БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Происшествия

Своего мужа паша ангелина -- организатор и руководитель первой в мире женской тракторной бригады коммунистического труда -- выгнала из дому. Уж очень ревнив был

0:00 10 января 2003 1818

12 января знатной трактористке, дважды Герою Социалистического Труда, депутату Верховного Совета СССР всех созывов исполнилось бы 90 лет

Эта женщина принесла свою личную жизнь в жертву общественной. После разрыва с супругом в 1947 году она больше никогда не выходила замуж. Нежно любящий Пашу Ангелину первый секретарь Терекинского райкома партии (Казахстан) после многолетней переписки приехал в Донецкую область, чтобы сделать предложение Прасковье Никитичне. Но она встречать жениха послала своих подчиненных, велев сказать гостю: уехала, мол, на очередной пленум в Москву…

После беседы с Лидией Донченко, директором музея Паши Ангелиной в городе Старобешево (Донецкая область), и бывшим учетчиком ее бригады Максимом Юрьевым собственный корреспондент «ФАКТОВ» узнала много интересных фактов из жизни знатной трактористки.

«Прасковья Никитична долго терпела выходки своего супруга, чтобы сохранить семью»

Узнать что-либо о личной жизни Паши Ангелиной даже на ее родине -- в городе Старобешево Донецкой области -- не так-то просто до сих пор. И сегодня это имя здесь почитают, как символ, и вспоминают лишь о ее трудовых подвигах и депутатской деятельности. О неудавшейся семейной жизни этой женщины, в 16 лет севшей на трактор, никто не хочет говорить. Сама Ангелина в бытность свою всячески подчеркивала, что общественная жизнь для нее превыше всего. И потому все личное оставалось либо тайной, либо «темой, не подлежащей обсуждению» для местной общественности, а тем более для 200 тысяч советских женщин, поддержавших ее почин.

Племянник легендарной трактористки Алексей Ангелин в одном из своих интервью говорил о семье своей тетушки: «Муж Прасковьи Никитичны работал в партийных органах, а во время войны был сильно ранен и в 1947 году умер. Больше она замуж не выходила, говорила, что главное для нее -- поставить на ноги троих своих детей и приемного сына Геннадия -- сына ее старшего брата, скончавшегося в 1930 году».

-- Какая ерунда! -- расхохотался бывший учетчик знаменитой тракторной бригады (он же негласный охранник всесоюзной героини и доверенное лицо) Максим Юрьев, который и сейчас живет в Старобешево. -- Ее муж Сергей Чернышов, бывший первый секретарь райкома партии Старобешевского района, умер года три назад в соседнем Волновахском районе. Он еще в 1959-м на похороны Прасковьи Никитичны приезжал, рвался в клуб, где поставили гроб с ее телом для прощания. Но я его не пускал, как тетя Паша (так мы все ее называли) перед смертью велела. Даже наганом его пугнул. Он тогда к детям пошел, но они его тоже не приняли.

Сергей Чернышов, от которого у Паши Ангелиной родилось трое детей -- Светлана, Валерий и Сталина, был изгнан из дому после многочисленных скандалов на почве ревности. Как рассказывает Лидия Донченко, оставшийся в тени громкой славы своей супруги муж ревновал ее так, что однажды поехал вслед за трактористками на ВДНХ в Москву, где устроил принародный скандал. За посягательство на честь депутата Верховного Совета СССР другого скандалиста определили бы в казематы Лубянки, но мужу Ангелиной прощалось все. Его мирно выпроводили домой.

Прасковья Никитична долго терпела выходки своего супруга, чтобы сохранить семью. Но ссора в 1947 году, когда в присутствии детей Чернышов выстрелил в потолок, переполнила чашу ее терпения. У старшей дочери эта сцена вызвала нервный срыв -- у девушки стали выпадать волосы. Свету пришлось лечить в Донецке.

«Даже листок из депутатского блокнота знаменитой трактористки был для многих на вес золота»

-- Супругу тетя Паша дала тысяч пять рублей -- по тем временам целое состояние! -- продолжает Максим Юрьев, -- и велела убираться из района куда угодно. Он пытался мириться, но потом осел в соседнем районе, завел новую семью и назвал свою дочь от того брака тоже Светланой. Дети от брака с Пашей Ангелиной простили его и стали принимать уже после ее смерти, да и то не сразу. В бригаде и вообще в колхозе никто не смел даже упоминать его имени, как будто он умер.

Свою вторую большую любовь Прасковья Никитична встретила, когда ее женская тракторная бригада в начале Отечественной войны эвакуировалась вместе с техникой в Казахстан. Там до возвращения на родину (в 1943-м) женщины выращивали хлеб для фронта. В Ангелину влюбился первый секретарь Терекинского райкома партии Петр Симонов. У него была жена, но она сильно болела. Однако ухаживания тетя Паша пресекла на корню, отрезав: «При живой твоей жене блудить не буду!» Позволила лишь своему воздыхателю писать ей в Донбасс. И только после смерти супруги в 1957 году Петр Иванович приехал из Казахстана в Донецк. Но в Старобешево так и не побывал.

-- Мне и одной из трактористок с ее мужем тетя Паша велела ехать в Донецкий аэропорт встретить жениха и сказать ему: уехала, мол, на очередной пленум ЦК Компартии в Москву, -- вспоминает Максим Пантелеевич. -- А я после войны в бригаду только пришел и раньше Симонова не видел. Но сразу узнал: вышел из самолета представительный мужчина в светлом костюме. Мне показалось, что он все понял еще до того, как мы сообщили про «пленум» -- ведь с нами не было Ангелиной. Так он и уехал.

Максим Пантелеевич, которому сейчас 76 лет, объясняет для себя поступок своей бригадирши человеческим тщеславием. Прасковья Ангелина навсегда хотела остаться героиней, символом, потому и не меняла девичьей фамилии. Умерла в должности бригадира первой женской тракторной бригады, отказавшись от предложений возглавить комитеты партии разных уровней, стать председателем колхоза… Люди ее любили -- без нее, как без попа, не обходилась ни одна свадьба, ни одни крестины. И в высших эшелонах власти Ангелину уважали и ценили.

Даже листок из депутатского блокнота Паши Ангелиной для многих был на вес золота. Оказывается, тогда депутатов снабжали именными блокнотами, и запись, сделанная на листке из него, становилась своего рода приказом, обязательным к исполнению.

«В бригаду нас отбирали, как в команду космического корабля»

-- Мой бывший одноклассник выжил благодаря тете Паше, -- говорит Лидия Донченко. -- У мальчика был туберкулез кости. По ходатайству Ангелиной он получил возможность дважды в год проходить курс лечения в Крыму, пока полностью не вылечился…

Благодаря Прасковье Никитичне учащиеся СПТУ N 150 узнали, что такое… пододеяльники, а одноклассники ее сына Валерия впервые попробовали мандарины и конфеты в коробках -- таких «чудес» в Старобешевском районе до 1950 года не видывали. Весь район каждый раз с нетерпением ждал возвращения из Москвы своего бессменного депутата тети Паши, потому что ни одна просьба избирателей не проходила мимо ее ушей. А женщины тракторной бригады, которые практически жили на полевом стане, ни в чем, действительно, не нуждались.

-- В бригаду Ангелиной нас отбирали, как в команду космического корабля: физически здоровых, не курящих, владеющих смежными специальностями -- или сварщик, или слесарь, -- вспоминает Максим Пантелеевич. -- Да еще поющих, танцующих, играющих на гитаре или на баяне и в… футбол. Я, к примеру, лет до 50 мог в одиночку поднять задок застрявшего «Москвича». А какие были дюжие женщины! Сама тетя Паша трактор сдвигала с места, если надо.

Техники было мало -- трактора ни днем, ни ночью не простаивали, работали в две смены. Кроме того, бригада Ангелиной была опытным предприятием -- сюда присылали новейшую технику на апробацию. После испытаний и наших предложений, поданных в Тимирязевскую академию в Москве, технику дорабатывали, ставили на поточное производство и отправляли во все хозяйства Союза. А петь, плясать, играть в шахматы и футбол каждый должен был уметь потому, что жили трактористы неделями на полевом стане. Там было все: и богатая библиотека, и буфет с кухней, где после работы мы по-настоящему отъедались. Была и игровая -- шашки, шахматы, домино, и даже бильярдная. Сама тетя Паша неплохо играла в шахматы, но не любила проигрывать.

Паша Ангелина так и не окончила Тимирязевскую академию, а просто прослушала курс для механизаторов. Однако техника была ее истинной страстью. Она никого не пускала за руль своей «Победы» и обязательно останавливалась, если видела, что кто-нибудь возится с машиной на дороге. Однажды молодой еще учетчик Юрьев стал свидетелем феноменальной сцены. Тетя Паша остановила свою «Победу» возле грузовичка, отодвинула копошившегося в моторе водителя и через минуту попросила бедолагу: «Дай 20 копеек». Монеткой почистила контакты и велела: «Заводи!». Машина завелась! А оторопевший водитель стоял еще несколько минут, провожая взглядом «Победу» -- он узнал легендарную трактористку.

Конечно, при такой «полевой» жизни семьи девчатам (после 1950 года их в бригаде оставалось куда меньше, чем мужиков) сохранять было нелегко. И тетя Паша на все праздники устраивала для членов бригады и их родных настоящие торжества с концертами и щедрым застольем либо на стане, либо у себя дома, где по такому случаю очень быстро лепила и жарила чебуреки. А в повседневной жизни бригадир старалась, чтобы ее подчиненные имели все, что хотели. Как-то трактористы попросили себе мотоциклы -- первые отечественные «К-700» можно было только «выписать» через Москву по депутатскому запросу. Прасковья Никитична выписала на бригаду 10 мотоциклов. А незадолго до смерти попросила для своих трактористов автомобили «Москвичи». Однако получить их члены бригады коммунистического труда не успели -- депутат Ангелина умерла, и запрос ее остался без внимания.

«Она была вхожа к Сталину и запросто общалась с Калининым… »

-- Паша не была «первой трактористкой в СССР», как некоторые пишут, -- говорит Максим Пантелеевич. -- Вот руководителем и создателем в 1933 году первой женской тракторной бригады она действительно была. И до 1945 года эта бригада действительно являлась чисто женской. Потом у баб мужья с фронта вернулись и заменили их на работе, дав женам возможность рожать. Ведь чем дольше женщина сидела на тракторе, тем меньше были ее шансы иметь детей: трактора-то в те времена делали не на гусеницах и не колесах с резиновыми покрышками, а на спицах. Вибрация сумасшедшая!

А еще, по словам Максима Юрьева, Прасковья Никитична не умерла «в полной безвестности», как пишут сейчас некоторые источники. До последних дней жизни Прасковья Никитична верила в то, что ей вылечат цирроз печени. Однако таких чудес советская медицина образца 50-х годов совершить не могла.

-- Когда я и еще несколько трактористов бригады приехали к ней в Кремлевскую больницу, видели, как в палату заглядывали сам Буденный и Папанин, -- вспоминает Максим Пантелеевич. -- А еще раньше она была вхожа к Сталину и запросто общалась с Калининым…

Уезжая в Москву -- в больницу, Паша Ангелина отдала несколько распоряжений, которые нужно было исполнить к ее приезду после лечения. Потом она отозвала Максима в сторону и со слезами на глазах велела: «если что», хоронить ее на родине. Сопровождавший ее врач честно предупредил: операция даст Прасковье Никитичне только один из ста шанс выжить.

В ночь, когда умерла депутат Ангелина, у ее приемного сына Геннадия родилась дочь, которую в честь героической бабушки нарекли Прасковьей. Девушка окончила местное СПТУ, стала неплохим механизатором, но возродить коммунистический почин с новой Пашей Ангелиной не удалось. Прасковья Геннадьевна переехала в Артемовский район Донетчины, где работала в колхозе.

Младшая дочь героя коммунистического труда Паши Ангелиной Сталина была врачом в Донецке, но рано умерла. Старшая дочь Светлана живет в Москве, закончила университет имени Ломоносова, занималась издательским делом, сейчас на пенсии. А родной сын Прасковьи Никитичны Валерий по-прежнему живет в Старобешево и работает электриком в ПТУ. У него пятеро детей и двое внуков. Живет Валерий очень скромно и всячески избегает встреч с журналистами.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров