ПОИСК
Події

75-летний сельский учитель покинул свой просторный дом и ушел жить в лесную землянку, чтобы никто не мешал ему… Разводить коров

0:00 1 жовтня 1999
Защищая свою собственность от регулярных набегов пришлых разбойников, он застрелил одного из них из нагана времен войны. Прокурор намерен просить суд… о снисхождении к старику

Деда Миколу многие считают странным, справедливости ради нужно сказать -- не без оснований. Старик лет двадцать живет один, причем не в своем доме, а в лесной землянке. Основное занятие бывшего школьного учителя -- разведение коров. Количество их порой достигало огромных размеров. И все же, в селе никогда не бывает бывших учителей. Именно поэтому к Николаю Дмитриевичу односельчане относятся с глубоким почтением и прощают ему необычный образ жизни. Сейчас же, когда со стариком стряслась беда, почти все жители села готовы встать на его защиту.

Счастье было недолгим

Николай Дмитриевич с детства был человеком увлеченным. Семилетним мальчишкой увидел, как старшие школьники с помощью увеличительного стекла подожгли бумагу, и это настолько поразило маленького Миколку, что он целый день потом ходил по пятам за ними и спрашивал, как такое могло получиться. «Подрастешь, пойдешь в школу, и там узнаешь,» -- отвечали ребята. Николай Дмитриевич вспоминает, как уже в школе, с нетерпением ждал, когда учителя расскажут на уроке, каким образом от стеклышка загорелась бумага, а потом, не выдержав, начал спрашивать об этом «феномене» у всех подряд. «Да ты и не поймешь ничего еще, -- ответил ему как-то школьный физик. -- Наберись терпения до пятого класса, а там, когда будем проходить оптику, я тебе все и расскажу». «Не могу больше терпеть, -- по-взрослому сказал мальчик. -- Рассказывайте все сейчас». И учитель сдался. Объяснил процесс прохождения солнечного луча сквозь линзу и попросил повторить, чтобы убедиться, понял ли. К его удивлению, мальчик тут же без запинки пересказал все учителю и убежал. Правда, потом, едва не устроил дома пожар, спалив почти все газеты, которые попались ему под руку.

С того времени Коля решил, что обязательно станет физиком. По физике и по астрономии у него были лишь одни пятерки. По остальным предметам случалось всякое. Ведь село есть село, нужно и маме помочь по хозяйству. Возможно, еще в детстве, когда маленький Миколка в свободное время ходил к колхозным пастухам на пастбище, у него появилась еще одна страсть -- коровы.

Шли годы, и вот, окончив в трудное послевоенное время педагогический институт, Николай Дмитриевич вернулся в родное село школьным учителем физики и астрономии. Встретил девушку своей мечты и зажил с ней счастливо. К сожалению, это счастье не было долгим. Его жена умерла еще молодой. Детей у них не было. Николай не начал выпивать, как это делают некоторые в подобных ситуациях, но, убитый горем, он очень изменился и все дальше отдалялся от людей. Сколько раз потом предлагали ему связать свою судьбу с другой женщиной -- наотрез оказывался, хотя недостатка в невестах не было.

Количество коров Николая Дмитриевича достигало и семи десятков

Еще работая в школе, Николай Дмитриевич стал разводить коров. Сначала оставил себе одну новорожденную телочку, несмотря на уговоры соседей продать ее, потом и другую. Молока школьный учитель не пил, да и не для молока ему нужны были коровы -- никого, даже самых близких друзей, он не посвящал в свои планы. Кое-кто начал искоса поглядывать на односельчанина, мол, что, ему больше всех нужно? Коров не доит, сдает на мясо, деньги для чего-то копит. Ох уж эта людская зависть! Именно из-за нее и не смог осуществиться план Николая Дмитриевича, как можно больше скопить денег. Первый опыт частного предпринимательства школьного учителя пришелся на то время, когда считалось, что богатым быть неприлично. При странных обстоятельствах умерла последняя корова, дававшая приплод, и бизнес был временно приостановлен.

Выйдя на пенсию, он вновь вернулся к своему занятию. Благо, времена наступили другие. В моду входило фермерство, и Николай Дмитриевич купил в совхозе двух коров. Теперь ему уже никто не мешал, и через некоторое время поголовье сначала удвоилось, потом утроилось… Когда коров набралось целый десяток, дед Микола вдруг принял неожиданное решение: покинул свой просторный дом, где и по прошествии многих лет все напоминало ему о покойной жене, и ушел со своим стадом в лес. Он поселился в землянке возле железной дороги и стал, как бы отшельником, за что и получил соответствующее прозвище.

Обставил новое жилище Николай Дмитриевич по-спартански. Кровать, теплое одеяло, самодельный столик и табурет -- вот и все его убранство. Правда, есть еще книги -- несколько в землянке, остальные хранятся дома, куда отшельник заходит редко. В основном, дед читал фантастику: Ефремова, Казанцева, Желязны, Лема… Николай Дмитриевич уверен, что будущее физики и астрономии можно определить по литературе фантастического жанра. Он по-прежнему увлекается физикой. Неизвестно, как он, не имея возможности ни слушать радио, ни смотреть телевизор, узнавал обо всем новом в любимой для него отрасли науки. Рядом с фантастикой в землянке соседствуют новые учебники и справочники по физике и астрономии.

Нет, Николай Дмитриевич не окончательно ушел из мира в свою землянку. Он иногда заходил в школу, беседовал с учениками и преподавателями. Несколько раз даже проводил уроки в старших классах. А когда в селе возникла необходимость приобрести новенький комбайн, активно участвовал в сборе средств на его покупку. Хотя, многие удивлялись: кому-кому, а деду Миколе комбайн не нужен. Уж очень он стал походить на кочевника, которого ничего не привлекает в земле. Ведь только и делал, что выращивал и сдавал на мясо коров. Кстати, паслись они где попало, без надзора, доставляя односельчанам немало хлопот.

Поголовье коров деда Миколы увеличивалось с каждым годом. Однажды кто-то из односельчан для интереса посчитал, сколько их уже в стаде и был поражен. Более семи десятка буренок паслись возле землянки старика. «Зачем тебе столько?» -- удивился. «Мне семьдесят лет, и коров должно быть столько же», -- то ли в шутку, то ли всерьез ответил Николай Дмитриевич. Некоторое время спустя их количество сократилось до шестнадцати, остальных дед сдал на мясо.

Слухи о сказочном богатстве деда Миколы просочились в соседний район

Нетрудно подсчитать, сколько денег могло скопиться у одинокого старика. Ведь в селе знают, что хорошую корову можно продать и за сто пятьдесят долларов. Прослышав о возможных девяти--десяти тысячах долларов, любители поживиться чужим из соседних районов начали активно интересоваться адресом старика, и однажды ночью трое молодых парней заглянули к деду Миколе, отнюдь не с дружественным визитом.

«Ты богатый, старик, отдай нам корову. Беднее от этого не станешь», -- заявил один из них. Дед Микола решил стоять за свое добро до конца, чем разозлил воров. «Ты что, не понимаешь -- если не отдашь корову по-доброму, то мы тебя тут и пристукнем. Кто в лесу услышит, когда ты кричать будешь?» Бить они его, правда не стали, а привязали к дереву, затем выбрали самую упитанную буренку и увели за рога в лес. Деда Миколу нашел утром односельчанин.

По горячим следам Николай Дмитриевич написал заявление в районную милицию, но преступников не нашли. Они пришли сами. Опять ночью. «Ну что, дед, будем дальше делиться коровами?» -- спросили с издевкой. Связав старика, они на этот раз избили его палками и за руки подвесили на дереве. «У тебя же где-то и деньги есть, ведь не бесплатно же ты коров сдаешь на мясо. Пока не захочешь поделиться с нами и деньгами, будем через каждые две недели приходить к тебе и забирать по корове», -- пообещали на прощанье.

И снова старик написал заявление в милицию, а потом и в прокуратуру. Но, не очень-то надеясь на правоохранителей, Дмитриевич решил защищаться самостоятельно.

Пристреливая пистолет, дед Микола ранил себя в ногу

Приближался час «икс». Дед Микола чувствовал, что скоро опять заявятся вымогатели. Он достал старый наган, который хранился у него еще с войны, почистил его и решил пристрелять. Первый выстрел дал осечку, а вторым старик попал себе в ногу. Кое-как перевязал рану и стал ждать. И они пришли.

«Дед, мы ту корову уже съели, пришли за новой. Или денег дашь, да мы пойдем?» «Лучше не подходите, буду стрелять», -- предупредил Николай Дмитриевич. Незванные гости посмотрели на наган тридцать восьмого года выпуска и только рассмеялись в ответ: «Из этой пушки только по воробьям палить», -- и двинулись на старика. В этот же момент прозвучал выстрел.

Двадцатитрехлетний вымогатель, получив пулевое ранение в голову, скончался на месте. Его дружки разбежались в разные стороны. А дед Микола пошел в милицию.

Весть о том, что произошло, мгновенно облетела село. Все бурно обсуждали, что же будет дальше? Николая Дмитриевича увезли в районный следственный изолятор, а односельчане решили, что школьного учителя в беде не оставят. Если надо будет, то дойдут и до самого Президента, лишь бы деда Миколу не покарали слишком строго.

Преступление Николая Дмитриевича может квалифицироваться как убийство при превышении пределов необходимой обороны (ст. 97 Уголовного кодекса Украины), что карается сроком лишения свободы до трех лет. А еще -- незаконное хранение огнестрельного оружия (ст. 222) предусматривает лишение свободы от двух до семи лет. Но, как считает районный прокурор (его высказывание не носили официального характера, так как следствие еще не окончено, а потому он попросил не указывать ни его фамилии, ни места событий), наказание в отношении Николая Дмитриевича можно смягчить до условного. Так что, вполне вероятно, что односельчанам не придется обращаться к Президенту. Кстати, они по-прежнему с большой теплотой отзываются об этом немного странном человеке, бывшем учителе физики. Большинство из тех, с кем мне удалось пообщаться, считают его трудолюбивым, добрым. А по поводу преступления, совершенного им, почти все в один голос говорят, что Николай Дмитриевич… поступил правильно.

Последних пятнадцать коров и четырех телочек сдала на ферму племянница деда Миколы.


«Facty i kommentarii «. 1 октября 1999. Человек и общество

802

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Instagram

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів