БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Мир

Лукашенко боится дворцового переворота, но это не главная его проблема, — белорусский оппозиционер

8:00 23 мая 2019 2538
Александр Лукашенко

В конце мая в Минск из Москвы планирует приехать назначенный еще 30 апреля послом России в Беларуси Дмитрий Мезенцев. Такую задержку посол объясняет тем, что он пока еще является сенатором и 21 мая должен был присутствовать на заседании Совете Федерации РФ. Напомним, Мезенцев назначен вместо бывшего чекиста Михаила Бабича: говорят, требуя в разговоре с Путиным сменить Бабича, Александр Лукашенко в сердцах сломал стул.

Как говорил гоголевский городничий, «оно, конечно, Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?» Об этом, а также о том, возможна ли в Беларуси партизанская война, будут ли физически устранять Лукашенко, почему белорусский президент не любит назначать на ключевые силовые посты уроженцев Беларуси и многом другом в большом интервью «ФАКТАМ» рассказал заместитель председателя движения «За свободу», кандидат в президенты Беларуси на выборах 2010 года, бывший политический эмигрант Алесь Михалевич. Предлагаем читателям первую часть беседы.

— Последнюю встречу Лукашенко и Путина омрачила запущенная в трубопровод «Дружба» нефть с катастрофическим количеством хлорорганики, которая застопорила перекачку нефти и работу НПЗ Беларуси, а также задела и Запад, и Украину. Как вы думаете, это случайность или же осознанная диверсия, чтобы склонить Лукашенко к каким-либо действиям?

— Я, безусловно, уверен, что это не случайно. Но это не является каким-то целенаправленным действием для давления на Лукашенко. Думаю, это просто разложение общей российской системы, в том числе и системы промышленности, показатель общей ситуации экономического и экологического развития России. Это ударило по России, не только с точки зрения давления на Беларусь, это прежде всего ударило с точки зрения поставок на Запад. Потому что это очень серьезно подрывает доверие к России как к стабильному поставщику нефти. Это очень сильно ударило и ударит по России в будущем, в том числе в дальнейшей диверсификации поставок нефти внутри Европейского союза и так далее.

То, что это ударило по Беларуси — да, безусловно, поскольку на Мозырском нефтеперерабатывающем заводе большое количество оборудования вышло из строя. Но я не думаю, что это было целенаправленным давлением на Беларусь.

— То есть это просто совпало со встречей Лукашенко с Путиным в Китае?

— Да, думаю, что просто совпало. Но рано или поздно это должно было произойти, поскольку в России вся система работает из рук вон плохо.

— О китайском вояже Лукашенко, его якобы бросании стульями после встречи с Путиным и досрочном отъезде официальной информации практически нет — все ссылаются на какие-то источники, какие-то домыслы. Как вы думаете, что случилось в Китае?

— С уверенностью говорить, что случилось в Китае, сложно. Но уже достаточно продолжительное время идет давление на Лукашенко, с тем чтобы он ушел с должности, чтобы назначил себе преемника. Россия хочет иметь в Беларуси кого-то более сговорчивого. Также, естественно, в России разрабатываются варианты операций, как оставить Путина на следующий срок. И, безусловно, объединение Беларуси и России в одно государство с избранием Путина президентом общего государства — один из этих вариантов. И для Путина это был бы достаточно позитивный вариант, поскольку он уже взял на себя роль «собирателя русских земель». Поэтому можно предполагать, что китайская встреча — просто целенаправленная часть давления на Беларусь.

— Говорят, что в этом кратком разговоре в Китае Путин дал Лукашенко год, чтобы тот разобрался с делами перед возвращением к вопросу объединения в союзное государство, в котором Лукашенко якобы должен стать премьером. По вашему мнению, что сейчас будет делать Лукашенко: попытается уйти от этого союзного государства, заручившись поддержкой сильных союзников, того же Китая, Запада, Америки, у каждого из которых свои интересы в Беларуси, или же будет готовиться к объединению?

— Можно сказать, основная проблема в том, что «у пана атамана нема золотого запасу» — у Лукашенко просто нет денег для того, чтобы дальше содержать всю структуру экономики, которая в Беларуси сложилась. На серьезные реформы Лукашенко, естественно, идти не хочет, поскольку эти реформы… Ну мы видим, что в результате произошло в Украине, когда, например, было отменено дотирование коммунальных платежей (резкий рост тарифов привел к массовому недовольству населения, часть которого физически не могла оплатить «коммуналку». — Авт.)

Лукашенко сегодня работает по принципу: нам бы день простоять да ночь продержаться. Он всеми возможными способами откладывает максимально далеко вопрос объединения. И, естественно, у него есть полное понимание, что даже если ему премьерскую должность дадут — эта должность будет в системе, где его в любой момент за экономические провалы можно будет снять. А экономические провалы есть уже сегодня, их и создавать специально не придется.

— Все-таки он обратится за помощью к каким-то сильным союзникам или же будет просто пытаться додержаться, а там что будет?

— Он, безусловно, обращается и к Западу, и к Китаю. Но таких дотаций, какие в состоянии была обеспечивать Россия много лет «в обмен на поцелуи», — никто ни на Западе, ни в Китае не даст на таких условиях. Никто не будет дотировать Беларусь, поскольку кроме России ни для кого Беларусь не является значимым союзником и партнером. Поэтому обращаться-то он будет, но какие получит результаты? Можно предвидеть, что никаких серьезных денег ни от Запада, ни от Китая он не получит. Поэтому будет просто пробовать лавировать, балансировать и дальше делать так, чтобы экономика Беларуси хоть как-то выживала.

— Бытует мнение, что, пытаясь удержаться сейчас от поглощения Беларуси Россией, Лукашенко начал заигрывать с национально ориентированной оппозицией и опять будет репрессировать пророссийски ориентированную часть политикума…

— Будет, безусловно. С другой стороны надо помнить, что и эффективно выстроить отношения с белорусской оппозицией у него тоже не получается, поскольку есть принципиальные моменты, по которым он все равно не готов идти на уступки. Например, вопрос белорусского языка. На одном из последних заседаний он в очередной раз, скажем так, навредил белорусскому языку в виде своих там высказываний про дорожные знаки, например (На днях Лукашенко посетовал, что дорожные знаки и вывески на белорусском языке непонятны русскоязычным. — Авт.) Эта политика его — она тоже непостоянная. Можно сказать, «Остапа понесло». Его настоящая сущность все равно рано или поздно вылазит, и эффективно выстроить коммуникацию у него не получается.

— Взять те же Куропаты — недавний снос крестов, установленных в память о захороненных здесь жертвах НКВД…

— Да, опять-таки те же Куропаты: с одной стороны, вроде бы идет признание этого места национальным некрополем, а с другой стороны — уничтожение всего, что было сделано обществом. А мы должны понимать, что мемориал в Куропатах фактически был создан обществом на народные деньги с помощью тысяч волонтеров. И снос крестов — это фактически плевок в сторону оппозиции и в сторону независимого белорусского общества, в сторону интеллигенции. (По разным данным, в лесном массиве Куропаты на окраине Минска захоронено от 7 тысяч до более четверти миллиона белорусов, убитых в застенках НКВД в 1937—1941 годах. — Авт.). Для Лукашенко вообще важно показывать, что он контролирует ситуацию и в состоянии деморализовать общество. Деморализовать хотя бы тех, кого он может деморализовать. Поскольку с Россией у него это не проходит — он это делает хотя бы в отношении белорусского общества. Надо помнить, что сейчас это все происходит в преддверии очередных выборов, и для него очень важно очередной раз отыграть сценарий с 80 процентами. (Примерно такое количество проголосовавших за Лукашенко указывается каждый раз, когда объявляются результаты выборов президента Беларуси с 1994 года. — Авт.)

— И в этом свете — арест замглавы Совбеза Андрея Втюрина якобы за взятку, а по, опять-таки, непроверенным слухам — за его пророссийскую позицию и чуть ли не участие в заговоре с целью свержения Лукашенко…

— Я думаю, что будут и дальше наказания всех белорусских чиновников, которые несанкционированно контактируют либо с российским послом, либо с представителями Кремля. Это часть зачистки системы внутри, той ее части, которая в состоянии принимать какие-то решения и действовать на стороне России. Понятно, что такие люди за взятки не теряют свои должности, поскольку на каком-то уровне взятки в белорусской системе все-таки, можно сказать так, как бы разрешены. И, безусловно, отставка и уголовное дело против Втюрина — это демонстрация всем чиновникам, что никаких несанкционированных контактов с Россией Лукашенко не потерпит.

Читайте также: Лукашенко не доверяет даже собственным детям, — белорусский политик

Надо еще понимать один очень важный момент: долгое время Лукашенко специально не расставлял на ключевые должности силовиков людей, которые были рождены в Беларуси. Ведь по белорусской Конституции президентом может стать только человек, рожденный на территории Беларуси. И долгое время он рассаживал на эти должности людей, родившихся за пределами нынешней Беларуси. Например, министр внутренних дел Беларуси Игорь Шуневич родился на Донбассе, на территории современной Украины.

И думаю, что перед ним достаточно сложная задача: с одной стороны, он хочет видеть лояльных людей, а с другой стороны, он не хочет силовиков высшего уровня, которые могут его «подсидеть». (Тот же Втюрин, кстати, уроженец российской Пензы. Уже после развала СССР закончил Саратовское высшее военное командное Краснознаменное училище им. Ф.Э. Дзержинского внутренних войск МВД России. — Авт.)

— И о российских послах. Против недавно смененного посла РФ в Беларуси Михаила Бабича возмущалась в основном национально ориентированная оппозиция, и тут, в принципе, Лукашенко ее поддержал. Но, с другой стороны, ушел опасный чекист Бабич — пришел не менее опасный психолог Дмитрий Мезенцев. Чем это обусловлено и чем чревато для Беларуси? Поскольку Мезенцев, кажется, гораздо умнее и не такой прямолинейный. Победа это или все-таки поражение?

— В Беларуси Россия разыгрывает классический сценарий «хороший полицейский — плохой полицейский». «Плохой полицейский» Бабич сделал свое дело — он очень сильно испугал власть. Я думаю, что Лукашенко пошел на какие-то обещания в отношении Путина и в отношении России. Фактически Бабич сделал свое дело — он может уходить.

— То есть можно сказать, что это и не победа и не поражение, а продолжение выполнения путинского плана?

— Да, эффективное продолжение той игры, в которую Путин играет с Беларусью.

— По игре Путина: есть ли все-таки перспектива у союзного государства? Может ли Путин все же поглотить Беларусь и как поведет себя население Беларуси?

— Все мы понимаем, что союзного государства быть не может. Никакие реальные органы союзного государства, реально работающие наднациональные органы созданы не были. То есть Путин не в состоянии создавать какие-то наднациональные органы, он все равно будет работать в ручном режиме влияния. И союзное государство — это всего лишь прикрытие для возможного поглощения Беларуси, для того, чтобы Путин сконцентрировал власть уже в новом государстве в роли его президента.

А что касается общества — безусловно, белорусское общество будет сопротивляться и сопротивление будет, я думаю, достаточно сильным в случае поглощения. Но мы с вами все видим, что даже Украина не была готова к войне с Россией. И, безусловно, готовность Беларуси к полномасштабному конфликту с Россией крайне мала. Поэтому, если произойдет инкорпорация — это будет просто конфликт уже не территориальный, как в Украине из-за Донбасса, это будет просто долгосрочное сопротивление всего белорусского общества.

В Беларуси выросло поколение людей, которые привыкли к независимости и вообще не представляют, что может быть по-другому. В принципе, можно с уверенностью говорить, что независимость Беларуси для большинства ее населения — это ценность. И ни один социологический опрос не показывает значительного процента людей, которые хотели бы присоединения к России. Притом что, да, за интеграцию, за какое-то сотрудничество с Россией, безусловно, выступает очень много людей, но инкорпорация, прямое вхождение в Россию — эта идея в Беларуси крайне непопулярна. Впрочем, это не значит, что Кремль на это не пойдет, если это будет выгодно для России.

Ранее «ФАКТЫ» писали, что Лукашенко получил передышку, но попал в новую ловушку Кремля: что происходит между Минском и Москвой.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров