ПОИСК
Історія сучасності

Леонид Кравчук: "Я никогда не слышал,чтобы Згурский выходил из себя и кричал на кого-нибудь"

1:00 4 листопада 2014
Девять дней назад ушел из жизни легендарный председатель Киевского горисполкома и глава наблюдательного совета столичного футбольного клуба «Динамо»

В минувший понедельник в Доме учителя прощались с бывшим мэром Киева Валентином Згурским, который ушел из жизни 24 октября на 88-м году жизни. Его похоронили на столичном Байковом кладбище.

Воспоминаниями о Валентине Арсентиевиче, руководившем столицей одиннадцать лет — с 1979-го по 1990 год, а затем длительное время возглавлявшем наблюдательный совет футбольного клуба «Динамо» (Киев) с «ФАКТАМИ» поделились первый президент Украины Леонид Кравчук и вице-президент УЕФА Григорий Суркис.

— Валентин Арсентиевич был очень разносторонним человеком, — рассказал Леонид Кравчук. — Организатор, политик, хозяйственник, запросто объе­динявший вокруг себя людей. Думаю, его не случайно в 1990 году выбрали главой наблюдательного совета столичного футбольного клуба «Динамо», который в то время переживал далеко не лучшие времена.

«Я уже оформил на себя пенсию, но пробыл на заслуженном отдыхе всего три дня, — рассказывал Валентин Згурский в интервью изданию «Бульвар Гордона». — У нас гости были, мы гуляли. Утром жена пошла на работу, а я остался дома, мою посуду, вдруг звонок. Голос Бориса Евгеньевича Патона: «Валентин Арсентиевич, что делаешь?». — «Докладываю: «Я пенсионер, сейчас мою посуду». — «Ты с ума сошел! Будешь дома мыть посуду с твоим опытом да знаниями? Ты же академик, доктор экономических наук, кандидат технических наук! Мы тебя знаем как человека делового и неугомонного. У меня к тебе предложение: иди работать в Академию наук на должность главного научного сотрудника по внешним экономическим связям». Я взмолился: «Только освободился от работы, а вы меня снова запрягаете…» Но Патон уговорил. Прошел год моей работы в Академии наук. Ко мне приехали Григорий Суркис и Виктор Медведчук и рассказали, что руководство клуба понабирало в банках на 13 миллионов долларов кредитов. Накупили каких-то фабрик, заложили тренировочную базу, машины, квартиры футболистов — в общем, все имущество, а деньги потратили. И теперь футболистам не на что купить даже минеральной воды. «Вы опытный человек, — говорят мне, — хозяйственник, прошли огромную школу. Когда работали в горисполкоме, занимались футболом. Войдите, пожалуйста, в состав наблюдательного совета «Динамо», помогите исправить положение». Я пошел на первое заседание совета клуба и остался там по сей день. 20 лет прошло…»

— Валентин Арсентиевич очень любил футбол! — продолжает Леонид Макарович. — В последний раз побывал на матче где-то в начале октября этого года. То есть он буквально до последних дней ходил на стадион и активно «болел». Когда был здоров, то не пропускал ни одного матча, когда играло киевское «Динамо».

— Леонид Макарович, а когда вы с ним познакомились?

— Да лет 25 назад, наверное. В то время он руководил производственным объединением имени Королева. Кстати, Згурский до последнего дружил с «королевцами». Если у них случались проблемы, всегда помогал. Активно интересовался жизнью коллектива, знал чуть ли не всех работников и помнил их дни рождения. Одним словом, жил жизнью объединения.

А близко с Валентином Арсентиевичем я познакомился, когда в Киеве в конце 80-х годов начал набирать обороты Народный рух Украины. Это было еще советское время, и к общественной организации относились с большим подозрением. Мол, мало ли чего там, в этом Рухе…

И когда «руховцы» проводили мероприятия, партийное руководство должно было их как-то контролировать. А наши аппаратчики пытались дистанцироваться от всего этого. Згурский же, нужно отдать ему должное, никогда не увиливал. Связывался с ЦК КПУ, где был я, и мы вдвоем принимали решение. То есть я давал добро на проведение мероприятия, а Згурский все контролировал и брал ответственность на себя. Хотя за это должен был отвечать горком партии. Но они, видимо, боялись, а он — нет…

У Валентина Арсентиевича была одна отличительная черта: я никогда не слышал, чтобы он выходил из себя. Знаете, в то время партийцы в разговорах особо не церемонились. А он — нет. Всегда говорил тихо и спокойно. За это его уважали. А еще за то, что он очень много сделал для Киева. Дороги строил, метро, новые районы… В Москве он тоже пользовался уважением. Раньше звание Герой Социалистического Труда просто так не давали.

— Отчего же он не нашел общего языка с Михаилом Горбачевым, когда тот руководил Советским Союзом?

— Тогда в моде были новые идеи и формы управления, искали новых людей. Как говорится, пришла «новая метла»… Поэтому и отношение к Згурскому изменилось.

«…Я сам подал в отставку! Для того времени это был беспрецедентный случай. Всесоюзная газета „Известия“ даже посвятила целую статью моему уходу, назвав ее „ЧП далеко не местного масштаба“, — рассказывал „ФАКТАМ“ Валентин Згурский. — А дело было в том, что после отставки Щербицкого (осенью 1989 года. — Авт.) плести интриги начали и против меня. Видимо, некоторым руководителям из Совмина и ЦК не очень нравилась моя самостоятельность. К тому же я не нашел общего языка со Станиславом Гуренко (с июня 1990 года по август 1991-го — первый секретарь ЦК КПУ. — Авт.). Он часто звонил мне и давал указание: выделить квартиру то академику, то профессору. Я отвечал, что квартиры не раздаю, в Киеве на квартиры очередь… В общем, не заладилось. Но депутаты отправлять меня в отставку не хотели. А однажды позвонил Щербицкий, спрашивает: „Что это за слухи ходят, будто ты собрался уходить? Почему мне не позвонил, не посоветовался?“ В общем, Владимир Васильевич стал меня уговаривать остаться. Но я к тому времени уже так вымотался, что даже уговоры Щербицкого помочь не могли… В итоге мне присвоили звание почетного гражданина Киева и отпустили».

— Украина помнила Валентина Арсентиевича даже тогда, когда закончилась эпоха перестройки и наступило время борьбы за независимость, — продолжает Леонид Макарович. — Хотя в жизни часто бывает: приходят новые люди и забывают, что до них тоже кто-то работал и что-то делал. Но нельзя жить, не понимая, что должна быть преемственность поколений…

— Чем, кроме футбола, увлекался Валентин Арсентиевич?

— Он не мог сидеть без дела. Охоту любил. Мы с ним как-то даже съездили вместе в Одесскую область. Много читал, рассуждал о том, что сейчас происходит в стране. Он не мог спокойно воспринимать то, что сейчас происходит. Не так давно мы с ним встретились на Олимпийском стадионе, и он у меня спросил: «Леонид Макарович, ну что будет? Как будем жить дальше?» Он до конца жизни очень переживал за судьбу Украины.

«Я беру скамеечку, сажусь и смотрю, как пчела выходит из улика, как она полетела. И всегда удивляюсь ее памяти, — рассказывал „Бульвару…“ Згурский. — Где-то что-то нашла и возвращается на то же место, чтобы положить. Это ж какая стройная система управления! Есть охранники, разведчики. Трутни, которые поедают все ненужное, санитары… И невольно думаешь, что если бы так трудился каждый человек, то каким бы богатющим было любое общество!»

— Он был глыбой, необыкновенно мудрым, требовательным, но в то же время и отзывчивым человеком, — таким помнит Згурского вице-президент УЕФА Григорий Суркис, долгие годы работавший вместе с Валентином Арсентиевичем. — На жизнь смотрел широко, не только измеряя ее днем сегодняшним, но и думая о перспективе. Сегодня вы знаете много людей, способных заглянуть на много лет вперед? А вот Згурский был именно таким! Он умел не просто развязывать сложнейшие проблемы, но находил самые полезные решения. Наверное, это и было основой его сущности, характера — умение созидать. Сегодня созидание и разрушение идут рядом. Многие даже не отдают себе отчета в том, что делают. Им кажется, что они сеют что-то доброе, а на самом деле — разрушают. А вот Згурский обеспечивал постоянный приток свежего воздуха делу, за которое брался.

— Как долго вы с ним работали?

— Мы были знакомы еще со времен работы в горисполкоме, а затем, на заре независимости Украины, вместе восстанавливали реноме киевского «Динамо». Когда оно оказалось изрядно подмоченным, я пришел к Згурскому и попросил войти в состав наблюдательного совета клуба. В лихолетье непросто было найти свободные средства, поэтому нам многое пришлось строить с нуля: бизнес, структуры, со временем начавшие зарабатывать, что позволило нам рассчитаться по кредитам тогдашнего руководства клуба. На это ушло пять лет, но в итоге «Динамо» возродилось!

Зазывать на футбол Згурского, несмотря на занятость, действительно никогда не приходилось. И не случайно как раз в годы его мэрства «Динамо» выиграло самые главные свои трофеи, добилось наибольшего успеха на союзной и международной аренах. Конечно, в этом не только его заслуга. С первым секретарем ЦК Компартии Украины Владимиром Щербицким они работали рука об руку, беззаветно любя «Динамо». Киевская команда в те годы была визитной карточкой всей Украины.

— Каким он вам запомнился?

— Человеком, охотно и радостно делившимся с окружающими всем, чем мог: советом, чувством юмора — а оно было у него врожденным, — аурой позитива, оптимизма и человеколюбия. Он притягивал к себе неподдельной, бескорыстной добротой, излучая ее повсеместно, независимо от настроения и погоды. Такие люди попадаются на жизненном пути очень редко. Но мне несказанно повезло. Мы были с ним близкими друзьями до последних его дней. Светлая ему память.

Фото из архива «ФАКТОВ»

8613

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Twitter

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів
 

© 1997—2021 «Факти та коментарі®»

Усі права на матеріали сайту охороняються у відповідності до законодавства України.

Матеріали під рубриками «Офіційно», «Новини компаній», «На замітку споживачу», «Ініціатива», «Реклама», «Пресреліз», «Новини галузі» а також позначені символом публікуються у якості реклами та мають інформаційно-комерційний характер.