Житейские истории Ничто человеческое...

«Сидеть как-то легче, если знаешь, что на воле тебя ждут»

17:30 21 августа 2012   1047
женская колония
Анна ВОЛКОВА, «ФАКТЫ» (Полтава)

В женской исправительной колонии под Полтавой состоялась первая в этом году свадьба

Статистика бесстрастна: у семидесяти пяти процентов осужденных женщин потеряны социальные связи. То есть их никто не ждет на свободе. Они могут жить, работать и веселиться в неволе, но за стенами пенитенциарного заведения у них это почему-то не получается. Впрочем, есть и исключения...

Некоторые женщины совершают повторные преступления ради... любви, которую встретили в неволе

В пошивочном цеху Надержинщинской женской исправительной колонии под Полтавой мое внимание сразу же привлекла симпатичная молодая женщина с пирсингом в аккуратном носике. Ее черные глаза будто излучали свет, а с губ не сходила улыбка. Выяснилось, что киевлянка Ольга сидит за мошенничество. По образованию — юрист, имеет навыки компьютерного программирования. Но честным путем зарабатывать себе на жизнь не смогла.

— У меня хорошая семья, все юристы, одна я оболтусом родилась, — отрывается от шитья 28-летняя Ольга. — Мне всю жизнь не хватало адреналина. Даже с парашютом прыгала. И мошенницей, наверное, потому и стала, что мне нравится ходить по лезвию бритвы. Обманывала всех, кто поддавался на пустые обещания. К тому же хотелось больших денег, чтобы жить, ни в чем себе не отказывая. Деток на ноги мечтала поставить. Их у меня двое: дочке восемь лет, сыну — четыре.

— А муж?

— Приезжал недавно на свидание, детей привозил. Они не знают, где я на самом деле нахожусь, им говорят, что в больнице.

*Занятие вышивкой помогает Ольге Запольской коротать время до выхода на свободу

Из «больницы» Оля ежемесячно отправляет домой гривен по четыреста. Двести, которые остаются после всех вычетов, оставляет себе — в киоске на территории колонии можно недорого отовариться, а также купить косметику без содержания спирта. Даже за колючей проволокой женщины прихорашиваются — красят губы и глаза, пользуются кремами. Но самый ходовой товар среди зэчек — телефонные карточки для уличных автоматов. Начальник колонии Николай Алексеенко жалуется — такие карточки уже отошли в прошлое, поэтому их приходится заказывать специально, в среднем по полтысячи в месяц, ведь пользоваться мобильными телефонами в учреждениях пенитенциарной службы запрещено.

На территории колонии каждый клочок земли засажен цветами — розами, петуниями, чернобривцами, георгинами. Осужденные (их тут чуть более полутысячи) для себя стараются. Чистота такая, что кажется, будто по асфальтовым дорожкам вообще никто не ходит. Разве что курочки. Их тут разводят для собственных нужд. Как и кроликов, и коров. А на огороде женщины собирают овощи, которые частично консервируют на зиму. В общем, настоящая коммуна.

В Надержинщинскую колонию многие осужденные... мечтают вернуться. Особенно те, кому больше некуда идти. Потому что здесь у них есть все. Белоснежные простыни, которые меняют раз в неделю. Работа — в основном женщины шьют спецодежду по заказу силовых и профильных ведомств. Кстати, шьют на импортном оборудовании, стоимость которого составляет больше миллиона гривен. Оно обеспечивает высокое качество изделий и разнообразие операций. Есть вкусная еда. Организован досуг... Только свободы нет.

Некоторые женщины совершают повторные преступления ради... любви, которую встретили в неволе. Не секрет, что в изолированных обществах возникают стойкие однополые пары. А для влюбленных рай и в заключении. Начальник колонии вспоминает историю, как одна из заключенных, выйдя на свободу, вскоре совершила убийство с единственной целью — вновь оказаться за колючей проволокой, рядом со своей «половинкой». Но ту «половинку», уже отсидевшую срок, забрала к себе родственница, разорвав таким образом порочную связь. А может быть, и цепочку нелепых жестоких преступлений...

Конечно, однополые браки вне закона. А вот получить разрешение на вступление в брак с мужчиной имеют право все осужденные. Другое дело, что мало кто из представителей сильного пола готов ждать женщину из заключения — отправлять передачи, ездить раз в три месяца на трехсуточные свидания. Поэтому так редко в женских колониях проходят регистрации браков. 29-летняя Яна Бережная стала первой невестой в нынешнем году. Всего же за последние три года здесь было сыграно лишь пять свадеб.

Впрочем, слово «свадьба» звучит слишком громко. В «комнате воспитательной работы» собрались жених с невестой, несколько сотрудников колонии во главе с начальником и секретарь сельсовета, которая и засвидетельствовала брак. Не было ни фаты, ни обручальных колец, ни вальса Мендельсона, ни шампанского. Были только сиреневые розы для Яны от супруга и устные поздравления от остальных. Невеста по такому случаю нарядилась в белый длинный сарафан, который оказался в ее личных вещах, а волосы украсила булавками в виде цветочков.

*Яна Бережная — первая осужденная, которая в этом году вышла замуж в колонии

— Конечно, не о такой свадьбе мне мечталось когда-то, но я... очень счастлива! — улыбается новоиспеченная супруга. — Когда знаешь, что тебя ждет на воле любимый человек, сидеть как-то легче.

С Сашей, своим мужем, Яна познакомилась через общих друзей почти три года назад. Он ездит на заработки в Киев, занимается строительством, имеет квартиру. В общем, серьезный, положительный во всех отношениях 35-летний мужчина. А главное, что принял сына Яны как родного. Влюбленные стали жить гражданским браком, и кто знает, как долго длились бы эти неофициальные отношения, если бы женщина не совершила очередную «глупость», как она выразилась, за что получила срок — три года лишения свободы. Тогда-то Саша и предложил ей руку и сердце.

Яна с семнадцати лет «специализируется» на кражах и разбоях. Нынешняя отсидка — третья «глупость», которая заканчивается заключением, но, уверена женщина, последняя.

— Теперь у меня есть моральная поддержка, чего не было раньше, — аргументирует она свою уверенность в будущем. — Саша не отвернулся от меня в сложную минуту, не бросил, и это придает мне силы пережить разлуку. Я каждый день звоню ему и слышу от него слова любви. Хочется верить, что разлука будет недолгой — уже в январе, надеюсь, получу условно-досрочное освобождение и выйду на свободу на год раньше.

Начальник колонии Николай Алексеенко в этом тоже не сомневается. Он говорит, что Яна Бережная твердо стала на путь исправления и за примерное поведение переведена из охраняемой зоны на участок социальной реабилитации, где имеет гораздо больше свобод, нежели остальные — ухаживает за подсобным хозяйством, выращивает овощи.

В прошлом году вышивальщицы колонии стали финалистками конкурса «Сто лучших товаров Украины»

Как ни странно, именно в местах лишения свободы подчас раскрываются истинные таланты людей.

34-летней Ольге Запольской вышивка крестиком помогает коротать время до выхода на свободу. Женщина сидит за убийство, в колонии уже пятый год. У нее нет ни семьи, ни родственников. Но Ольга мечтает о том, что в ее личной жизни произойдут положительные перемены, как только она выйдет из исправительной колонии — через восемь месяцев. Первым делом женщина хочет начать собственный бизнес — открыть мастерскую украинских вышиванок или же ателье по пошиву одежды.

Трудно загадывать, как сложится жизнь у Ольги на свободе, но в колонии она слывет непревзойденной мастерицей. Говорит, что шить и вышивать любила с детства, но жизнь сложилась так, что раньше было не до этого. Сейчас женщина вместе с другими народными умелицами выполняет заказ, поступивший из школы-интерната. Они создают узоры на полотне, из которого сошьют сорочки. На то, чтобы изготовить одну сорочку, уходит от одной до двух недель.

Кстати, на Сорочинской ярмарке можно было приобрести вышиванки, созданные заключенными Надержинщинской исправительной колонии. Их качество не уступает искусству иных мастериц, работающих в условиях свободы, а цена гораздо ниже — от 230 гривен. О том, что здешние заключенные имеют действительно золотые руки, свидетельствуют многочисленные награды с выставок-продаж товаров народного потребления. В прошлом году осужденные стали финалистками конкурса «Сто лучших товаров Украины».

А вот 33-летняя киевлянка Алина Демченко мечтает попасть на кастинг популярного талант-шоу «Х-фактор» и стать певицей. Все свободное время женщина проводит возле музыкальной аппаратуры, установленной на маленькой сцене в столовой. Она — настоящий талант, которым гордится администрация колонии. Рассказывает, что пела с самого детства, участвовала во всевозможных творческих конкурсах, но профессионально учиться любимому занятию не довелось.

У Алины действительно сильный голос, как у ее любимой артистки Аллы Пугачевой. Ей нравится не блатная тематика, а лирика. И поет она, конечно же, о любви, которой так не хватает самой...

Очень хотелось бы, чтобы эти женщины не вошли в те пятнадцать процентов, что снова возвращаются в свою «родную» колонию. И еще столько же после освобождения попадают в другие места лишения свободы. Такова, увы, статистика...

Фото автора

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров
Киев
0

Ветер: 2 м/с  В
Давление: 744 мм

Пятилетняя девочка приходит в новом розовом платье в детский сад. Воспитательница ее спрашивает: — Кто тебе такое красивое платье купил? Ребенок с гордостью отвечает: — Наревела!