ПОИСК
Події

Встретившись в аэропорту «борисполь» со своим 83-летним братом степаном, 84-летняя пани мария, которую 63 года назад фашисты угнали в германию, с трудом вспоминая украинские слова, сказала: «негайно додому! »

0:00 30 вересня 2006
Брат и сестра нашли друг друга благодаря Обществу Красного Креста Встречать свою родную сестру, которую не видел 63 года, в аэропорт «Борисполь» Степан Афанасьевич Пампуха приехал из Черкасской области вместе с двумя дочерьми и зятем задолго до прибытия самолета из Гамбурга. Волнуясь, с букетом цветов в руке он ходил взад и вперед, вглядываясь в лица прилетавших пассажиров. «Сможете узнать сестру?» — спрашиваю деда Степана. Тот, смущенно улыбаясь, только пожимает плечами. Ведь столько лет прошло с момента их последней встречи.

«Когда в 1933 году умерли родители, сосед обманом выгнал нас с сестрой из отцовского дома»

- В 1943 году и меня, и сестру фашисты угнали на принудительные работы в Германию, — вспоминает Степан Афанасьевич.  — Мария всего на год старше меня, но была мне как мать. Мы рано остались без родителей. Мне было одиннадцать лет, еще ребенок. Марии было 12, но она росла очень самостоятельной. Благодаря ей даже в голодомор у нас всегда было хоть что-то покушать. Хозяйка!

Столько нам пришлось пережить вместе. Когда в 1933 году умерли наши родители, сосед обманом выгнал нас с сестрой из отцовского дома. Некоторое время мы скитались с Марией по чужим хатам, но добрые люди, слава Богу, помогли нам вернуть свое жилье. Потом началась война, в наши Иваньки пришли фашисты. Начали сортировать всю молодежь по годам рождения и отправлять на работы в Германию. Мы с сестрой попали в разные партии. Так и разлучились. Даже попрощаться не успели.

Честно говоря, уже думал, больше никогда не увижу свою Марию. Много разговоров всяких ходило, что с нашими людьми немцы делают. Но где-то в 1944-м я получил посылку — а там яблоки и небольшое письмо. От сестры! Ох и обрадовался же я!

РЕКЛАМА

Марии, оказывается, попался очень добрый и хороший хозяин. Как говорят, Карл Гюттнер был известным в Германии садоводом. Именно он и помог сестре разыскать меня в годы войны. Некоторое время мы поддерживали с Марией переписку, а после победы я вернулся домой. Но Марии как след простыл. Уж что я только не думал! У нас с сестрой всегда были хорошие отношения, мы никогда в детстве не ругались, не дрались, и тут она пропала. Я места себе не находил. Даже мысли не допускал, что она погибла. Карл Гюттнер к Марии, как я узнал из ее писем, очень хорошо относился. Она ж работящая, исполнительная. Думаю, что он не дал бы ее никому в обиду.

Более полувека Степан Афанасьевич не оставлял надежды отыскать сестру. Обращался даже в программу «Жди меня», но все безрезультатно. И только в 2000 году кто-то посоветовал Степану Пампухе обратиться за помощью в Общество Красного Креста. Поиски Марии продолжались еще шесть лет и таки увенчались успехом. Сколько писем с запросами в Германию пришлось отослать сотрудникам Красного Креста!

РЕКЛАМА

В том, что Мария Афанасьевна жива, ее брат не сомневался. Но сможет ли она в свои 84 года прилететь из Германии в Украину, было неизвестно. Смогла!

- В последнее время мы с сестрой часто созванивались, — рассказывает Степан Афанасьевич.  — Правда, говорить приходилось через переводчика. Как она могла забыть «рчдну мову»? Хотя понятно, столько лет на чужбине жить! Так вот, сначала Мария сказала, что прилетит весной, а потом спохватилась: какой весной? Лечу сразу. Мол, до весны еще дожить надо. Прилетит обязательно. Мы уже проверяли: ее фамилия в списках прилетевших есть.

РЕКЛАМА

«Своего сына я назвала по-украински — Федiр»

- Представляете, — говорит Степан Афанасьевич, — Мария вышла замуж за своего хозяина, того самого Карла Гюттнера, после того, как у него умерла жена, и осталась жить с ним в Германии. Душа в душу прожили они более пятидесяти лет. Вместе вели хозяйство — бизнес Карла. Да Мария до сих пор работает в садово-огородническом хозяйстве мужа, который умер четыре года назад в возрасте 97 лет! Тоже разыскивала меня. Правда, не так успешно, как я, — улыбается дед Степан.

Из терминала вышла пожилая женщина, и Степан Афанасьевич кинулся было к ней, но, как оказалось, обознался. 83-летний мужчина смущенно отошел в сторону, боясь снова ошибиться.

- Может, она сама меня узнает? — сказал он.

- Вы немецкий-то язык знаете? Как общаться будете с сестрой?

- Даже и не знаю. В школе учил, да уже позабыл все. На днях разговаривали с Марией по телефону, так она почти ничего по-украински не понимает. Может, на родной земле вспомнит хоть что-то?

Марию Афанасьевну первыми узнали племянницы и кинулись обниматься с тетей, которую никогда в жизни не видели. Тут же в сторонке со слезами радости на глазах ждал своей очереди Степан Афанасьевич.

Пани Мария действительно почти ничего не помнит из украинского языка. Для своих 84 лет она выглядит просто шикарно.

- Я еще грузовик собственный дома вожу! — похвасталась Мария Афанасьевна на немецком языке.  — Правда, на большие расстояния не езжу, тяжело. Работы дома у меня много. После мужа осталось садоводческое хозяйство. Саженцы с сыном выращиваем, цветы, яблоки. Сама вожу товар в магазины. Кстати, сына назвала по-украински — Федчр.

- Что же ты так задержалась? — спрашивает сестру Степан Афанасьевич.  — Мы так долго тебя ждем у выхода.

Оказалось, на багаже Марии Афанасьевны оторвалась бирка, и чемодан потерялся.

- Хорошо, работница аэропорта попалась очень добрая: помогла найти мои вещи, — сказала пани Мария.

- А вы пытались разыскать брата? — с ходу спрашиваю ее.

- Конечно, только боялась, что у него будут проблемы с коммунистами, когда узнают, что есть родственники за рубежом. О Советском Союзе у нас в Германии много разных слухов ходило. Опасалась, что наврежу брату, что его в Сибирь отправят, как только узнают, что у него сестра в Германии, да еще и за немца замуж вышла.

- Скучали по родине?

- Конечно. Мне часто снился наш дом. Теперь даже не верится, что я снова в Украине и вижу своего младшего брата.

Степан Афанасьевич, фактически ничего не понимая из разговора на чужом ему языке, неожиданно достал из кармана расческу и начал расчесывать свою сестру.

- Я бы ее все равно узнал. По глазам. Глаза у нас одинаковые, — сказал он.

- Пани Мария, а вы хоть что-нибудь помните по-украински?

Мария Афанасьевна призадумалась и сказала:

- Негайно додому!

- А может быть, что-то покушаете с дороги? — поинтересовались у тети племянницы.

- «Кушать»? Это значит «щсти»? — и тут же пообещала: — Я все вспомню. Я почти все понимаю, что говорят по-украински, но сказать не могу. Вот посмотрите, когда приедете к нам в гости через несколько дней, я уже буду говорить по-украински лучше.

«Дас ист нихт шнапс! Дас ист са-мо-гон»

По дороге в родное село Иваньки Мария Афананасьевна не отрывала взгляда от родного пейзажа, проплывавшего за окнами автомобиля.

- Как все изменилось здесь! Невозможно ничего узнать.

В Иваньках пани Марию ожидал сюрприз: встречать односельчанку пришло, наверное, полсела.

- Филе-филе меньшн! (Много людей.  — Авт. ) — восторженно говорила Мария Афанасьевна по телефону своему сыну. Сюрприз действительно получился приятным. Ведь в Иваньках еще живет много людей, которые помнят Марию совсем юной.  — Я многих узнала. Пришли даже три женщины из нашего села, с которыми вместе нас угоняли в Германию. Было что повспоминать! Правда, поговорить со всеми, к сожалению, не удалось. Надо вспоминать украинский язык.

- Тетя Мария еще в машине по дороге из «Борисполя» домой вспомнила, мы специально посчитали, 61 украинское слово! — рассказывает племянница Марии Афанасьевны Екатерина.  — Даже две песни вспомнила на украинском и рассказала нам их.

Когда гостей пригласили к столу, пани Мария начала называть по-украински продукты, которые были на столе. Только баклажаны почему-то назвала «огчрки». Кто-то из гостей назвал горилку шнапсом, чтобы показать свое знание немецкого языка, на что Мария Афанасьевна ответила:

- Дас ист нихт шнапс, дас ист са-мо-гон! (Это не шнапс, это самогон.  — Авт. ). У нас в Германии выпьешь, сразу полицай говорит «стоп». Лучше дома сидеть, никуда не ездить, если выпьешь.

От горилки Мария Афанасьевна не отказалась, правда, выпила по-европейски совсем чуть-чуть, после чего незаметно для большинства гостей начала подливать себе в стопку лимонад.

Впечатления от встречи с братом и родным селом у пани Марии остались самые хорошие. В первую ночь в доме Степана Пампухи никто не спал: никак не могли наговориться. Счастливый Степан Афанасьевич от сестры не отходил ни на шаг. То нежно смотрел на нее, то начинал целовать ее руки и волосы. Жалко, что Марии Афанасьевне надо улетать обратно в Германию всего через неделю.

- Там мой сын дома один. Ему 61 год. Скучаю по нему,  — говорит Мария Афанасьевна.  — Осень, надо работать, а он один с хозяйством не справится. Звонит мне по шесть раз в день. Беспокоится за меня. Весной хочу приехать погостить в Иваньки уже с ним. Сыну интересно будет посмотреть на мою родину, познакомиться со своими двоюродными сестрами и братом, который, как я слышала, мэр одного из городов Приднестровья. Спасибо Красному Кресту, что хотя бы на старости лет подарили мне эту встречу с братом, с его детьми.

P. S. Автор выражает благодарность сотрудникам Общества Красного Креста Украины за помощь, оказанную при подготовке материала.

 

455

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів