Аудитория одного номера газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 603 тысячи 730 человек (данные MMI Украина)
инсталляция Помада в Донецке

искусство вечно

Анна Медведева: "Нашу инсталляцию "Помада" в Донецке боевики разрушили огромным количеством взрывчатки"

Таисия БАХАРЕВА, «ФАКТЫ»

09.07.2015

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Ровно год назад сотрудники центра современного искусства «ИЗОЛЯЦИЯ» вынуждены были перебраться в Киев, где продолжили свою работу, став заметным явлением в художественной жизни страны

В июне 2014 года на территорию бывшего завода по производству изоляционных материалов в Донецке ворвались боевики. К тому времени предприятие уже давно не работало, а в его цехах разместились выставочные площадки центра современного искусства «ИЗОЛЯЦИЯ». Последний из экспонатов пал в конце июня нынешнего года. От инсталляции «Помада» — гигантской трубы с металлической помадой на верхушке — после мощного взрыва не осталось и следа.


*Знаменитая «Помада» была создана в 2012 году и посвящена женщинам Донбасса

— Недавно мы отметили две даты — пятилетие со дня своего основания и годовщину нашей работы в столице, — рассказывает «ФАКТАМ» директор программ фонда «ИЗОЛЯЦИЯ» Анна Медведева (на фото). — «ИЗОЛЯЦИЯ» родилась летом 2010 года в Донецке. Место своей прописки она не меняла четыре года — это завод по производству изоляционных материалов, закрывшийся после развала Советского Союза. Идея использовать заводы как арт-площадки не нова, она активно внедряется на Западе. Но в Донецке мы стали первыми. На самом деле многие из нас, стоявших у истоков «ИЗОЛЯЦИИ», не имели никакого отношения к творчеству. Просто мы были единомышленниками, людьми, понимающими, что в городе надо что-то менять. Ведь на место постсоветской культуры в Донецке ничего так и не пришло. Впрочем, не только в Донецке…

— Какую площадь занимала «ИЗОЛЯЦИЯ»?

— Семь с половиной гектаров земли, которую мы взяли в аренду. Завод находится в промышленной зоне Донецка, от центра километров пять. Дорога к нему была не протоптана. Но нас это все устраивало.

Надо отдать должное бывшему директору завода, который трепетно сохранял строения и инвентарь, несмотря на то, что цеха уже давно не работали.

— И как местные жители отреагировали на появление центра современного искусства?

— Первое время на наши мероприятия приходили всего несколько десятков человек, но уже через пару месяцев их были сотни. За четыре года мы стали одним из экскурсионных маршрутов для людей, приезжавших в Донецк. И, конечно, о нас знали местные жители. В конце концов, для многих мы стали альтернативой тому, как провести свободное время. Не пойти в магазин, кафе, пивную, а увидеть что-то интересное, познакомиться с новыми людьми. Через четыре года своего существования мы уже твердо стояли на ногах. На территории завода у нас было офисное здание, использовавшееся ранее как заводоуправление. Все остальное — выставочные пространства, бывшие цеха, превратившиеся в небольшие галереи. Помещения, где производилась минеральная вата, — а это огромные площади, — стали местом, где создавались скульптуры больших форм, инсталляции, проходила сварка. Цеха заработали по-новому. О нашей первой выставке еще долго вспоминали в городе.

— И какой она была?

— Мы провели презентацию работ американского художника китайского происхождения Цай Гоцяна. Проект назывался «1040 метров под землей» — та глубина, на которую спустился художник перед тем, как решил, что будет создавать. В результате появились две выставки — «Памятники на плечах» и «Колыбельные». Проект был посвящен шахтерам угольных и соляных шахт, его открытие состоялось на День шахтера, в конце августа. Это был такой альтернативный подарок мужественным людям, о которых редко кто вспоминал. Для создания «Памятников на плечах» Гоцян пригласил донецких художников, и они отправились на шахту. Художники делали зарисовки шахтеров, только что вышедших из забоя. Затем в цехах «ИЗОЛЯЦИИ» переносили рисунки на огромные холсты. Цай работает с порохом, используя его как сырье для «рисования». Когда картины были созданы, Гоцян с помощью сотни волонтеров вырезал портреты по контуру, засыпал туда порох и поджег их. Получилось завораживающее зрелище: порох взрывался, оставляя портрет с обожженными краями. В финале эти работы были выставлены в огромном ангаре, где с одной стороны была насыпь из угля, с другой — из соли. Как два плеча. На открытие мы пригласили шахтеров с их семьями. Они пришли нарядные, в белоснежных рубашках, с чистыми лицами — даже без пыли на ресницах. Когда увидели, с какой любовью сделаны работы, посвященные их нелегкому труду, многие не смогли сдержать слез…

— Что сейчас с этими работами?

— Портреты «Памятники на плечах» мы передали художнику в Нью-Йорк, как только проект закончился. А вторую часть — «Колыбельные» — хранили у себя. Это девять огромных вагонеток, на которых были развешены цветы, игрушки, противогаз — символ 1986 года, крест. Такой жизненный путь человека. Вагонетки раскачивались, как колыбельные. Над каждой был полог, на который проецировались кадры фильмов о Донецке. Эти вагонетки, весившие несколько десятков тонн, остались на захваченной территории. Но, судя по тому, что знаем мы — с завода сдано на металлолом практически все. Думаю, что вагонеток уже нет…

— Сколько экспонатов находилось в «Изоляции» к моменту захвата?

— Там оставались работы, которые создавались на территории завода и были его неотъемлемой частью. Основная, конечно, — гигантская «Помада». В 2012 году ее создал художник Паскаль Мартин Таю и посвятил женщинам Донбасса. Это была заводская труба, увенчанная металлической помадой красного цвета. Она была достаточно заметной и видной из многих точек города. Для промзоны это был такой жизнеутверждающий символ.

— Вы знаете, как она была разрушена?

— В конце июня боевики разрушили «Помаду» огромным количеством взрывчатки. Взрыв был хорошо слышен в ближайших домах. О случившемся нам сообщили знакомые, оставшиеся в Донецке. А в соцсетях мы нашли видео, подтверждающее, что работа уничтожена. Мы успели скопировать это видео, потому что на следующий день оно уже исчезло из Сети. На территории завода сейчас находится военная база боевиков, поэтому так просто туда не подберешься. Есть фото, сделанное издалека, на котором видно, что на месте «Помады» уже ничего нет. Думаю, боевики сделали это в погоне за металлом.

— Где вы находились, когда происходил захват «Изоляции»?

— Я в это время была в Киеве. Уже в мае прошлого года было понятно, что ситуация в Донецке становится очень напряженной. Помню, вся команда «ИЗОЛЯЦИИ» на Троицу выехала из Донецка в Киев, чтобы встретиться с нашими коллегами из других стран и решить, что делать с фондом. Это было 8 июня, а 9-го территорию завода захватили. Из наших сотрудников там никого не было. Охранники рассказывали, что им показали какую-то бумажку, где было написано, что завод надо сдать для нужд так называемой «ДНР» и что на этой территории разместится гуманитарная помощь из России. Но на самом деле там расположилась военная база, где тренируются боевики, пытают и убивают военнопленных. Прошлым летом известный киевский блогер поехал в Донецк и попал в подвалы завода, где раньше мы проводили выставки. Его пытали полтора месяца, потом каким-то чудом, после переговоров освободили. Когда мы встретились, он рассказал, что там происходило. Все, что можно было уничтожить, боевики уничтожили. Никакой гуманитарной помощи туда не привозили, подвалы только для военнопленных. А скульптуры на территории используются как мишени для тренировок боевиков.

— Чьи работы они расстреливали?

— Украинской художницы Маши Куликовской. Она делала слепки своего тела, превратив их в мыльные скульптуры. Работы были сделаны для того, чтобы в один день «умереть» — под влиянием дождя и снега со временем они растаяли бы. Это были слепки красивого женского тела в разных позах. Именно их с большим удовольствием расстреливали боевики… На территории завода был магазин — место, где можно было купить литературу по архитектуре, дизайну, живописи, и большая библиотека, собранная по всему миру. Со всем этим боевики повели себя как вандалы, разорвав и спалив всю литературу. Не пощадили захватчики и работу известного художника из Одессы — бетонные кольца, разрисованные в стиле граффити. Кольца имеют смысл, пока они составлены определенным образом. Композиция неподъемная из-за своего веса. Чтобы переместить кольца, мы вызывали специальный кран-погрузчик. А недавно на одной из фотографий, сделанных в Донецке, обнаружили, что кольца теперь используют для блокпостов! По сути, мы смогли эвакуировать лишь треть нашей коллекции. В основном картины.

— Вы договорились с боевиками?!

— В первый день, когда начался захват, нам удалось дозвониться на завод, и захватчики, после долгих раздумий, таки разрешили вывезти работы. Мы начали это делать, но потом что-то пошло не так, и вывоз прекратился. К тому времени в Донецке были захвачены администрация, телевидение и «ИЗОЛЯЦИЯ». Была еще надежда, что придет украинская армия и нас освободит. Но… Вы знаете, что произошло дальше. Думаю, из наших экспонатов не уцелело, увы, ничего. Кстати, боевиками, захватившими завод, руководил военный с позывным «Монгол». Охранники рассказывали, что многие из захватчиков были настроены пророссийски.

— Как вы устроились в Киеве?

— Все сотрудники «ИЗОЛЯЦИИ» теперь живут здесь. К сожалению, у многих не было даже возможности вернуться домой за вещами. «Изоляция» продолжает работу. Теперь мы располагаемся на территории Киевского судоремонтного завода. У нас есть проекты за рубежом и ближе к зоне АТО. Начиная с января, мы регулярно ездим в Славянск, Краматорск и Мариуполь. Сейчас в Мариуполе даже открываем свое небольшое представительство. Помню, мы ездили туда за неделю до второго минского соглашения. В те дни (24 января. — Авт.) микрорайон «Восточный» так обстреляли, что земля под ногами тряслась. Но страшно не было. Война выглядит страшнее со стороны. А когда ты находишься там — уже не боишься…

Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

- Почему закрыли казино? - Так они людей обирали до нитки. - Тогда почему налоговую до сих пор не закрыли?

Версии