ПОИСК
Здоров'я та медицина

«Услышав, что мне хотят пересадить донорскую почку, очень испугалась ответственности за чужой орган»

10:48 23 серпня 2013
Інф. «ФАКТІВ»
16-летняя сирота Катя Пятакова, уже четыре(!) года живущая в Киевской больнице «Охматдет», где проходит процедуру гемодиализа, остро нуждается в трансплантации почки, которую из-за отсутствия родственного донора не могут провести в Украине. Принять девочку на операцию согласились белорусские врачи

«Заболевание Кате передалось по наследству»

«Помогите спасти моего ребенка», — с такими словами ежедневно родители больных детей обращаются в редакцию «ФАКТОВ». У 16-летней Кати Пятаковой, которая с рождения страдает почечной недостаточностью и остро нуждается в трансплантации почки, нет родителей, которые могли бы попросить за девочку. Четыре года назад от этой же болезни скончался ее отец, а мать лишили родительских прав. Написать о Кате нас попросила Анастасия Павлова, которая вместе с другими жителями Александрии Кировоградской области помогает девочке. Неравнодушные люди уже договорились со специалистами белорусской клиники и даже собрали большую часть суммы, необходимой на операцию.

Уже четыре года Катя вместе со своей тетей Ириной Владимировной, ее официальным опекуном, живет в Киевской больнице «Охматдет», где трижды в неделю проходит процедуру гемодиализа. Из-за длительной болезни у девочки страдает весь организм, а месяц назад Катя попала в реанимацию с гидроцефалией (избыточное количество жидкости в головном мозге).

— Несмотря на болезнь, племянница всегда была активным ребенком, много рисовала, играла с другими детьми, но этим летом с наступлением жары ей стало совсем плохо: резко поднялось давление, появились головокружение и рвота, из-за чего Катя практически ничего не ела, — говорит Ирина Владимировна. — Компьютерная томография показала: в ее головном мозге скопилось слишком много жидкости, которую необходимо было срочно откачать. Катю положили в реанимацию. Специалисты Киевского института нейрохирургии уже провели ей три операции, ради чего специально приезжали в «Охматдет». Благо Кате стало лучше. Она уже пришла в сознание, самостоятельно питается, разговаривает и даже подбадривает меня, чтобы я не так переживала. Надеюсь, скоро ее переведут в обычную палату.

*«До того как Катя попала в реанимацию, мы с ней часто прогуливались в больничном дворе», — говорит ее тетя Ирина Владимировна (фото из семейного альбома)

Позже, когда врачи стабилизируют ее состояние, мы сможем улететь в Белоруссию, где девочке проведут долгожданную трансплантацию. Катюша не по годам сильная и мудрая. Ведь, несмотря на свой юный возраст, она уже много пережила. Болезнь досталась племяннице по наследству от отца. Он узнал о своем диагнозе уже после того, как недуг обнаружили у дочери. Его смерть стала большим шоком для нас. Сергей всегда был крепким мужчиной, практически не болел. Как-то ему стало плохо: появились слабость, отечность. Обнаружив почечную недостаточность четвертой стадии, врачи сразу назначили ему гемодиализ. Через несколько месяцев регулярной очистки крови ему стало легче, он даже хотел выйти на работу, строил планы на будущее. Но во время одной из таких процедур у него случился инсульт, он умер. Катя стала последней, кто разговаривал с Сергеем по телефону: у него был хриплый голос. Позже перезвонили врачи и сказали, что мужчины больше нет. Через несколько месяцев у Кати тоже ухудшилось самочувствие, и врачи назначили ей такую же процедуру. С тех пор племянница отчаянно борется за жизнь.

«Директор благотворительного фонда пытался присвоить наши деньги»

— Мою сестру, Катину маму, лишили родительских прав, — продолжает Ирина Владимировна. — Поэтому с раннего возраста девочка жила со мной, моим супругом и 16-летним сыном, которые сейчас поддерживают нас из Александрии. Мы все готовы отдать Кате свою почку, но, к сожалению, никто из нас не подходит в качестве донора. Поэтому нужно ехать в Белоруссию, где таким детям проводят пересадку от умершего донора. Нас там готовы принять. Но из-за того, что у меня нет пятидесяти пяти тысяч долларов (столько стоит операция), мы до сих пор находимся в Киеве. Очень больно смотреть на мучения близкого человека и понимать, что ты ничем не можешь помочь.

Все четыре года, которые Катя находится в столице, Ирина Владимировна старается быть возле нее. Женщина даже переехала в Киев, оставив в Александрии свою семью, и устроилась работать продавцом в магазин, который находится возле больницы.

— Четыре года назад, когда мы были еще в Александрии, у Кати случился первый приступ, и она потеряла сознание, — вспоминает женщина. — Тогда врачи сказали: «Мы не сможем ей помочь. Везите в Киев». На «скорой» нас доставили в столичную больницу. Никогда не забуду эту дорогу: Катя лежала на моих коленях, практически не приходя в сознание. А когда племянницу забирали в реанимацию, мне отдали ее золотые крестик и сережки. Я испугалась, что случилось самое худшее, но, как оказалось, украшения сняли медсестры, чтобы они Кате не мешали. Позже племяннице назначили процедуру гемодиализа.

В то время для отделения токсикологии, куда попала племянница, строили новый корпус, а в старом было очень тесно, и родителям не хватало места. К счастью, меня приютила совершенно незнакомая женщина, которая, узнав нашу историю, даже не взяла с меня денег за коммунальные услуги. Сейчас, когда мы живем в больнице, нас тоже поддерживают очень много людей. Это и родители детей, которые раньше проходили здесь лечение, и медицинский персонал, с которым мы уже стали одной семьей. Когда Кате исполнилось шестнадцать, одна медсестра приготовила племяннице диетический торт, другая — домашний борщ и налистники, которые так любит девочка. А вазоны с цветами, которые ей подарили, сделали больничную палату уютней. Мы очень соскучились по дому.

Две недели назад «ФАКТЫ» вкратце рассказывали историю этой девочки и ее тети. Тогда поводом для написания статьи стало мошенничество со стороны «благотворительного» фонда. Зная о тяжелом положении семьи, мужчина пытался присвоить себе деньги, которые собирал якобы для Кати.

— Директор фонда, с которым нас познакомила волонтер, обещал собрать деньги для Кати, — вспоминала тогда Ирина Владимировна. — Но за полтора месяца на наш счет не поступило ни копейки. Позже мои знакомые увидели волонтеров из этого фонда, которые активно собирали деньги для Кати в переходах и на центральных улицах Киева. Тем временем наш счет не пополнялся. Лишь после вмешательства журналистов с нами связался представитель этого фонда (уже другой мужчина) и перечислил на наш счет четыре тысячи гривен. Когда я узнала, что кто-то наживается на нашем горе, мне стало очень больно. Признаться, не верила, что так можно поступить с больным ребенком. Но помнила о добрых людях, которые действительно нам помогают. К счастью, их намного больше.

«Благодаря добрым людям мы собрали больше половины необходимой суммы»

Сейчас Катю поддерживает вся Александрия. Первыми, кто узнал о Катиной беде, стали три женщины: Виктория, Алена и Анастасия. Они задались целью помочь ребенку во что бы то ни стало и принялись собирать деньги на дорогостоящую операцию за рубежом.

— Первое, что мы сделали, — это создали страницу в интернете, где рассказали Катину историю, разместили ее фотографии и все документы, подтверждающие диагноз, а также номер банковского счета, на который желающие могут перечислить деньги, — говорит Анастасия. — Мы обращались за помощью в частные фирмы, на заводы и даже ходили по квартирам. Откликались все. Некоторые фирмы даже разместили информацию о Кате на своих сайтах. Нас поддержали местные газеты, теле- и радиоканалы. А после того как на телеканале «1+1» показали сюжет о Кате, нам стали помогать не только жители нашего города, но и люди со всей Украины. Я навсегда запомню женщину пенсионного возраста, которая передала Кате тысячу гривен, а ведь это большая часть ее пенсии. Не забуду и беременную женщину, и мужчину, передвигавшегося на инвалидной коляске. А однажды мне позвонил парень, который переслал пятьдесят гривен и извинился, что не может дать больше, ведь ему задерживают стипендию. Пообещал, что расскажет о Кате своим друзьям, которые тоже должны помочь. Некоторые признаются, что были в церкви, где поставили свечку за Катино здоровье и заказали молитву. Благодаря всем этим людям мы уже собрали больше половины необходимой суммы. Сейчас Катя хоть и медленно, но все же идет на поправку. Я надеюсь, что к тому моменту, когда ее переведут из реанимации в обычную палату, у нас уже будет вся сумма. Тогда девочка сможет уехать в Белоруссию, где ее прооперируют. (Желающие помочь Кате могут связаться с ее тетей Ириной Владимировной Дробот по телефону 067-250-08-32).

— В последние годы ситуация с трансплантологией в Украине действительно очень тяжелая, — говорит директор Координационного центра трансплантации органов, тканей и клеток Минздрава Украины Руслан Салютин. — Дело в том, что из-за несовершенства законодательной базы у нас проводят трансплантации только от родственных доноров. А больные, чьи родные не подходят по медицинским показателям, и также те, у кого нет семьи, остаются без помощи или вынуждены искать пути лечения за границей, где операции стоят очень дорого.

Мы надеемся, что в ближайшем будущем в Украине внесут изменения в законодательство, согласно которому, если человек не против, чтобы в случае гибели его органы использовали в качестве донорских, он должен отметиться в соответствующем реестре. При отсутствии такой отметки решать этот вопрос будут родные погибшего. Но чтобы это стало возможным, необходимо создать целую систему, в рамках которой будут работать база данных, центры по забору органов, служба контроля за проведением трансплантаций, а также просветительские структуры. Тогда нам удастся сохранить много жизней.

— Мы очень благодарны всем, кто не оставляет нас с Катей в трудную минуту, — продолжает Ирина Владимировна. — Каждый звонок, каждое сообщение, в котором посторонние люди желают здоровья моей племяннице, придают нам сил, заставляют поверить, что мы на правильном пути. За последние четыре года и у меня, и у Кати произошла полная переоценка ценностей. Однажды племянница призналась, что очень боится операции. «Не из-за того, что может быть больно, а по другой причине, — объяснила она. — Получить чужой орган — очень большая ответственность, с которой боюсь не справиться. Вдруг я забуду принять таблетку, и орган начнет отторгаться». Но когда на обследование в нашу больницу пришел 15-летний мальчик, которому провели такую операцию в Белоруссии, Катя изменила свое мнение и однозначно сказала: «Я сделаю все от меня зависящее, чтобы жить». Я хорошо ее поняла. Дело в том, что этого мальчика мы знали еще до операции: он был бледным, низким (из-за болезни в организме не усваивается кальций и замедляется рост ребенка), отекшим. А сейчас это красивый, крепкий парень, который учится в школе и планирует поступать в институт. Мы знаем и других деток, живущих с донорской почкой, у них появился шанс на счастливое будущее. Я очень верю, что у Кати тоже так будет.

6022

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Instagram

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів