Происшествия

Актер Олег Треповский: «Счастье -- это когда у твоего ребенка ничего не болит»

0:00 16 ноября 1999   1629
Актер олег треповский: «счастье -- это когда у твоего ребенка ничего не болит»
Валентина КАЙСТРО специально для «ФАКТОВ»

С возвращением в Национальный академический театр имени Леси Украинки М. Ю. Резниковича мощно развернулось направление нового (хорошо забытого старого) театра -- театра психологического. Соответственно возник и новый герой -- ищущий, остро реагирующий на события внутренней жизни, способный рефлексировать и затрачивать духовный потенциал.

«Молодые годы короля Людовика XIV», «История одной страсти», «Тойбеле и ее демон» в постановке М. Ю. Резниковича -- далеко не полный перечень спектаклей, центральные роли в которых, придя в театр со студенческой скамьи, сыграл тогда еще совсем юный, а ныне заслуженный артист Украины Олег Треповский. Его актерский путь -- это путь героя психологического.

«Хочу сварить свой борщ!»

-- Олег, в Театре имени Леси Украинки ты работаешь седьмой сезон. За это время изменилось что-нибудь для тебя?

-- Человек не может сразу ощутить изменения. Можно, конечно, много и красиво говорить о поисках и смысле жизни… Как правило, в интервью все хотят выглядеть лучше, чем они есть на самом деле. Так и хочется спросить: «Милый, что ж ты такой гладенький, умненький, вылизанный?» Обычно такие «откровения» изобилуют чужими текстами. Нет, чтоб попробовать без вранья!

-- Давай попробуем, если не страшно…

-- Разговаривала со мной недавно барышня из какой-то тюремной газеты…

-- О Господи…

-- Да! В тюрьму привезли видеокассеты с записями наших спектаклей. Заключенные -- тоже люди, между прочим! А после просмотра их спросили, с кем бы из актеров они хотели пообщаться. Говорят: «Людовика давай!» (спектакль «Молодые годы короля Людовика XIV», Людовик -- О. Треповский. -- Авт.) И в итоге барышня мне говорит: «Ты лукавишь! Все, что ты рассказал о себе, слишком просто, у актеров все по-другому». Почему по-другому? Я так же, как все люди, ем хлеб, хожу в магазин, пью водку, вернее, пил… И крепко, между прочим… Актер -- не человек, что ли?

-- А трудно быть актером?

-- Трудно быть человеком. Вообще трудно — б ы т ь…

-- Ну как же, а актерские «муки творчества»?

-- Слушай, ты когда хочешь сотворить, например, борщ -- думаешь о муках? Не знаю, ну, маникюр испорчу, от лука слезы потекут?.. Ты ведь хочешь его сварить, верно?

-- Ну…

-- А я хочу сварить свой борщ, понимаешь? У меня свои луковые слезы. Трудно, не трудно -- просто дело надо свое хорошо делать, независимо от того, актер ты, президент или дворник. Это утопия, конечно, то, что я сейчас говорю. Но мы все живем нынче в полном бреду, вообще непонятно, что происходит… Включил телевизор -- получил порцию дерьма, раскрыл газету -- получил следующую порцию. Обо всем, что происходит сейчас, читать и знать сил уже нет.

-- Но это наша жизнь, кто ж виноват, что она такая?

-- Ну да, извечные вопросы -- «кто виноват?» и «что делать?» Я недавно посмотрел передачу «Монологи» с участием замечательного писателя Бориса Васильева. Он хорошо сказал: «Крепостное право в России отменено всего 150 лет назад, психология у народов все еще рабская и зависимая». Так кто виноват в том, что мы -- рабы? Сами и виноваты. А туда же -- кричим: «Мы -- Европа!» Посмотришь из окна театра: все плиткой выложено, Париж… а зарплату вовремя не платят! Как это называется? Геноцид -- как нации, так и культуры в том числе.

-- А между тем твоя профессия предполагает зависимость…

-- А кто у нас может себе позволить быть независимым? Президент? Ага, как же! Нужны прежде всего внутренняя независимость и свобода. Кто-то приходит к этому ощущению через Бога. Я, к сожалению, пока не знаю, что это такое, -- я безбожник, Фома неверующий. Но я верю, что указать дорогу правильную возможно только личным примером. Сейчас все кричат о том, что у нас время выбора… Это пустые слова -- оправдание эгоизма человеческого… Выбора не будет, если ты будешь думать не только о себе, но и о том, кто рядом. У меня сын недавно родился -- Арсений. Вот утром просыпаешься -- уже выбор: пойти с ребенком погулять или поспать подольше. И что я выберу, как ты думаешь, если я не даун, конечно?.. То-то!

Мы все привыкли сваливать наши беды на «дядю» за окном -- как все плохо! Ты на себя вначале посмотри, а потом на «дядю»! Я сейчас пытаюсь взглянуть на себя глазами собственного сына, неприглядная очень картинка получается, между прочим… Мне кажется, каждый должен в первую очередь глазами своих детей на себя смотреть. Вот и весь выбор… Ведь все, что в человеке есть, все хорошо, нужно только направить это во благо. Человек изначально хочет, чтобы вокруг все менялось, а сам бы он прежним оставался. Так не бывает. Нельзя, например, кричать на всех углах, что любишь театр и не до конца этой любви отдаваться, а при этом хотеть, чтобы тот же театр отдавал нам больше, чем мы ему. В любых вещах нужно начинать с себя. Вот у нас у служебного входа надпись: «Театр нужно любить, даже если он недостоин этой любви». И что тут можно добавить? Любовь должна быть деятельной.

«Не только актер, но и зритель должен быть талантлив… «

-- В некоторых актерских кругах сложилось мнение, что в вашем театре трудно выжить…

-- Трудно выжить в любом театре. С моей точки зрения, для актера в нашем театре условия идеальные и тепличные. Только дело свое честно делай. Хотя, наверное, каждому актеру нужен свой режиссер. Мне в этом смысле повезло: если бы не Резникович, то я не знаю, что со мной было бы… Тут дело в другом: не только в нашем, в любом театральном коллективе тяжко нравственно выжить. Мне трудно совместить все то, что есть в моем персонаже, со своими личными качествами, донести все это до зрителя, не расплескаться. И тут уже нужны единомышленники… Есть у нас в театре такое выражение: «Против кого сегодня дружим?» Вот когда есть «против кого», сразу море единомышленников. Я вот подумал: когда у человека несчастье случается -- толпа сочувствующих. А когда радость, мало кто с ним радуется так же, как он. Почему же для того, чтобы объединиться, обязательно горе нужно? Друг познается в беде… Почему же мы все в беде только и познаемся? Должна обязательно беда молотком по голове бабахнуть, чтобы люди вспомнили, что они -- люди?! Поэтому в театре основная радость -- это сцена. Это вообще удивительное место, где надо играть, если, конечно, зритель талантлив…

-- Подобное вообще-то об актерах говорить принято.

-- Анатолий Эфрос хорошо сказал: «Не только актер должен быть талантлив, но и зритель должен быть талантлив»… Не просто пришел, деньги заплатил, развлекайте меня… Зритель должен приходить в театр подготовленным. Другое дело, что в основной своей массе многие театры сейчас развращают зрителя бездумными спектаклями. Но есть и обратная связь -- все воздается. Мне кажется, что наш театр, наши спектакли заставляют зрителя думать, затрачивать КПД души. Зрителя не надо поучать, это вызывает отторжение. Не знаю, плохие ли, хорошие ли московские каналы ТВ, но я смотрю их с удовольствием. А переключаешь на УТ, и так грустно становится. Наше телевидение в основной своей массе либо поучает, либо находится в состоянии «осетрины второй свежести». Зато опять же: европейские каноны… Смех и грех! Мне это напоминает анекдот о «новом русском».

-- Какой анекдот?

-- Запись в дневнике «нового русского»: «Сегодня на ночь снова читал пейджер. Много думал».

Хватит уже зрителя заставлять думать над чтением пейджеров! Нужно самим актерам на сцене немножко думать. Я не понимаю слова «работа» в применении к нашей профессии. Это служба, СЛУЖЕНИЕ, если хочешь. Все, что я делаю, безусловно, должно работать на театр, а я должен ему служить. Иначе все мои духовные искания на сцене мертвы. Вот у нас недавно был вечер, посвященный 200-летию Пушкина. Я прикоснулся к его творчеству и ужаснулся, что моя душа не находит должного отклика! До какой же степени мы все заскорузлые, черствые, что ли! Значит, какие-то социальные вещи мы понять можем, лозунги, окна РОСТа… Попсу «Мама, шика дам!» тоже можем… А как только душу затратить чуть нужно, душевные движения разбудить -- извините! Это слишком тяжело… Я в шоке был: понял, насколько я жалкий человек!

-- Ты не боишься признаваться в этом себе?

-- Знаешь, в спектакле «История одной любви» героиня говорит: «Человек должен познать себя и ужаснуться. А потом простить, чтобы жить дальше»… Сейчас вообще с душевными движениями туговато. У нас почти нет людей, которые могли бы повести за собой. Данко у нас нету! А Данко что сделал? Сердце вырвал… А кто сейчас сердце рвет? И я такой же, между прочим… Вот сейчас всюду компьютеры… Стоп! Я правильно прошу понять меня -- я не против техники! Я против технического порабощения, прошу отметить! Но можно ли себе представить, что «Я люблю вас… «Пушкин на компьютере набирал?

-- Время другое…

-- Но человек-то всегда одинаков! Обязательно нам нужен столб, чтоб ему молиться. Раболепие системе подменили раболепием технократии. Вылезли из пещеры, сели за компьютер… Энгельс говорил, что обезьяна сошла с ума и стала человеком. Но он, наверное, не предполагал, что следующим сумасшедшим будет человек. Я, конечно, не Энгельс, но мне кажется, что человек сошел с ума и превратился в толпу.

-- Так или иначе, но ты работаешь, ой, прости, служишь этой толпе. И если ты мне будешь рассказывать, что такая вещь, как популярность толпы, тебе не важна, то…

-- Не надо делать из человека стадо. Конечно, хочется славы и популярности. Для актера это совершенно естественные вещи. Но есть популярность Верки Сердючки из «СВ-шоу» и есть популярность Сергея Юрского. Популярности «СВ-шоу» я бы стыдился, популярности Юрского завидую белой завистью. Уважающий себя человек никогда не будет пользоваться дешевыми трюками бабочки-однодневки. Для меня популярность -- это прежде всего масштаб личности, потенциал духовности человека, его способность даже в толпе оставаться самим собой. Актеры ведь внутренне очень одинокие люди. Может быть, это и хорошо. Одиночество в нашей профессии должно присутствовать всегда. Но, Боже упаси, не компенсироваться вниманием стада -- тогда такому актеру недолго оставаться актером. И это счастье, что наш театр пока еще сохраняет человеческое лицо…

-- Ты счастливый человек?

-- Знаешь, я совсем недавно понял, что такое счастье. Оказывается, это так просто. Счастье -- это когда у твоего ребенка ничего не болит.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

Исаак Соломонович был в прекрасной спортивной форме. Правда, она... не застегивалась у него на животе.