БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Происшествия

«у нас мальчик, мальчик. Я же тебе говорила! « — радостно сообщила мне жена, а через полтора часа она умерла»

0:00 26 марта 2010 242

В Бахмаче Черниговской области возбуждено уголовное дело по факту смерти 24-летней роженицы, умершей из-за халатности врачей, принимавших роды

На днях сообщение о смерти роженицы в Бахмачском районе прошло по милицейским сводкам. Подробности истории не сообщались. Было известно только то, что, по заключению областной медкомиссии, молодая девушка умерла из-за ненадлежащего исполнения врачами профессиональных обязанностей. Решив разобраться в ситуации, корреспондент «ФАКТОВ» отправилась в Бахмач и выяснила, что здешний роддом уже давно имеет нехорошую славу среди местных жителей. И случай с роженицей — далеко не первая трагедия в этом учреждении.

«Состояние Виты ухудшалось с каждой секундой»

- Мы слышали, что в этом роддоме не все благополучно, — вздыхает свекровь погибшей Виты Зуб Светлана Васильевна.  — Но были уверены, что в случае с Виточкой все пройдет удачно. У нас в роддоме были хорошие знакомые, обещали позаботиться о ней. Да и она не хотела никуда ехать. Все говорила: «Мам, я буду рожать у нас. Тут ко мне относятся, как к родной».

- За время беременности Вита ложилась в эту больницу четыре раза, — вступает в разговор 29-летний супруг Виты Александр Зуб.  — И ни разу не пожаловалась на врачей. Наоборот, говорила, что они очень внимательны, делали все анализы, хорошо проводили осмотр. А заведующая гинекологическим отделением Мирослава Бобик (имя и фамилия изменены.  — Авт. ) — пожилая женщина с тридцатилетним стажем — перед тем как принимать роды, крестила женщин и читала молитвы. Конечно, слухи по городу ходили всякие — что когда-то по ее вине погиб ребенок, когда-то пострадала роженица. Но мы не придавали им большого значения. Мало ли что говорят.

По словам врачей, Вита Зуб должна была родить еще 28 декабря. Но прогнозы не подтвердились. Молодую женщину отвезли в роддом 4 января. Схватки начались накануне Рождества — 6 января.

- Виточка ничего нам об этом не рассказала, хотела сделать сюрприз, — продолжает Светлана Васильевна.  — Утром 6 января я поймала себя на мысли, что мне страшно ей звонить. Появилось ощущение, что с невесткой что-то не так. Пытаясь отбросить дурные предчувствия, я набрала ее номер и услышала тихий-тихий голос в трубке. «Витулечка, как ты себя чувствуешь? Все нормально?» — начала расспрашивать. «Да ничего, — устало ответила Вита.  — Мам, я вам потом сама перезвоню, ладно?» А через несколько часов позвонила наша знакомая из роддома. «Кума, поздравляю с внучком!» — радостно сообщила она. Я расплакалась от радости. Рассказала эту новость сыну, и мы стали собираться в роддом.

- Когда я позвонил, жена разговаривала тихо, но было слышно, что она очень счастлива, — вспоминает Александр.  — «У нас мальчик, мальчик. Я же тебе говорила!» — повторяла Вита. Мы дважды делали УЗИ, и результаты были разными. Один раз после диагностики сказали, что у нас будет девочка, но Вита не переставала твердить, что родит мальчика. Как в воду глядела… В тот момент я почувствовал себя самым счастливым человеком на свете. У меня есть сын! На радостях выпалил, что мы скоро будем у нее. А через полтора часа жена позвонила опять и попросила приехать вечером: мол, ее только сейчас будут зашивать, поэтому мы можем не торопиться. Мне еще показалось странным, что ей решили наложить швы только через полтора часа после родов. Но я ведь не врач. Подумал, что, наверное, чего-то не знаю.

- Не прошло и получаса, как знакомая из роддома позвонила опять, — продолжает Светлана Васильевна.  — На этот раз ее голос звучал взволнованно: «Не знаем, что делать с вашей Витой. У нее почему-то матка не сокращается. Говорит, что боли в животе мешают ей дышать. Сейчас повезем на операцию».

Супруг и свекровь Виты тут же помчались в роддом. Состояние молодой матери ухудшалось с каждой секундой. По словам акушерки, ее лицо стало воскового цвета, она пыталась что-то сказать, но не могла — засыпала на ходу. Операцию врачи сделать не успели. Когда Виту положили на операционный стол, у нее остановилось сердце.

- Едва мы доехали до роддома, как акушерка позвонила опять, — Светлана Васильевна начинает нервно теребить свитер, ее глаза наполняются слезами.  — «Света, не знаю, как вам сказать, — говорит.  — Понятия не имею, что произошло». «Что такое? Что с нашей Витой?» — закричала я, чувствуя, что случилось что-то непоправимое. «Нету больше Виты. Умерла она», — пролепетала акушерка.

«Ничего не знаю! Наверное, у нее просто оторвался тромб»

- Мы не поверили своим ушам, — качает головой Александр.  — Приехали в роддом, увидели акушерку со скорбным лицом… Она повела нас к заведующей отделением Мирославе Бобик, но той не оказалось на рабочем месте. Гинеколога Вабановой (фамилия изменена.  — Авт. ), которая принимала роды, тоже не было. Помню, мы бегали по всему роддому, разыскивая их. Я тогда плохо понимал, что происходит. В голове крутилась одна мысль: Виты больше нет. Нет и не будет…

- Только благодаря тому, что мы подняли шум, Бобик и Вабанову удалось остановить, а то они уже собирались уходить из роддома, — говорит Светлана Васильевна.  — Дескать, перед праздником короткий рабочий день, а они и так задержались: должны были уйти два часа назад. «Что с Витой?! — закричала я.  — Отвечайте, что вы с ней сделали?» «Не знаю, ничего не знаю! — передернула плечами Бобик.  — Наверное, у нее при родах оторвался тромб. Такое иногда случается». Мы попросили показать нам Виточку. Наша девочка была совсем бледная, даже какая-то желтая. Но все равно красивая… Видите, какая, — вытирая слезы, женщина достает из серванта большую фотографию, перевязанную черной лентой.  — Никто из знакомых не верил, что она моя невестка. Думали, родная дочь — настолько мы с ней были близки….

Малыш родился весом почти четыре килограмма. Отец назвал сына Богданом.

- Это имя ребенку придумала жена, — объясняет Александр.  — Все говорила, что это Богом данный нам ребенок, поэтому Богдан. Мы ждали его шесть лет. Поженились рано — Вите тогда только-только исполнилось восемнадцать. А познакомились, когда она еще была девятиклассницей. Красивая, работящая. Спустя несколько месяцев после нашей встречи я понял, что не могу без нее жить. Из Бахмача каждый день после школы бежал к Вите в село. Мы были неразлучны, — мой собеседник переводит взгляд на фотографию погибшей супруги.  — В день похорон я посмотрел на этот снимок и увидел в глазах Виты слезы. А недавно играл с Богданчиком, мимолетно глянул на фото, и мне показалось, что жена, наблюдая за нами, улыбается…

- Когда Витулечка пришла к нам в дом, мне показалось, что она жила у нас всю жизнь, — грустно улыбаясь, говорит Светлана Васильевна.  — В первый же день навела порядок, приготовила обед. И так было всегда. Просыпаюсь, а она уже возится на кухне: «Мама, завтрак на столе остывает!» У Виточки в руках все горело. Сейчас, стоит мне зайти на кухню, сразу начинаю плакать. Так и кажется, что Вита — в цветастом фартуке, испачканная мукой — появится на пороге и улыбнется. Сколько раз ей говорила: «Хватит работать. Давай в институт поступай, а по хозяйству я пока сама могу справиться». Но Вита только смеялась в ответ: «Мене мати навчила юшку варити та на город з сапою ходити». Мол, другого мне не надо. Они с сыном уже и дом построили. Хотели туда переехать сразу после рождения ребенка. Накануне ее смерти во дворе громко выли собаки. Все говорили, что это дурной знак. Думали, что это к смерти соседской бабушки. А ушла наша девочка….

- Когда я увидел невинный взгляд гинекологов, мне захотелось убить их, — признается Александр.  — К счастью, взял себя в руки. Я знал, что жену не верну, а если что-то натворю, ребенок останется без отца. Когда я вошел в палату за вещами Виты, первое, что бросилось мне в глаза, — ее разобранный мобильный телефон. На столе лежал корпус, рядом валялись батарея и крышка. Но выяснять, что произошло, у меня тогда не было сил… Помню, дома меня напоили какими-то таблетками — наверное, успокоительными, и уложили спать. Уже на следующий день я обнаружил, что из ее телефона пропала карточка. Пошел разбираться, но в роддоме только пожимали плечами — не знаем, не трогали. Оставлять малыша в этом заведении было страшно. Но забрать его мы смогли только после похорон.

Вита Зуб умерла от потери крови. Кровотечение началось в результате разрыва шейки матки.

- Уже из предварительного заключения было понятно, что ей просто не оказали необходимую помощь — не заметили кровотечение, не остановили его, — говорит Светлана Васильевна.  — Мы написали заявление в милицию. Но через десять дней почему-то получили отказ в возбуждении уголовного дела. Тогда начали жаловаться в областную милицию, прокуратуру, написали в Министерство внутренних дел. А на днях пришло заключение из облздрава.

Результаты проверки, которую проводили сотрудники Черниговского областного управления здравоохранения, показали, что надлежащее оказание роженице неотложной медицинской помощи могло было бы предотвратить ее смерть. К тому же в роддоме для этого имелись все необходимые средства.

По мнению экспертов изоблздрава, после того как женщина родила, врачи занялись ребенком, а мать оставили лежать в палате, даже не осмотрев ее. Ведь не заметить маточное кровотечение невозможно. За те полтора часа, которые медиков не было в палате, роженица просто истекла кровью. На основании этого заключения Бахмачская городская прокуратура возбудила уголовное дело по статье «Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медработниками, повлекшее за собой тяжелые последствия для больного». В отношении сотрудников бахмачской милиции, которые ранее отказали в возбуждении уголовного дела, началось служебное расследование.

«Каждый год к нам поступает как минимум две-три жалобы на непрофессионализм врачей этого роддома»

Известие о смерти Виты Зуб уже на следующий день облетело весь город. Вечером Александру позвонил местный житель Леонид Недбайло, который рассказал о своей беде: его ребенок по вине принимавших роды врачей стал инвалидом, а через год умер. Об этом вопиющем случае рассказывали многие украинские телеканалы. У супруги Леонида роды принимала все та же Мирослава Бобик.

- Беременность у меня проходила отлично, — говорит супруга Леонида Валентина.  — А когда я не родила в прогнозируемый срок, Бобик долго со мной не возилась. Даже не сделав анализов и не обследовав меня, решила вызвать искусственные роды. Выдавливая ребенка, она… поломала ему шею. Малыш родился с переломом шейного отдела хребта, расхождением костей черепа, отеком головного мозга и кровоизлиянием в сетчатку обоих глаз. Сколько мы его ни лечили, ничего не помогло. Через год ребенок умер. Сейчас наше заявление находится на рассмотрении в милиции.

- В этом роддоме страшно рожать, люди вынуждены ехать в областной центр, — говорит местный житель Ярослав Дубанов.  — Всех пострадавших от непрофессионализма бахмачских гинекологов не перечесть — их больше полусотни. Но что делать женщине, если начались схватки? Ехать два часа до Чернигова? По вине гинеколога Мирославы Бобик мой ребенок остался инвалидом. Не обследовав жену, Бобик не заметила, что ей необходимо было сделать кесарево сечение, и стала вытаскивать ребенка за руку. Теперь эта ручка не работает. По факту случившегося было возбуждено уголовное дело, но даже после этого Мирослава Бобик продолжала работать и принимать роды.

- После случая с Витой Зуб гинеколог Бобик в роддоме больше не работает, — сказал «ФАКТАМ» начальник следственного отдела Бахмачского райуправления милиции Игорь Антоненко.  — Да, мы сначала отказали в возбуждении уголовного дела, но этому есть объяснение. Ведь с момента написания потерпевшими заявления мы в десятидневный срок должны принять решение: возбудить дело, отказать в возбуждении или же направить его в другую инстанцию. За это время следователь всех опросил и отправил в больницу запрос с просьбой выслать ему необходимые медицинские документы, с помощью которых можно было бы провести судмедэкспертизу, — карточку роженицы, историю болезни. Но в течение десяти дней документы не пришли, и мы вынуждены были отказать в возбуждении дела. Когда же наконец-то их получили, следователь лично пошел в прокуратуру и согласовал с прокурором отмену вынесенного ранее постановления. Потом пришли результаты проверки облздрава, и прокуратура возбудила дело. Сейчас идет расследование. Как нам удалось выяснить, роды принимала Вабанова. Когда пришла Бобик, Вабанова начала заниматься ребенком, оставив роженицу под присмотром Мирославы. А молодую мать так никто и не осмотрел.

По словам Игоря Антоненко, одновременно ведется следствие по делу Инны Лобченко — еще одного гинеколога из того же роддома. Осмотрев роженицу, эта врач не увидела, что требуется кесарево сечение. В результате малыш родился с внутренней травмой черепа, отеком головного мозга и многочисленными гематомами. Ребенок на всю жизнь останется инвалидом. После этого случая гинеколог написала заявление об уходе, сейчас она работает в одной из областных частных клиник.

Найти Мирославу Бобик корреспонденту «ФАКТОВ» не удалось. В Бахмаче она больше не проживает. Куда уехала, никто не знает. Гинеколога Вабановой, которая сейчас исполняет обязанности заведующей отделением, на рабочем месте не оказалось. Попытки связаться с ней по телефону тоже не увенчались успехом — женщина не берет трубку.

- Каждый год к нам поступает как минимум две-три жалобы на непрофессионализм врачей Бахмачского роддома, — говорит Игорь Антоненко.  — Причем в большинстве случаев фигурируют одни и те же гинекологи.

Сотрудники Бахмачской райгосадминистрации, отвечающие за здравоохранение в городе, комментировать ситуацию отказались. Заместитель начальника Черниговского областного управления здравоохранения, услышав о Бахмачском роддоме, резко ответила:

- Я ничего не обязана говорить по телефону. Приезжайте, а там посмотрим.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров