БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Происшествия

«С лестничной клетки, где уже вовсю полыхал огонь, я услышала крик «Мама!» и с ужасом поняла, что мой 12-летний сын… вернулся в горящий дом, чтобы спасти меня»

0:00 15 января 2010 342
«с лестничной клетки, где уже вовсю полыхал огонь, я услышала крик «мама! « и с ужасом поняла, что мой 12-летний сын… Вернулсяв горящий дом, чтобы спасти меня»

В результате пожара в старом трехэтажном доме на столичном Печерске три семьи с шестью маленькими детьми лишились жилья и в любой момент могут оказаться на улице — без вещей, денег и документов

В первые дни Нового года «ФАКТЫ» сообщили о пожаре, случившемся 2 января в трехэтажном здании по адресу Тверской тупик, 7 в Киеве. Тогда в столичном управлении МЧС Украины нам сообщили, что «прибывшие через пять минут пожарные оперативно эвакуировали по раздвижной лестнице попавших в огненную западню людей. Были спасены семнадцать человек, никто из жильцов не пострадал». После выхода заметки о ЧП в редакцию позвонил один из погорельцев, Сергей Чайка, и рассказал, что на деле не все так безоблачно: во время эвакуации один ребенок сломал ногу, многие отравились угарным газом, и вообще, жертв удалось избежать чудом, поскольку помощь пожарные смогли оказать с большим опозданием. Но главное — три семьи с маленькими детьми остались без крыши над головой, а Министерство обороны, в ведомстве которого находится злополучный дом, пока не может обеспечить погорельцев хотя бы временным жильем.

«За три дня до пожара в доме дымилась проводка. Мы звонили в жэк, но там никто и пальцем не пошевелил»

 — Огонь нам сначала пришлось тушить своими силами, — рассказывает жилец квартиры № 12 Сергей Чайка.  — Пожарных долгое время не было, а когда они наконец-то приехали, то почти час(!) пытались найти, к какому пожарному крану подключиться. (Как выяснили «ФАКТЫ», задержка со стороны спасателей была обусловлена тяжелыми погодными условиями.  — Авт. ). Тем временем одни соседи спасали детей, вторые орудовали домашними огнетушителями, третьи оказывали помощь пострадавшим. Я помогал выбраться из дома своей 83-летней матери, которая в итоге оказалась зимой на улице в пальто, наброшенном прямо на ночную рубашку, и в сапогах на босу ногу. Слава Богу, что мой сын Сергей, парализованный инвалид первой группы, в тот день вместе с женой и ребенком находился на другой квартире. Если бы Сережа был здесь, я бы не смог его вынести…

Вообще, этого пожара можно было ожидать. Наш дом, хоть он и ведомственный, при Министерстве обороны, всегда все игнорируют. Ни сантехника, ни электрика вызвать нереально. Все, что ломалось в подъезде или квартирах, жильцы — после многочисленных безрезультатных звонков в жэк или заявлений в домоуправление — ремонтировали своими силами.

Это трехэтажное здание в Тверском тупике стоит еще со сталинских времен. В 1937 году здесь была конюшня, позже — какие-то промышленные склады. Сейчас дом разделен на две части: в одной — общежитие, во второй — обычные «гостинки», которые в свое время роздали работникам Министерства обороны. Последний раз капитальный ремонт дома делали в 1986 году. За минувшие двадцать четыре года трубы канализации и электропроводка пришли в полную негодность, полы прогнили. Пять лет назад специальная комиссия по поручению горадминистрации провела проверку здания. В составленном ею акте указывалось, что «на фасаде дома трещины, двор в антисанитарном состоянии, примыкает к свалке, потолки внутренних помещений полуразрушены, пол деформирован, трубопровод покрыт коррозией, сантехника в неудовлетворительном состоянии, вентиляция не работает».

Комиссия рекомендовала домоуправлению осуществить ремонт здания и привести двор в нормальное состояние. Но этой рекомендацией все и закончилось…

Любовь Будникова, пожилая хозяйка квартиры N 11, в которой начался пожар, молча распахивает передо мной электрический щиток на лестничной площадке. Вместо «автоматов» — обычные предохранители старого типа, которые в наше время не купишь ни в одном магазине, вместо провода подсоединен… кусок проволоки.

- За три дня до пожара в доме мигал свет, проводка дымилась, — говорит Любовь Ивановна.  — Звонили в жэк, но там никто и пальцем не пошевелил. Ко мне вообще относятся по-хамски, потому что большая задолженность за квартиру. Она еще с тех времен, когда мне, инвалиду второй группы (у Любови Будниковой был перелом позвоночника.  — Авт. ), платили 37 рублей пенсии, а за квартиру начисляли больше сотни. И двое деток на руках. С чего было платить? Теперь сын и дочка выросли, у каждого уже по двое малышей. И оба со своими семьями живут в этой малюсенькой «двушке». А мы с мужем в Николаевскую область уехали, в деревню. Там перебиваемся, чтобы детям легче было…

Первого января у Любови Будниковой день рождения. Женщина праздновала его с мужем в селе, а от детей и внуков принимала поздравления по телефону. Второго числа она убеждала дочь Татьяну приехать к ней — забрать овощи и фрукты для детворы. Мать с дочкой говорили около часа, делились новостями, обменивались планами, как вдруг Таня закричала: «Мама, мы, кажется, горим!» — и бросила трубку.

Вместе с Любовью Ивановной заходим в ее квартиру. Черные пол, потолок и стены, обуглившаяся плита посреди квартиры и одиноко горящая лампочка, которую сюда протянули с первого этажа, — вот все, что осталось от жилища.

 — Вот здесь загорелось, — показывает хозяйка на середину стены.  — Тут диван стоял. Дома были только невестка Юля, дочка Таня и четверо их деток. Задымило, заискрило, и вдруг вспыхнул диван. Девчата бросились тушить: и водой лили, и огнетушителями (соседи из гаража принесли) пробовали загасить. Пожарных вызывали — они не едут. Старшие детки побежали звать на помощь, а младшие спрятались. Огонь моментально перекинулся на стены. Двух внучек, которые были в спальне, спас сосед. Девочки к тому времени чуть не задохнулись. А внук Андрюша, когда его спасали, поломал ножку.

«В голове была только одна мысль: «Там двое моих детей. Кому они, кроме меня, нужны? Я должна спастись!»

 — До сих пор не могу опомниться от пережитого ужаса, — рассказывает Наталья Ковалевская, жительница третьего этажа злополучного дома.  — В тот день мы всей семьей были дома. 12-летний сын Валера собирался на новогоднюю елку, а младший, которому только-только месяц исполнился, голышом лежал на диване, игрался. И в этот момент — бешеный стук в двери. «Кто там?» — осторожно спросил Валера. В ответ — тишина. И через некоторое время далеко-далеко крик: «Пожар! Спасайтесь!» Наверное, соседи постучали и побежали дальше, предупредить остальных. Распахиваем входную дверь, а коридор полон дыма, ничего не видно, куда бежать — непонятно. Началась паника. Изо всех щелей, из-под плинтусов в комнату начал валить густой сизый дым. Наша квартира — как раз над одиннадцатой, той, где начался пожар! Огонь выжигал им потолок, а нам — пол. Мы стали в спешке одеваться сами и собирать малыша. Закутали его в «конверт» из овчины, муж сверху обернул мокрой пеленкой, взял ребенка на руки и первым ринулся к выходу. Следом побежал Валера, а самой последней пыталась выбраться я. Мало того, что я со своими швами после кесарева сечения еле хожу, так тут еще и сердце разболелось! (У Натальи порок сердца.  — Авт. ). На лестнице я вдруг услышала, что муж с малышом, вместо того, чтобы спускаться к подъезду, побежал по общему коридору в сторону балкона, откуда нет выхода на улицу. В дыму он не сориентировался, куда идти! Я из последних сил закричала ему, чтобы возвращался и спускался на первый этаж. Потом поняла, что больше идти не могу, и с трудом вернулась в квартиру. И тут с лестничной клетки, где уже вовсю полыхал огонь, я услышала крик «Мама!» Холодея, поняла, что это Валера вернулся. Сын, зная, что у меня больное сердце, подумал, что я потеряла сознание, и решил спасти меня. Но не мог понять, куда идти. Стоял в дыму, плакал и звал меня… Я крикнула, что со мной все в порядке, и он, слава Богу, смог пробраться к выходу. А я на ощупь побрела к балкону. Обессилев, крикнула соседям, что никуда уже отсюда не пойду. А в голове была только одна мысль: «Там, внизу, двое моих детей. Кому они, кроме меня, нужны? Я должна справиться, я должна найти силы и спастись!.. »

К счастью, в это время пожарная команда как раз подняла раскладную лестницу к окну третьего этажа, и Наташа смогла выбраться через окно.

От стресса у молодой матери пропало грудное молоко. Но самое печальное, что семья с маленьким ребенком осталась без жилья. Домоуправление № 12 предложило погорельцам комнату в мини-гостинице (бывшем общежитии) неподалеку, но предупредило, что это только на пару дней. «А дальше — как хотите», — заявил начальник домоуправления. Переезжать в каморку с одним маленьким окошком и одной розеткой, без батареи, общей кухней в конце коридора и жутким туалетом Наташа не стала. Пока нашла приют у знакомых. Чем могут, помогают и сослуживцы мужа — подполковника милиции.

- А нам деваться просто некуда, — вздыхает Татьяна Будникова, дочь Любови Ивановны.

Мы беседуем с ней в малюсенькой комнате того самого общежития на улице Ивана Кудри, от которого отказалась Наталья Ковалевская. Между двух расставленных под стенками кроватей — тумбочка и два стульчика. На них, поджав ноги, сидят девочка лет семи и четырехлетний мальчик. У Андрюши ножка в гипсе и синячок под правым глазом — когда ребенка спасали во время пожара, он обо что-то сильно ударился. Александра прижимается к бабушке — Любовь Ивановна согласилась побыть с детьми, пока Таня сходит к участковому написать заявление о том, что они, Будниковы, пострадали вследствие пожара и нуждаются в жилье. Мальчишка, плача, просит маму не уходить.

 — Он теперь всего боится, — говорит Татьяна.  — А у меня просто руки опускаются. Детей без мужа ращу: Сашенькин папа умер, Андрюшин ушел. Чудом дети спаслись! Если бы пожар ночью случился, мы бы все сгорели. И так племянниц моих еле спасли. Они, когда увидели, что диван вспыхнул, закрылись в дальней комнате, чтобы елочка, которую они наряжали, не загорелась. Хорошо, что сосед, вылив на себя ведро воды, выбил дверь и вынес девочек из спальни. Еле живы остались, так теперь нас на улицу хотят выгнать! Домоуправление выделило нам эту каморку, а комендантша теперь приходит и прямым текстом: или платите 1800 гривен в месяц — или проваливайте. А у нас денег нет. И жилья тоже. Хоть бери детвору и иди на мороз в снегу ночуй. Нам всего два дня сроку дали…

 — Так этой Таньке и надо, — несколько неожиданно прокомментировала произошедшее председатель домового комитета Валентина Квасова.  — Она пьяная была, поэтому у них пожар и произошел.

 — Позвольте, но в доме ведь была неисправная проводка . Это все соседи подтверждают!

 — Какая там проводка! У Будниковых этих 12 тысяч гривен долга за квартиру. Я вообще не обязана ими заниматься, в моем ведении дома № 6/8 и 10 по Тверскому тупику. Но я, исключительно по доброте душевной, приходила к жильцам этого дома и разъясняла, что они, если хотят добиться возмещения ущерба, должны взять справку из милиции и пожарной и подать заявление в органы власти. А материальную помощь им никто не выделяет, потому что старый бюджет уже ушел, а новый еще не принят.

 — Но дети-то в чем виноваты? У мальчика нога сломана, малыши отравились угарным газом, а теперь еще и остались без крыши над головой.

 — Эту Таньку вместе со всем ее кагалом гнать надо в шею! — закончила разговор председатель домового комитета.

С руководством домоуправления N 12 нам пообщаться не удалось. Узнав, что звонят из газеты, секретарь сразу заявила, что начальника «нет на месте», трубку мобильного телефона он не брал. В городской госадминистрации нам сказали, что никаких комментариев по этому вопросу они не дадут, но уточнили, что расселением погорельцев будет заниматься исключительно Министерство обороны Украины.

 — Мы приложим все усилия, чтобы обеспечить людей жильем в ближайшее время, — заверил «ФАКТЫ» начальник квартирно-эксплуатационного управления Минобороны Вячеслав Евстигнеев.  — Но ремонтировать сгоревшие квартиры нам не за что. Несколько лет назад государство приняло решение выделять министерству финансовую помощь — на ремонт и поддержание в надлежащем состоянии жилищного хозяйства — в виде субвенций, то есть перечисляя деньги не министерству, а напрямую местным властям (в данном случае — управлению жилищного хозяйства). Но если в позапрошлом году благодаря этим отчислениям были отремонтированы несколько наших ведомственных зданий, то в 2009-м субвенции не были продлены, а сейчас вообще еще не принят госбюджет. И все же обеспечить погорельцев временным жильем постараемся во что бы то ни стало.

P. S. Возле пострадавшего от огня дома в глаза бросилась обуглившаяся искусственная елочка с остатками дождика из фольги. Очевидно, та самая, которую хотели спасти малыши из 11-й квартиры. Дай Бог, чтобы дети погорельцев из дома № 7 не были выброшены на улицу, как этот некогда зеленый атрибут Нового года…

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров