Аудитория одного номера газеты «ФАКТЫ» является самой массовой в Украине — 603 тысячи 730 человек (данные MMI Украина)
Валерий Маренич

Таланты и поклонники

Валерий Маренич: "Гастролировавшие в Канаде три коллектива "Трио Маренич" к нам они никакого отношения не имели"

Ольга СМЕТАНСКАЯ, «ФАКТЫ»

30.03.2017

Размер текста: Абв  Абв  Абв  

Легендарный исполнитель впервые за много лет собирается выступить в Киеве

В 1970—1980 годы слава «Трио Маренич» была всесоюзной. Валерий Маренич и сестры Антонина и Светлана Сухоруковы покорили сердца миллионов слушателей исполнением украинских песен. Хорошо знали коллектив и за границей. Но вдруг музыканты исчезли с большой сцены. Ходили слухи: мол, все из-за того, что пытались бежать в Канаду. Но и после падения железного занавеса артисты прежнюю деятельность не возобновили — легендарный коллектив распался, Антонина и Валерий развелись. И вот новость: 5 апреля народный артист Украины Валерий Маренич выступит в киевском Доме актера со своей новой программой «Соло с гитарой и губной гармоникой».

В эксклюзивном интервью «ФАКТАМ», данном впервые за многие годы, легендарный солист, ныне живущий в Луцке, рассказал о малоизвестных страницах своей биографии.


*"Трио Маренич" было популярно не только в Украине, но и за ее пределами

— Валерий Петрович, публика с нетерпением ждет встречи с вами. Когда же вы последний раз выступали в Киеве?

— Это было давно. Однако многие ли задавались вопросом: где Валерий Маренич и почему мы его не видим и не слышим? Или он улетел в космос и обитает на другой планете? Почему не выступает во Дворце «Украина»?

— Но, кажется, лед тронулся?

— Хотелось бы надеяться. Знаю, что депутаты Волыни подняли вопрос о присуждении мне звания Героя Украины.

— Какие песни собираетесь исполнить на концерте в Киеве?

— Зал всегда поднимается, когда я пою «Чом ти не прийшов?» Конечно же, исполню и всеми любимые песни «Тиша навкруги» и «Маки червонi». Последнюю песню очень любил мой отец. На концерте я сам себе буду аккомпанировать на гитаре и губной гармонике, которая по-польски называется органка. Мне было девять лет, когда впервые сыграл на ней. Увидел ее в руках у военного, который привез инструмент из Германии. Дело было в парке. Он заиграл, а я стоял и слушал волшебную музыку. Смотрел на инструмент жадными глазами. Я тогда учился в музыкальной школе по классу кларнета. Незнакомец спросил: «Хочешь попробовать сыграть?» Я взял органку и исполнил вальс… И в этот же день увидел такой инструмент в магазине.

— В комиссионном?

— Нет. Органка была абсолютно новая. В Советский Союз в продажу тогда поступали музыкальные инструменты из Германии. Я прибежал домой и стал просить бабушку, чтобы она дала мне 30 рублей на ее покупку. Это были огромные деньги! Но бабушка, увидев в моих глазах слезы, выделила мне нужную сумму. Я начал играть прямо в магазине и, едва выйдя оттуда, сразу же стал подбирать мелодии.

— Откуда же у вас такие способности?

— Думаю, это Богом даровано. Музыка мне была всегда интересна. Мой отец работал токарем, играл в заводском духовом оркестре на баритоне, а мама пела в филармонии.

— Вы мечтали стать певцом?

— Нет. В детстве хотел стать разведчиком. А еще мы с другом мечтали, что, когда станем взрослыми, купим себе много-много воды «крем-сода» и напьемся вдоволь. Так эту воду любили, что могли выпить по пять стаканов. С детства очень люблю животных. И сейчас вот кормлю своего песика. Он уже стар. Атлон (так его назвал сын Богодар) — мой куцехвостый друг и первый слушатель.

— Вы верите в судьбу?

— Знаете, я написал песню, в которой есть такая строка: «Ми слiпо вiрим в чудеса». Думаю, существует господин Случай. У меня был товарищ — известный певец Дин Рид. Он мне рассказывал вот какую историю. Шел с гитарой по автобану, однако ни одна машина не останавливалась. И вот, наконец, его согласился подвезти водитель кабриолета — автомобиля с открытым верхом. Дин Рид сел в попутку и стал что-то напевать. И вдруг водитель сказал, что он продюсер и… возьмет его на работу.

— Просто чудо. А в вашей жизни случались чудеса?

— Да. На пике популярности наш коллектив едва не сожгли, но, к счастью, этого не произошло. На день мелиоратора мы должны были выступать в Беляевке под Одессой. Так вышло, что нас задержали на Одесском телевидении. Опаздывая, нервничали. А когда подъехали к клубу, он… уже догорал. Если бы концерт начался вовремя, погибли бы и мы, и сотни зрителей, ведь в помещении, как потом выяснилось, был только один выход.

— Кто же и зачем мог такое устроить?

— Рассказывали, что перед концертом какие-то двое, услышав в кассе, что билетов на Мареничей нет, отреагировали весьма неожиданно: «Нет билетов? Ну, мы вам тогда устроим концерт!» К счастью, никто не пострадал — зрителей еще не запустили в зал, а сотрудники клуба успели его покинуть. К слову, концерт мы тогда провели. Выступали в полевых условиях на двух бортовых машинах. Антонина после этого выступления от стресса практически потеряла голос. Пришлось даже обращаться к врачам.

Чуть не погибли мы и в Казахстане. После выступления нас чуть не замело снегом. Начался буран, мотор в автобусе вдруг заглох, мы могли замерзнуть. Люди испугались. Кто-то начал говорить: надо ждать — нас найдут. А я скомандовал всем взяться за руки и идти «с песней по жизни». Шли мы по полю наугад — ничего не было видно. И вдруг вдали я рассмотрел огонек. Он стал нашим ориентиром. Там располагалась военная точка. Таким вот образом сработала у меня интуиция. Мы шли, и нам было жарко, а если бы сели, — это конец. В бригаде — и артисты, и костюмеры, и реквизиторы… Я за всех взял ответственность на себя. Наверное, у каждого бывает в жизни момент, когда неожиданно приходит решение, когда выручает Всевышний.

— Слава — удел избранных. Как вы ее ощущали?

— Каждый концерт — для меня не только праздник, но и большая ответственность. Вспоминается выступление в Болгарии на корабле. Внезапно поднялся шторм. Корабль начало сильно качать, а у нас запланирован концерт. Я стою у микрофона с мокрой спиной и думаю: «Сейчас так шуранет, что мы повылетаем». А борт корабля ведь высокий. Я себе представил, как придется лететь — долго и нудно (смеется). Но, к счастью, обошлось.

— Наверное, вы объездили полмира?

— Я был в Германии, Англии, Канаде, США… Вспоминается поездка в Чехию. Я сел в поезд и заснул. Проснулся, слышу немецкую речь. Пассажиры, в основном молодые мужчины с рюкзаками, начали выходить из вагона. И я со своим рюкзаком вышел на перрон и как-то слился с группой этих ребят, которые, по всей видимости, были спортсменами. И вдруг смотрю: встречающий их человек всех пересчитывает — и меня заодно! Я вдруг испугался — без соответствующих документов оказался на территории Германии. Сел в поезд — и назад. Все ведь могло закончиться совсем несмешно.

— Читала, будто бы в США вы везли с собой мешок сала. Так любите его?

— Было иначе. Я взял с собой три буханки хлеба и угостил им живущих в Америке выходцев из Украины. Жена одного из эмигрантов нарезала его тонко-тонко и раздала каждому по кусочку. Я поинтересовался, почему ломтики такие тоненькие. Она ответила: «Вам это трудно понять, а для нас — это хлеб с родины».

— А что вы обычно привозили из-за границы? Слышала, что у вас до сих пор есть немецкий автомобиль «Трабант»…

— Вы видели «Запорожец»? «Трабант» — похожая машина, которая производилась в ГДР. Она стоит сейчас у меня — ни взад ни вперед. Запчастей нет, бензин дорогой. А «Волгу», которую я брал через Спорткомитет и которая стоила в свое время 12 тысяч рублей, у меня украли еще в 1990-е. Остался только техпаспорт. Мечтаю, чтобы почитатели моего таланта подарили мне «Жигули» на газу или какую-то другую машину, ведь сейчас я езжу на велосипеде.

— Читала, что несколько лет назад вы оказались в непростых бытовых условиях, якобы обитали в малопригодном для жизни полуподвальном помещении.

— Я поселился со своим песиком в старой развалюхе — фактически это нежилое помещение. А до этого мы с сыном, Антониной и ее сестрой Светланой жили в трехкомнатной квартире — в своего рода коммуналке. И вот я получил на девятом этаже однокомнатную квартиру, у меня есть ордер, я в ней прописан, но никак не могу ее приватизировать. Эта история длится уже больше трех лет. В приватизации мне отказывают: мол, не положено, так как я уже однажды приватизировал жилье (имеется в виду трехкомнатная квартира). Но, не приватизировав квартиру, я даже не могу ремонт в ней сделать. Сдана она была, как говорится, с голыми стенами. Нужно их штукатурить, на пол положить хоть какой-то линолеум. Надеюсь сейчас провести концерты и что-то заработать…

— Откуда же появились слухи, будто Мареничи собрались эмигрировать в Канаду?

— Считаю, что это разработанная против нас диверсия. Любого человека могут очернить.

— Так у вас даже мыслей не было уехать навсегда за границу?

— Если бы хотел, уехал бы. И в Америке, и в Канаде у меня было много друзей. Я получал предложения остаться и работать в Югославии. Но для меня это было несерьезно. Может, за границей лучше и богаче, разнообразнее еда и дороги отличные, но, понимаете, там все иначе. Например, совсем иное понимание дружбы. Да и не только. Я люблю свое и счастлив, что живу на родине, а не на чужбине. У меня, кстати, и песня на слова Нины Горик есть этому посвященная — «Без адреси». В ней есть строки «Як же я без тебе мiг, мамо-батькiвщино?» Когда ее пою, люди плачут. Жизнь одна. В ней бывают взлеты, падения, переломы… И у меня в последние годы были критичные моменты. Не знаю, депрессия это или нет, но порой даже появлялось желание уйти из жизни добровольно. К счастью, встретил женщину, которая все это переменила. И многие люди мне сказали: «Не имеешь права. Ты должен еще проехать со своими песнями по Украине».

— И жизнь обрела новый смысл?

— Можно и так сказать.

— С женой Антониной вы разошлись. Но не было ли у вас мыслей о том, чтобы возродить трио? К примеру, в легендарном квартете «ABBA» Бенни Андерссон и Анни-Фрид Лингстад, а также Бьорн Ульвеус и Агнета Фельтског расстались и перестали вместе работать, но не так давно решили воссоединиться для подготовки нового цифрового музыкального проекта.

— Артисты — люди эмоциональные… Чего только не бывает. К слову, слышал, что только в Канаде гастролировали три коллектива «Трио Маренич». Хотя к нам они никакого отношения не имели.

— Невероятно.

— Расскажу и вот какую историю. Знаете ли вы, что фамилия Маренич — одна из самых распространенных в Словакии? Как-то в этой стране я выступал в городе Снына на фестивале родственников, которые, чтобы увидеться друг с другом, съезжаются со всего мира. И вот выходит завклубом и представляется мне: «Ирэна Маренич». «И я Маренич», — отвечаю. Она пристально посмотрела на меня и говорит: «Сейчас я обращусь к залу: кто имеет фамилию Маренич, встаньте». Поднялся почти весь зал!

— Судьба подарила вам встречи с выдающимися артистами. Многих из них уже нет. Общение с кем было особенно теплым?

— Я знал почти всех звезд всесоюзного значения, и они меня знали. Это Юрий Тимошенко и Ефим Березин, Андрей Сова, Анатолий Литвинов… Помню, как поздравлял Андрея Сову с днем рождения. У него уже в то время отнялись ноги и он на коляске ездил по дому. Я долго думал, что ему подарить. С трудом раздобыл для него дефицитнейшую в то время огромную банку маслин. Протянул имениннику и увидел слезы. «А откуда ты узнал, что я их очень люблю?» — спросил Андрей Корнеевич и дал команду, чтобы эти маслины высыпали в самую большую миску. А потом обратился ко всем гостям, чтобы подходили и угощались.

— О чем вы мечтаете сегодня?

— Хочу проехать со своими концертами по всей Украине. Да и по другим странам мира, где выступал раньше.

P.S. За помощь в организации интервью «ФАКТЫ» благодарят продюсера Семена Рубчинского.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter

Загрузка...
Загрузка...
Новости партнеров

Загрузка...

Мы часто говорим: «Будет что в старости вспомнить!» А в старости... опа — склероз!

Версии