Общество Устами очевидца

«Вина Донбасса лишь в том, что он первым оказался на пути «русского мира»

13:59 6 марта 2018   3339
русский боевик
Маргарита ЛЕВАНОВА, «ФАКТЫ»

Мы — часто походя! — произносим ставшую расхожей фразу: «Не представляем, как в этих „республиках“ живут». Да, знаем о комендантском часе, «подвалах», абсолютном бесправии, гауляйтерах и их челяди. Однако совершенно не представляем, что на самом деле творится на оккупированных территориях, как там работают, учатся, лечатся, о чем разговаривают с детьми, в чем нуждаются. Моя собеседница живет в Луганске с самого рождения. До войны они с мужем занимали неплохие должности на одном из предприятий, растили двух дочерей, отдыхали за границей, ни в чем себе не отказывали. После прихода «русского мира» выехать на «большую землю» не смогли — надо ухаживать за больной свекровью. Женщина вырвалась в Киев на несколько дней к старшей дочери. Эта поездка — вторая за всю войну.

— Мария, почти четыре года назад на востоке Украины начались волнения. Пророссийски настроенные граждане скандировали: «Путин, введи войска!» и «Ра-си-я!». Их мечты сбылись: на улицах городов и сел так называемых «ЛНР» и «ДНР» разъезжают российские танки и БТРы, а россияне курируют буквально все. Правда, у руля теперь бандитская власть…

— А простые люди стали жить намного хуже. Зарплаты у рядовых бюджетников низкие. Учителя получают около четырех тысяч рублей (примерно две тысячи гривен), врачи — плюс-минус пять тысяч.

— Как работает «скорая»?

— Иногда приходится вызывать неотложку к свекрови. Если ждем сорок минут (там езды-то всего ничего), по меркам Луганска это считается нормально.

При этом охранники, которые стерегут попавших «на подвалы», получают 20 тысяч. У соседа моей сотрудницы непыльная работа — сутки через трое: вывести несчастных в туалет утром и вечером и разнести два раза в день баланду. Следователям «МГБ» платят 30—40 тысяч. Тем, кто повыше, — еще больше. При нынешнем уровне цен на коммуналку эта категория чувствует себя шикарно. Им не нужна никакая Украина. Они короли.

— Говорят, в недореспублике дефицит медперсонала?

— Очень много вакансий, несмотря на наличие собственного мединститута. Сразу объясню, что луганские вузы выехали, а на их базе создали «государственные», то есть фейковые. Они функционируют для видимости, поскольку там недобор абитуриентов. Поэтому ряд вузов на грани закрытия. Работы для молодых специалистов нет. Где кадры, которые выпускают институты, неизвестно.

Рабочие места не создают. Не так давно Пасечник («глава ЛНР». — Авт.) с гордостью сообщил об открытии в Луганске табачной фабрики, где якобы будут работать 25 человек, а позже расширят штат до 50. Для крупного города это мизер.

Еще они начали выпускать в очень ограниченном ассортименте «республиканские» медикаменты, ведь у нас есть Луганский химико-фармацевтический завод. Правда, эти препараты сертифицированы только в «ЛНР». Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Украинских лекарств, в отличие от еды (ее навалом), практически нет. Почти все препараты из России и Беларуси. Врач, который приходит к свекрови, предупреждает: «Смотрите на упаковку. Такую-то российскую фирму не покупайте ни в коем случае». Он каждый раз пишет список, но половины его не найти нигде — аптеки полупустые. Поэтому всех, кто едет в Украину и Россию, родственники, друзья и соседи просят привезти препараты — вплоть до самых простых обезболивающих.

У нас твердят, что лечение в «ЛНР» бесплатное. Да, для показухи по программе «Воссоединение народов Донбасса» принимают пациентов с «временно оккупированных Украиной территорий» — так они называют освобожденные города. Моя знакомая в прошлом году делала операцию. Она заплатила восемь тысяч — посчитали все, включая бинты, шприцы и прочую мелочь. А рядом с ней лежала пациентка из Северодонецка. С нее не взяли ни копейки, зато журналисты в палате торчали постоянно. Женщина же из «укропского» города.

Промышленного производства нет, работает только пищевая отрасль — мясокомбинат и хлебокомбинат, плюс бытовая сфера — шиномонтажи, парикмахерские, обувные мастерские и прочее.

Завод трубопроводной арматуры «Маршал» сейчас ремонтирует технику боевиков. Градообразующее предприятие «Лугансктепловоз», где трудились примерно 20 тысяч человек, вообще закрыт. Можете себе представить?

— Но водочный завод «Луганова» работает?

— Да, и даже выпускает водку «Українську з перцем». Они поленились заменить этикетку. Привезла эту «перцовку» своим киевским друзьям.

Вкусный черный хлеб нашего хлебокомбината теперь стал не «Украинским», а «Новоросским». И так во всем. Они же ничего своего создать не могут. Банально ума не хватает.

Скажу о другом. В последнее время отмечаю положительную тенденцию. Раньше «чиновники» и журналисты при любом удобном случае называли украинское руководство «хунтой». Теперь это слово из их лексикона исчезло. Ведь в городе появилась своя «хунта», свергнувшая Плотницкого (бывший «глава ЛНР», которого в ноябре 2017 года сместили с должности, сбежал в Россию. — Авт.). Объединились два генерала («МВД» — Игорь Корнет; «МГБ» — Леонид Пасечник) и выгнали взашей «Плотву» (кличка Плотницкого. — Авт.). Теперь у нас новый хозяин — Пасечник. Народ просто поставили в известность о смене руководства.

Знаете, у нас за три с половиной года «министры» сменились по три-четыре раза. Счастье, если выгоняют с работы. Через арест, суд и «подвалы» прошли многие.

— Что известно о Ларисе Айрапетян, которая была рядовым врачом, потом главврачом батальона «Заря», потом «министром здравоохранения». Говорят, пассия Плотницкого «внезапно умерла».

— По слухам, она сначала находилась в каком-то медицинском учреждении под охраной, потом под домашним арестом. Когда его сняли, воспользовалась этим и сбежала. Сразу же на сайте «прокуратуры» и «МВД ЛНР» появилось объявление о ее розыске. Жива она или нет, сказать не могу. Официального подтверждения нет.

— Смещение Плотницкого было шумным?

— Нет. Никакой стрельбы или убийств. Во время «переворота» важные «государственные» объекты охранял российский спецназ. Но они ни во что не вмешивались. Типа «разбирайтесь сами». Конечно, россияне курируют у нас все.

Смешно, что нам объявили, что Плотницкий вроде был тогда в командировке и написал заявление об уходе по состоянию здоровья. Эту бумагу никто не видел, знаю точно.

Согласно «конституции», стать «лидером» должен был Владимир Дегтяренко («председатель народного совета ЛНР». — Авт.). Но «депутаты» мгновенно внесли изменения, согласно которым «главой» может оказаться любой. Речи Дегтяренко на эту тему были весьма убедительными. Он очень старался. Однако мавр сделал свое дело… Месяц спустя Пасечник «отблагодарил» его — уволил и сделал новым «спикером» Дениса Мирошниченко. «Депутаты» снова проголосовали единогласно.

Пасечник первым делом перешерстил почти всех «министров», работавших при Плотницком, и везде поставил своих людей.

— До народа начинает до­ходить абсурдность происходящего?

— Да народу все было ясно с самого начала. Мы же видели, как проходил «референдум». В Луганске всегда было более 600 избирательных участков, на «референдуме» работали 80, и они весь день пустовали.

— Не раз слышала, что люди боятся возвращения Украины?

— Не могу такое сказать. Вряд ли. Просто они настолько устали, что им пофиг — «что белые, что красные».

Бюджетников — учителей и врачей — насильно загоняли в общественную организацию «Мир Луганщине». До преподавателей вузов доводили разнарядки, сколько студентов должны туда вступить. Очень мало было тех, кто не хотел категорически вступать и сопротивлялся.

Основная часть не поддерживает ни «ЛНР», ни Украину. Большинство ненавидит и Плотницкого, и Пасечника, и Порошенко, и Путина. Все прекрасно понимают, что «ЛНР» к России не присоединят и что лучше не будет. Иллюзий уже нет. Как находилась эта недореспублика в изоляции, так и находится.

— Много мужчин в «ополчении»?

— Часто, когда иду к свекрови, вижу, что под дверями «военкомата» (бывшее здание «ПриватБанка») стоят несколько парней вместе с матерями. Женщины держат в руках документы. Понятно, что пришли записываться в «ополчение». По радио и телевидению постоянно рекламируют «армию». Обещают довольствие и прочие льготы.

— Маша, вы сказали, что очень тяжело добирались в Киев.

— Из Луганска два пути в Украину. Первый — через КППВ (контрольный пункт въезда-выезда. — Авт.) «Станица Луганская». Надо обладать недюжинным здоровьем, чтобы выстоять в многокилометровых очередях с обеих сторон. Это жуть.

Второй вариант — автобусом через Россию. Он дороже (1700 рублей) и займет больше времени. Расскажу обо всех перипетиях. Выезд в 8.00 с автовокзала. Через полтора часа первая проверка на пункте пропуска «Изварино». Вежливые «пограничники ЛНР» собрали паспорта и минут сорок проверяли их по своей базе. На российской стороне потребовали, чтобы мы вышли с сумками из автобуса. В здании таможни обычные процедуры досмотра.

— Как они относятся к жителям «ЛНР»?

— Без эмоций.

— Люди пересекали границу с паспортами «республики»?

— Нет. Ведь мы потом отправлялись в Украину. Кто бы впустил с этими картонками? А если из Луганска в Россию, то можно.

После пересечения границы отправились в Белгород. Там при выезде из России забрали миграционную карточку, которую каждый заблаговременно заполнил в автобусе. Все прошло достаточно оперативно. «Просветили» сумки, досмотрели нас и пожелали счастливого пути.

К слову, пока шла проверка, можно было сходить на халяву в туалет (потом на остановках за это удовольствие пришлось платить 15 рублей). Но в клозетах нет ни мыла, ни бумаги. В России этим не заморачиваются.

Самое пикантное нас ждало на пункте пропуска в Харьковской области. По идее, пограничники и таможенники должны бдительно следить, чтобы на территорию Украины не проникли российские диверсанты и прочие нехорошие люди. Но теория от практики, как известно, отличается.

Первым делом водитель заявил: «Если не хотите, чтобы вас раздели до трусов, сдаем по 50 гривен на таможню». Люди стали возмущаться, а он: «Кто не хочет платить, свободны». А куда нам деваться? Фамилии-то уже известны. Каждый осознает, что потом могут быть проблемы. В общем, скинулись по полтиннику.

Бывалые пассажиры рассказали, что раньше мзда была меньше. Моя попутчица однажды попала в историю: пассажиры категорически отказались платить, тогда автобус отправили в отстойник и держали несколько часов: «Вы наказаны».

Через полчаса водитель спросил: «Знаете, что за незаконное пересечение границы админштраф 1800 гривен? С вас по 200 на пограничников или выходите из автобуса». Проблема вот в чем. Мы же въехали из России, но до этого официально нигде не было зафиксировано, что покинули территорию Украины, так как пункт пропуска «Изварино» нашей стороной не контролируется. Формальный вопрос: как мы вдруг оказались в России? В общем, пороптали да заплатили. Получилось с каждого 250 гривен. Для меня огромная сумма.

После этого мы даже не выходили из автобуса. И вообще не видели ни одного таможенника. А ведь въехали, на минутку, из страны-агрессора. Пограничникам от нас перепало три тысячи. За эту сумму провози в воюющую страну что хочешь.

Знаете, я думаю, что ненависть к Украине у жителей «республик» начинается в том числе и со столкновения с такими представителями государства. Для них мы второй сорт. Ни в «ЛНР», ни в России никаких поборов. А здесь то штрафы, то наказания, то «до трусов разденем», то «не разрешим дальше ехать».

— Вернемся к рассказу об «ЛНР». Уголь оттуда отправляют в Россию?

— Да. В каком количестве, сложно сказать. Чаще всего составы идут ночью. Туда — с углем, оттуда — с оружием.

Фишку об «отведении вооружения» знают все местные. Представители ОБСЕ видят, что запрещенное договоренностями вооружение боевики действительно отправили на склады. Однако вместо него из России присылают кучу другого, нигде не учтенного. И этот процесс бесконечен. До тех пор, пока не закроют границы, война не закончится.

— Не отжатый бизнес остался?

— Почти нет. По сути, уже и отжимать-то нечего. Все крупные бизнесмены уехали. Остались мелкие ларьки, мастерские да рынки.

Вот сейчас серьезно наезжают на «социальные народные супермаркеты». Эта сеть принадлежала Плотницкому. В конце года фининспекция нашла там кучу нарушений. Понятно, что в ближайшее время сменится хозяин.

В «ЛНР» безупречно работает стремительный социальный лифт: из грязи в князи, потом обратно. Еще вчера ты был министром, а сегодня «на подвалах».

— Ваши знакомые попадали туда?

— У нас стараются об этом не говорить. Но из разрозненных рассказов могу составить какую-то картину.

К родственникам соседей на обыск привезли листовки «как проводить диверсионную деятельность» и, не стесняясь, раскладывали на глазах у жертвы и понятых. Подкидывают и украинские флаги, и оружие, и наркотики.

С теми, кто попадает «по украинской теме», обходятся очень жестко. Обрабатывают так, что люди сдают друзей, соседей, сотрудников, близких. Изверги хотят выбить признания, что арестант работал с СБУ, хранил в квартире взрывчатку или еще что-то, покаялся на камеру, что виноват перед «луганским народом». Под пытками люди признаются в том, чего отродясь не делали.

Мне по большому секрету рассказали об одном человеке, которого раздели догола и при минусовой температуре в помещении приковали к батарее наручниками так, что он стоял в полусогнутом состоянии, потом облили водой, подсоединили шнуры и пустили ток. Боль была такой, что он перекусил язык. После экзекуции его оставили стоять в испражнениях. Вот как такое простить?

Нередко арестантов выводят на расстрел: приставляют к голове «калаш» или пистолет, нажимают на курок «именем революции» и смотрят на реакцию. Когда человек проходит через такой ад, ему хочется одного: чтобы быстрее все закончилось.

«На подвалах» сидят и патриоты, и пленные бойцы ВСУ, и бизнесмены, и «депутаты». Один узник рассказывал, что в период больших облав они спали попеременке — не было мест. Другой — как на одни нары угодили двое, причем один за несколько дней до этого настучал на другого. Загремели оба.

Жертв режима держат в нечеловеческих условиях. «Подвал» — это каменный мешок, где нет света. Людей месяцами не выводят на улицу. Только в туалет — утром и вечером. Один арестант, знакомый нашей семьи, рассказал, что за полгода не давали ни воды, ни чая, ни компота: «Утром пошел в туалет, набрал в бутылку воды. В другую бутылку мочишься. Вдоль стены одни бутылки».

Мы бесправны. Любое недовольство моментально подавляется. Если кто-то рыпнется, ему хана. Года полтора назад торгаши с рынка пытались организовать протест под «белым домом» из-за непомерного налога. Пришли автоматчики и разогнали толпу. То же было и с шахтерами, возмущавшимися низкой зарплатой. Люди боятся призвать к митингам даже в соцсетях. Все местные паблики очень серьезно мониторят. Поэтому объединиться нереально.

Надзор за холопами системный. У нас ситуация больше схожа с КНДР, а не с СССР, по которому они заставляют тосковать народ.

— Криминала сейчас меньше?

— Да как сказать. Если раньше ссоры молодежи заканчивались битьем тарелок или оплеухами, теперь чуть что — бросают гранату. Раз в неделю такое случается либо в Луганске, либо в Алчевске, либо в Красном Луче. «Ополченцы» у нас очень нервные. После окопов и боев приходят домой. У них тут же срывает крышу. Недавно возле «Детского мира» горе-вояка гулял со своей пассией. Слово за слово, вышли за территорию кафе, взорвал ее и ее подругу. Другой повздорил с невестой. Бросил гранату в квартире в квартале Ватутина, убил девицу и сам покалечился. В Южном квартале тоже куча народа попала в больницу из-за одного идиота.

— Как сейчас живет провинция?

— Еще хуже. Если в Луганске можно найти хоть какую-то работу, то там совсем швах. Одно из двух — либо идти в «ополченцы», либо выращивать коноплю. Раньше ее растили тайком на дачах или огородах. Теперь в районе Красного Луча немалые поля конопли и мака. В общем, в криминальных сводках то взрывы, то торговля «зельем».

— А как с коммунальными услугами обстоят дела?

— Я с лета 2014 года им не заплатила ни копейки. Свекровь тоже. Газ подают бесперебойно. А вот с электричеством проблемы. Электроэнергии, что подается из «ДНР», едва хватает на жилой сектор. Мощностей для запуска предприятий нет даже теоретически. Чтобы не пугать народ, они постоянно дают объявления о ремонтных работах, а сами банально отключают рубильник.

С водой тоже очень плохо. Есть районы, где раньше она была круглосуточно, а теперь — два раза в день по два часа. «ЛНР» очень плохо расплачивается за поставки воды с Украиной. Несколько раз плату за недореспублику вносил Красный Крест. Потом как-то договорились. Процедура оплаты такая: в районе Счастья боевики переносят мешки с деньгами на украинскую сторону в присутствии миссии ОБСЕ.

— Транспорт как работает?

— Трамваев нет. Рельсы разобраны, провода, по которым ток подавался, сняты. Вагоны стоят в депо. Остались маршрутки и троллейбусы, причем маршрутов в разы меньше.

Зато у нас песни и пляски каждый день. Самые второсортные коллективы ездят на какие-то конкурсы в Россию и приезжают оттуда с грамотами. Соревнования проводят без конца. Команда «ЛНР» поехала в Донецк, потом те приехали к нам. Вручили друг другу награды, сфотографировались и дали пару интервью для телевидения.

Моя свекровь очень любит фильм «Кубанские казаки». У нас теперь то же самое. На экране люди счастливы и радуются, а на самом деле… На все праздники и конкурсы тратят сумасшедшие деньги. Кремлевским кураторам строчат отчеты, а сколько списали, неизвестно. То Кобзон спел, а люди потанцевали на площади, то Чичерина. Если ее месяц нет, это чудо. За три года она была в Луганске без малого 30 раз, причем всегда с разными собаками. Так их любит, что за собой таскает.

— Видела фото с какой-то ярмарки в «ДНР». Продают невероятное количество бюстов Сталина и Путина.

У нас тоже. Картины, плакаты, бюсты Сталина, Брежнева, Дзержинского, Жукова, Путина завозят из России.

А на билбордах, в телевизоре и газетах теперь красуется «лик» Пасечника. Раньше было так: в 6.00 на сайтах появлялось поздравление Плотницкого, в 7.00 — Дегтяренко, в 8.00 — Козлова («премьер-министр ЛНР». — Авт.). Хоть часы проверяй. Кстати, на спичрайтера для каждого они, видимо, денег пожалели. Все написано одним человеком, только предложения переставлены да пара слов заменена. Уровень этих текстов был ужасным. Но сейчас такой проблемы нет. Лишь Пасечник поздравляет луганчан то с Новым годом, то с Рождеством, то с Днем автомобилиста, то с Днем чекиста. Он никого рядом с собой не потерпит.

Завершая, скажу следующее. Вина луганчан и дончан лишь в том, что мы первыми оказались на пути российской экспансии. «Русский мир» испоганил столько жизней… Кремлю нужна победоносная война. Уходить из «ЛНР» и «ДНР» они не собираются. Путин никак не может отдать эту территорию Украине на своих условиях, значит ситуация будет заморожена. Мирным путем она не решится.

Читайте также
Новости партнеров

Девушка звонит коллеге по работе и говорит шепотом: — Я сегодня на работу не приду... — Почему? — Муж потерял три тысячи гривен, ищет... — А ты тут при чем? — Так я на них стою...