Мы знаем, где живет твоя семья. Перережем ее всю». Очень не хочется подвергать опасности своих близких…

Задав в Интернете по поиску «11 батальон», я обнаружила статью о наших героических бойцах на российском сайте, посвященном никому не ведомой Новороссии. «Одним из новоиспеченных карательных формирований является «11-й батальон территориальный обороны». Вопреки названию, собранные в него неонацисты планируют не оборонять, а наступать сначала на Новороссию, а потом и на Россию. «Рабочее название батальона — «Киевская Русь». Наш лозунг — «Дойдем до Кубани», — хвастливо заявил пропагандистам хунты командир батальона Александр Гуменюк, уведомивший, что все каратели 11-го батальона — добровольцы». И далее — в таком же духе. Этот бредовый текст сопровождается настоящими фотографиями ребят батальона.

Хотя зерна истины здесь можно найти: многие бойцы действительно добровольцы, которые отлично владеют оружием. Но им важно не до Кубани дойти, а восстановить мир в Украине. Сами же командир и его заместители не обращают внимания на пропаганду врага. Некогда. У них слишком много работы.

Мы беседовали с Эдуардом, как и с командиром батальона, урывками. Тут, на Карачуне, все время кто-то отвлекает. Жизнь батальона идет по своему графику, и подолгу беседовать с приехавшими журналистами нет времени. Но за помощь и поддержку бойцы благодарны каждому. И переданные детские рисунки с письмами рассматривают долго, с увлажнившимися от слез глазами. Так что мы просим наших читателей: присылайте нам письма и рисунки своих детей, мы передадим их ребятам, которые вынуждены сейчас воевать. Кроме того, бойцам будет приятно получить послания и от женщин. Молодые девушки, которые ищут женихов, мамы, бабушки пишите своим защитникам. Им важно знать, кто находится у них за спиной.

— Знаете, здесь приходится заниматься не только военными делами, — говорит Александр Гуменюк. — Буквально на днях стало известно, что маме одного из бойцов требуется срочная операция на сердце. Мы кинули клич среди ребят, собрали деньги. Но сумма была недостаточной, чтобы провести замену клапана. Об этом я рассказал известному кардиохирургу Борису Тодурову, приехавшему с волонтерской миссией издательства «Мега-Полиграф». Он пообщался с сыном больной женщины, заверил и его, и меня, что лично проведет операцию, решит вопрос с ее оплатой. Вы не представляете, как я ему благодарен за такую помощь. По лицу моего подчиненного было видно, что ему стало легче. Ведь он теперь знает, что о его маме позаботились. Это очень важно.

P. S. Волонтеры снова собирают все необходимое для нескольких батальонов украинской армии, работающей в зоне АТО. Список вывешен в «Фейсбуке» на странице издательства «Мега-Полиграф». Лично передать деньги или купленное можно, связавшись с волонтером Анастасией Дов­быш по телефону (093) 941−84−00.

Фото автора

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

Если на стене одесской квартиры висит картина Айвазовского, то комната автоматически считается с видом на море!