ПОИСК
Життєві історії

«Пока я лежала в роддоме на сохранении, ожидая тройню, муж развелся со мной, а спустя семь месяцев подал в суд, чтобы его имя вычеркнули из свидетельств о рождении малышей»

9:38 27 січня 2011
Інф. «ФАКТІВ»
Внесу ясность сразу: генетическим отцом троих малышей является бывший муж Ирины — Александр. Это признает и его адвокат, который накануне суда прислал в редакцию «ФАКТОВ» копию искового заявления. Что же так обидело 32-летнего мужчину, что он решил отказаться от своих детей? Причем не просто отказаться, а добиться выдачи новых документов, где в графе «отец» будет стоять прочерк! Хотя малыши с момента регистрации носят фамилию мамы — Кухар. Может, он боится, что когда дети вырастут, смогут претендовать на его имущество? Мы попытались разобраться в этой, прямо скажем, нестандартной ситуации.

«Без поддержки и согласия Саши меня не направили бы на бесплатное оплодотворение»

Маша, Даша и Арсений крутятся на широкой кровати, которая почти полностью занимает крохотную комнату, примыкающую к кухне. За ними следит 70-летняя бабушка — мама Ирины. Но даже две пары рук при трех малышах — мало. Детки агукают и рассматривают яркий рисунок ковра, пока мама рассказывает историю их появления на свет.

— Во время нашей первой встречи я попросила вас не печатать в газете, что моя тройня появилась благодаря экстракорпоральному оплодотворению, — говорит Ирина Кухар. — Ведь тогда думала: у меня трое здоровых детей и совсем неважно, как именно я забеременела. Но сейчас, когда бывший муж пытается открыть против меня уголовное дело, пишет письма в прокуратуру, обращается в суд, я готова подробно рассказать об искусственном оплодотворении. Тем более что по этому пути мы пошли вдвоем. Сашу никто не заставлял.

Кстати, все, что рассказала Ира, подробно изложено в исковом заявлении Александра. В первых же строчках мужчина подтверждает, что согласен был на появление детей с помощью искусственного оплодотворения.

РЕКЛАМА

— С Сашей мы познакомились почти четыре года назад, — говорит мама тройняшек. — Он приехал в Киев на заработки из Херсонской области, работал таксистом. Как-то подвез меня… В конце 2007 года расписались. С первого дня нашей совместной жизни муж говорил о том, что хочет иметь детей, что будет счастлив, если они у нас появятся. Я тоже мечтала о полноценной семье. Но оказалось, детей у нас быть не может. Помочь могли врачи. Мы собрали огромное количество документов, чтобы мне провели искусственное оплодотворение за государственный счет. Стоимость этих услуг в частных клиниках очень высока. Как вы понимаете, без поддержки и согласия Саши я не смогла бы попасть в государственную программу. В Ивано-Франковскую клинику в июне 2008 года мы поехали вместе, подписали необходимые бумаги. Я проходила лечение, а муж сдал биоматериал для будущего оплодотворения. Спустя месяц мне сделали подсадку трех эмбрионов. На процедуру я ездила уже без Саши: его присутствие при этом не требовалось, так зачем тратиться на дорогу?

После этого мы с мужем поехали к нему домой, отдохнули на море. Там начался конфликт с его мамой. Когда вернулись в Киев, УЗИ определило, что у меня замерли плоды. Саша утешал: «У нас будет еще одна попытка, ведь врачи заморозили наши эмбрионы». Действительно, перед первой подсадкой эмбрионов специалисты сказали, что у них получилось оплодотворить еще три яйцеклетки, которые можно заморозить и при необходимости использовать в будущем. Но за хранение мы должны были заплатить сами. Саша тут же дал добро на это, достал деньги.

РЕКЛАМА

«По закону дети, появившиеся на свет в течение полугода после развода, признаются рожденными в браке»

— 15 октября 2009 года мне сделали укол, который должен активизировать организм, а ровно через месяц нужно было приехать на оплодотворение, — продолжает Ирина. — Почти все лето Саша провел дома — мама убедила его, что во время курортного сезона там заработать можно больше, чем в столице. Когда он вернулся после «заработков», достал из кармана… тысячу гривен! «Как мы жить будем?» — возмутилась я. Выяснилось: все заработанное осталось у его родителей, которые пообещали купить ему машину. Это, конечно, замечательно, но такие вопросы нужно решать и с женой тоже, тем более что мы так стремились к рождению детей… В общем, поскандалили. По телефону я высказала его маме все, что думала. В итоге отправила Сашу домой за деньгами. Он и уехал. Перестал отвечать на телефонные звонки. А когда я набрала домашний номер его родителей, свекровь мне ответила: «А ты кто?» Я даже не подозревала, что Саша уже подал на развод. Он же ни слова об этом не сказал! Да, он сильно поддается влиянию мамы, но когда находился рядом со мной, преображался. Я даже не могу сказать, что он был плохим мужем. Заботился, переживал… Его мама меня невзлюбила и настраивала сына против меня.

На оплодотворение я ехала, официально будучи замужней женщиной. И надеялась, что рожу детей в браке. Согласно документам, которые мы с Сашей подписали еще во время первого визита в клинику, в случае нашего развода я должна была сообщить об этом врачам. Но мы же не были разведены. Из Ивано-Франковска я уехала с тремя эмбрионами, которые прижились. Через несколько недель, когда УЗИ в Киеве подтвердило, что плоды развиваются, сообщила об этом Саше. К счастью, в этот раз телефонную трубку поднял он. Это было накануне Нового 2010 года.

РЕКЛАМА

Врачи меня сразу предупредили: так как беременность многоплодная, существует риск ее прерывания, придется регулярно ложиться на сохранение. Саша это понимал. Тут же приехал ко мне и все время был рядом. Привозил еду. Когда медики позволяли, забирал меня домой. Этому есть свидетели — мои соседки по палате, с которыми я общаюсь до сих пор. Помню, страшно захотелось грейпфрутов: если сейчас же не съем — умру! Позвонила Саше — он тут же приволок мне огромные плоды. До 22-й недели беременности я чувствовала себя более-менее нормально, а затем стало тяжело ходить, лежать… Поэтому до 34-й недели я все время провела в роддоме. В этот же период снова резко изменился Саша. Как я потом узнала, он переехал в квартиру, которую снял вместе с другом. Регулярно ходил на суды по поводу нашего развода. После моей второй неявки на слушание дела нас развели.

— Если бы мужчина честно сказал в суде, что его жена беременна, суд отказал бы в приеме искового заявления о расторжении брака, — говорит известный адвокат Марина Лебедева. — И подать его он смог бы только после того, как детям исполнится год. К тому же в ситуации, когда в семье растут трое детей, суд принимает все меры для сохранения семьи. И если бы Ирина отказалась разводиться, суд, скорее всего, принял бы ее сторону. Я считаю, что развод стал возможен только потому, что муж Ирины скрыл от суда обстоятельства, которые обязан был сообщить.

Ира родила тройню 24 июня — на полтора месяца раньше положенного срока.

Семимесячных Дашу, Арсения и Машу еще ни разу не видел их отец

— Дольше я и не выносила бы деток, со дня на день могли начаться роды, поэтому врачи столичного роддома № 4 Людмила Воробей и Татьяна Долгая сделали мне кесарево сечение, — говорит Ирина. — Малыши появились на свет недоношенными. Девочки весили 2140 и 2100 граммов, а мальчик — ровно два килограмма. Все они, слава Богу, начали самостоятельно дышать, но нескольку дней находились в реанимационном отделении. Из роддома меня забирал старший брат с женой. Когда я пошла оформлять свидетельства о рождении, оказалось, чтобы зарегистрировать малышей, нужно согласие и документы отца. Мне объяснили: по закону в течение как минимум полугода после развода появившиеся на свет дети признаются рожденными в браке. Но мне не удалось убедить Сашу приехать в Киев, чтобы оформить документы детей. Ведь без этого я не могла получить положенные деньги. Мне же необходимо кормить малышей, покупать им памперсы… Лишь после того, как я обратилась за помощью в «ФАКТЫ» и вышли сюжеты на телевизионных каналах, он все-таки приехал и мы зарегистрировали детей. Больше мне от него ничего не было нужно. Не хочет видеть малышей и помогать им — Бог с ним, не надо.

Однако пару месяцев назад снова начались звонки. Саша подал заявление в милицию с просьбой открыть против меня уголовное дело! Оказывается, я мошенница и совершила преступление, родив троих детей! Правоохранители ему отказали. Тогда он написал письмо в прокуратуру. Теперь вот назначен суд, чтобы из свидетельств о рождении было вычеркнуто его имя. Адвокат бывшего мужа предлагал мне пойти на мировое соглашение. Я отказалась. Добровольно соглашаться на статус матери-одиночки не хочу. Пусть суд решает, права я была или нет, рожая троих детей.

В своем исковом заявлении Александр так объясняет свое стремление отказаться от детей: «На следующий день после того, как я подал заявление в Соломенский суд г. Киева о разводе, на то время моя жена — Кухар Ирина Владимировна — обратилась в „Прикарпатский центр репродукции человека“ МЗ Украины без моего ведома и моего участия с просьбой перенести ей криоконсервированные эмбрионы. 12 ноября 2009 года Кухар И. В. сфальсифицировала мою подпись, самостоятельно подписала заявление обязательства супругов (метод экстракорпорального оплодотворения и перенесения эмбриона в полость матки) и подала ее в „Прикарпатский центр репродукции человека“ (в то время я не находился в г. Ивано-Франковск, что подтверждается показаниями свидетелей, которые будут вызваны в суд во время рассмотрения этого дела, и не подписывал ни одного документа — тем самым не давал разрешения). Прошу суд исключить сведения обо мне как об отце Кухар Арсения Александровича, Кухар Дарьи Александровны и Кухар Марии Александровны».

«Мама бывшего мужа сказала мне по телефону: «Эти дети НЕЕСТЕСТВЕННЫЕ»

«Ухаживать за малышами мне помогает 70-летняя мама, — говорит Ирина. — Но даже двоим взрослым сложно с тремя детьми выйти гулять. Городские власти предложили „помочь“ мне с жильем: купить квартиру со скидкой… в 30 процентов. Только не объяснили, где взять эти деньги»

— После сюжетов и статей, которые вышли летом, Саша заявил мне: «Зачем ты обратилась к журналистам? Ты опозорила мое имя на всю Украину», — говорит Ира. — А сейчас он вместе с адвокатом сам себя выставляет на посмешище. Отказывается от детей, которых признал своими. Бред какой-то. Я не понимаю, почему ему так важно, чтобы дети не носили его отчество? Каждая минута моего времени сейчас занята малышами. А мне приходится общаться с юристами, провоохранителями, объясняться в суде… Да лучше бы я это время потратила на походы в районную администрацию, в которой мне обещали решить квартирный вопрос. Вот это действительно важно.

Ирина живет в небольшой двухкомнатной квартире в старом доме на четвертом этаже. На потолке видны пятна — квартиру не раз заливало с крыши. С балкона открывается «панорама» Байкового кладбища. По крутым ступеням с тремя детьми на прогулки не находишься. Кстати, все дети прописаны здесь. То есть на жилье, в котором прописан их отец, тоже не могут претендовать.

— На улицу выходим с детьми очень редко, — говорит Ирина. — Вдвоем с 70-летней мамой справиться с этой задачей очень сложно. Гуляем, когда приезжает брат. Дети продолжают «жить» на моей кровати в маленькой комнатке, потому что она теплая. А я сплю на полу возле них. Мама занимает вторую комнату. Городские власти предложили мне купить новое жилье на льготных условиях, мол, 30 процентов стоимости берет на себя государство, а 70 — я. Только никто не объяснил, где мне взять эти 70 процентов. В «ФАКТАХ» читала, что тройням, которые появились за последние три месяца, уже выделили удобное жилье. Тем деткам повезло родиться в Донецкой области. А мне не повезло ни с мужем, ни с городскими властями… Зато с детьми повезло! И с людьми, которые узнав обо мне и моей ситуации, помогают. Магазин «Мишутка» обеспечивает памперсами и бутылочками. Многие передают одежки, игрушки. Без такой заботы неравнодушных людей было бы совсем трудно.

Узнав, что в редакцию «ФАКТОВ» обратился адвокат ее мужа, Ира испуганно спросила меня: «А вы на чьей стороне?» Видно, что женщину уже замучили обвинениями в мошенническом способе рождения детей. Странное какое-то преступление она совершила: не обогатилась за счет бывшего мужа, отобрав у него все движимое и недвижимое имущество, не «содрала» с него алименты и материальную помощь за то, что бросил ее в сложной ситуации, а родила троих детей! Думаю, большинство наших читателей представляет, какой это труд — растить даже одного малыша. А тут — тройня.

— Около месяца назад мне позвонила мама Саши и сказала: «Так как дети появились на свет с помощью искусственного оплодотворения, они НЕЕСТЕСТВЕННЫЕ», — продолжает Ирина. — Может быть. Но для меня они — самые любимые, самые настоящие, самые красивые. Хочу сейчас одного — чтобы бывший муж и его семья вместе с адвокатами оставили меня в покое. Дайте мне растить детей и решать вопросы, связанные только с этим. Даже несмотря на запись в свидетельствах о рождении, отца у них все равно нет!

P. S. На днях в новостях одного из телевизионных каналов был показан сюжет о женщине из Донецкой области, которая родила тройню. Муж ее бросил накануне родов, хотя до этого дня обещал быть рядом. Маму с детками приютили родственники, так как в ее доме нет ни воды, ни отопления. А папа детишек, вместо того чтобы решать все эти вопросы, самоустранился.

Ранее fakty. ua сообщали, как 34-летняя киевлянка Ирина оказалась в тяжелом положении: пока она лежала на сохранении в роддоме, ожидая тройню, муж развелся со ней и даже ни разу не позвонил после рождения детей… Ухаживать за малышами женщине помогает только 70-летняя мама.

4264

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів