БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Культура Судьба

На похороны автора хитов Долиной, Леонтьева и Пугачевой никто из знаменитостей не приехал

3:00 2 июля 2014   24623
Руслан Горобец
Михаил СЕРГУШЕВ, «ФАКТЫ»

Сорок дней назад в Боярке Киевской области в возрасте 57 лет скончался бессменный руководитель группы «Рецитал», известный композитор Руслан Горобец, автор песен «Погода в доме», «Ты меня не забывай», «Аэропорт» и многих других популярных хитов

Руслан Горобец умер внезапно. Приехал в Боярку ухаживать за своей больной мамой и сам угодил на больничную койку. Более двух месяцев известный композитор пролежал в обычной палате боярской районной больницы, врачи которой боролись за его жизнь. В какой-то момент Руслан Борисович, казалось, пошел на поправку, и его даже выписали. Но потом случилось несчастье. Горобец скончался в квартире своей мамы. О том, что соратник Аллы Пугачевой последние полгода жил в Боярке, знали, пожалуй, только его близкие друзья, местные музыканты. На похоронах Руслана Горобца, написавшего немало хитов для Ларисы Долиной, Валерия Леонтьева, Аллы Пугачевой, не было ни одной знаменитости…

Из досье «ФАКТОВ»

Руслан Горобец родился в семье музыкантов в городе Боярка (Киевская область) 19 июня 1956 года. Играл в музыкальных коллективах «Эней», «Граймо», «Крок», «Чарівні гітари», «Красные маки», «Карнавал». С 1983 года на протяжении 14 лет был руководителем группы «Рецитал», куда попал по приглашению Аллы Пугачевой. Работая с Примадонной, был аранжировщиком музыкальной программы «Пришла и говорю», принимал участие в многочисленных «Рождественских встречах», организуемых Пугачевой. Как композитор сотрудничал с поэтами Михаилом Таничем и Павлом Жагуном. Песни Руслана Горобца исполняли Алла Пугачева, Валерий Леонтьев, Алексей Глызин, Александр Барыкин, Анне Вески, Михаил Боярский, Александр Кальянов и многие другие. Особую популярность Горобцу принесли песни на стихи Михаила Танича в исполнении Ларисы Долиной, с которой он в 1997 году записал альбом «Погода в доме».

— Руслан в последнее время часто приезжал в Боярку, — рассказывает местный музыкант Николай Шандрик. — Его всегда тянуло на родину. Ведь здесь живет его мама, которую он очень любил. В начале этого года Зинаида Дмитриевна серьезно заболела, и Руслан, бросив все дела, примчался в родной город ухаживать за ней.

Несмотря на то что Руслан был, можно сказать, всесоюзной знаменитостью, он никогда не пользовался своей славой. За покупками, как и все мы, ходил в обычные магазины, стоял в очередях. Да и к нам, старым музыкантам, на репетиции не забывал приходить. Придет, посидит с нами в гараже, где мы репетируем, вспомнит молодость, взгрустнет… Иногда и сам садился за клавишную установку поиграть что-нибудь. Что интересно, на наших редких совместных репетициях, когда приезжал в Боярку из Москвы уже знаменитым композитором, он никогда не играл своих хитов. Вообще, всегда даже немного стеснялся своей известности.

Вы знаете, мне кажется, что в последнее время Руслан чувствовал, что с ним что-то должно произойти. Меньше улыбался, меньше шутил, стал более замкнутым. А однажды, незадолго до смерти, мы с ним случайно встретились на улице в Боярке (я и не знал о том, что он приехал). Руслан подошел ко мне, обнял, поцеловал и произнес: «Знаешь, оглядываюсь назад — а там ничего нет!» Постоял так несколько секунд, а потом перевел разговор на другую тему.

— Руслан был полным мужчиной, может, еще и поэтому у него были проблемы с сердцем, — говорит друг композитора музыкант Юрий Пронькин. — О своих болячках Горобец рассказывать не любил. Никогда ни на что не жаловался. Хотя я заметил, что в последнее время у него появилась одышка. Руслан приехал в Боярку к своей маме в самый разгар нашей революции. Думал, что через пару месяцев вернется назад в Москву. Говорил, что накопилось много дел. Но однажды неожиданно позвонил: «Юра, приезжай. Я, кажется, умираю…» «Что случилось? — кричу в трубку. — Ты „скорую“ вызвал?» «Да как-то не подумал об этом», — отвечает. Скорую помощь я вызвал сам, уже когда приехал к нему. Знаете, у Руслана лицо было такого землистого цвета, он не мог даже подняться с постели. Вместе с ним поехали в больницу. В реанимации мой друг немного пришел в себя. Я хотел устроить его в областную больницу, но нам отказали. Мол, гражданину другой страны там лечиться нельзя.

— Неужели на медперсонал киевской областной больницы не подействовала известная фамилия?

— Ну, во-первых, Руслан сам был против, чтобы кто-то из медиков знал, что он известный композитор и чуть ли не друг Аллы Пугачевой. Он был очень скромным. Мне так и сказал: «Раз не берут в областную, значит не положено. Поехали туда, где возьмут, или домой». Даже когда я отвез его в боярскую районную больницу, где он потом лежал в палате с еще двумя мужчинами, долгое время никто не знал, что рядом с ними автор хитов.

— Но фамилия-то известная.

— Мало ли Русланов Горобцов в Украине? Кстати, один раз Русланчик сказал мне: «Кажется, врач, которая была сегодня на смене, узнала меня. Она слишком хорошо ко мне относится».

Известный композитор почти не вставал с постели, и Юрий Пронькин чуть ли не круглосуточно ухаживал за ним в больнице.

— Примерно в то же время маму Руслана привезли в эту же больницу, — продолжает Юрий. — Но я не говорил об этом другу, чтобы лишний раз его не расстраивать. Сначала Руслан почти ничего не ел, хотя мы с женой старались его побаловать. Но потом к нему вернулся аппетит.

— Чем баловали-то Руслана Борисовича?

— Мясо он очень любил.

— Часто ему звонили из Москвы?

— Телефон с Русланом был всегда. Не могу сказать, что ему часто звонили. Я думаю, о том, что он попал в больницу, из его московских друзей мало кто знал. Он же никогда никому ни на что не жаловался.

— Руслан Борисович был обеспеченным человеком?

— Мне сложно сказать, — говорит Юрий Пронькин. — Руслан вел очень скромный образ жизни. Я, например, знаю, что у него была новенькая BMW, но ездил он на «жигулях» шестой модели. Причем даже из Москвы в Боярку на них приезжал. Я как-то спросил Руслана, почему он ездит на «Ладе». «Так бандиты меньше будут обращать внимание», — ответил он.

— И в свою последнюю поездку приехал на «Ладе»?

— Нет. На поезде. Боялся, что из-за событий в Украине его, гражданина России, могут к нам не пустить.

— Сколько Руслан Борисович прожил после выписки из больницы?

— Всего пару дней. Я ему после выписки позвонил — мол, как ты там. Да нормально, говорит. Вот маму на ноги поставлю и поеду назад. Он даже когда сам был при смерти, все о маме думал. Вот такое бы лекарство ей достать, вот такое бы покушать принести. А потом позвонила его мама: «Юрочка, скорее приезжай! Русланчик умер». Зинаида Дмитриевна обнаружила своего сына утром лежащим на полу. Видимо, ночью ему стало плохо, он встал, хотел подойти к телефону, чтобы позвонить врачам, упал и умер.

*"После похорон мы с ребятами позвонили Алле Пугачевой, и она пообещала установить памятник на могиле Руслана", — говорит друг композитора музыкант Юрий Пронькин (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

— Мама для Руслана — это святое, — подключается к разговору еще один друг композитора музыкант Николай Левковский. — Она же его с четырех лет каждый день водила в школу для одаренных детей. Заботилась о сыне. У Руслана был абсолютный слух. Любую услышанную мелодию мог сразу напеть.

— Как вы с ним познакомились?

— Еще пацанами мы создали группу. Руслан играл на клавишах, я на гитаре. Это была группа завода «Искра». В 18 лет Руслан уже получал на заводе зарплату — как музыкальный руководитель.

— Авторитетным был руководителем? Строгим?

— Он не любил, когда кто-то из музыкантов фальшивил. Но никогда ни на кого не кричал. Просто начинал беззвучно смеяться, когда кто-то из нас возьмет не ту ноту.

— Что пели? Руслан уже тогда предлагал исполнять его песни?

— А никто из нас и не знал, что он сам пишет! Мы пели, как тогда говорили, всякую иностранщину. Очень популярен был Демис Руссос со своей песней «Сувениры». Правда, никто из нас не знал толком слов. Руслан придумал такую штуку: первый куплет пели правильно, во втором — был просто набор английских слов, которые мы знали, а третьим — снова повторяли первый куплет. Никто из зрителей не замечал, как мы халтурили.

— Ваш ансамбль был популярным?

— Среди жителей Боярки — да. В большей мере из-за Руслана. Его зрители любили. Он виртуозно играл на клавишных инструментах. Нас, кстати, очень часто приглашали на свадьбы. Зарабатывали по тем временам очень хорошо. По 50—70 рублей на человека. Играли обычно в неделю на двух свадьбах и на одной дискотеке. Руслан все деньги, которые получал от наших выступлений, хранил, не тратил. А когда уходил в армию, нам, своим друзьям, накрыл стол на всю собранную сумму! Представляете, как мы тогда погуляли! После армии Руслан вернулся в ансамбль, и мы вместе играли где-то еще полгода. Потом его пригласили работать в Москву. Он играл в группе «Карнавал» у Александра Барыкина, у Иосифа Кобзона, у популярного в то время эстонского певца Яака Йоалы.

С концертом этого эстонского певца связана интересная история. Он приехал в Киев, и Руслан пригласил нас на концерт. Мы приезжаем, а билетов нет и в зал нас не пускают. Тогда самый смелый из нас начал требовать: «Позовите сюда Яака Йоалу!» — «А вы кто такие?» — спрашивает охранник. «Да мы… односельчане Руслана Горобца!» Так и попали на концерт.

Руслан своей популярностью не злоупотреблял. А в быту он был каким-то очень беспомощным. «Коля, у меня любимый унитазик разбился, и я не знаю, что делать», — как-то сказал он мне. Пришлось помогать всем ансамблем доставать новый унитаз, что по тем временам было очень непросто.

— Неужели и после того, как Руслан стал руководителем группы «Рецитал» Аллы Пугачевой, он не изменился?

— Всю жизнь был скромным. Я ему как-то предложил: «Давай фильм про тебя снимем». А он: «Коля, ну что я буду, как обезьяна, перед камерами светиться? Мне это не надо». И ведь немногие знали, что он написал столько хитов. Например, «Аэропорт» исполнял Барыкин, на диске было написано, что это он является автором песни. А написал-то ее Руслан. Но спорить с Сашей не стал. Оправдывал певца, дескать, это не он обложку к пластинке готовил, а те, кто готовил, просто не знали автора песни.

— Пугачева ценила Руслана?

— Да. Когда она приехала с концертом в Чернобыль, представила Руслана так: «Вот это ваш украинский парень. Я уже много лет под его дудочку пою и пляшу!» Да и сам он об Алле Борисовне всегда отзывался только хорошо. Кстати, когда в Украине стало сложно с концертами, в «Рецитале» по протекции Горобца одно время играл известный киевский музыкант и певец Тарас Петриненко.


*В легендарной группе Аллы Пугачевой «Рецитал» Руслан Горобец был художественным руководителем, а Игорь Николаев — обычным клавишником

Руслан всегда помогал друзьям. Когда мы приезжали к нему в гости в Москву, он, сколько бы нас ни было, всегда покупал за свои деньги обратные билеты.

А когда Руслана не стало, на его похороны в Боярку никто из знаменитых певцов не приехал. Алла Борисовна была в Израиле на отдыхе. Прислала соболезнование. Может быть, они еще приедут, когда в нашей стране наладится ситуация. Кстати, сейчас мы собираем подписи, чтобы одну из улиц Боярки переименовать в улицу Руслана Горобца.

Сам композитор очень редко давал интервью. Несколько лет назад он рассказал одной из российских радиостанций о том, что еще в восьмимесячном возрасте мог следом за отцом повторить любую мелодию.

— Папа меня как-то катал в коляске и напевал фальцетом. И я повторял за ним, — рассказывал Руслан Горобец. — Причем повторял точно: нота в ноту! Папа, конечно, был шокирован. Берет коляску и едет к своему соученику Виктору Маину. И вот папа с Виктором Рудольфовичем начали мне напевать разные мелодии, а я за ними повторял. В восемь месяцев! Они оба были в восторге. Особенно, когда я не взял правильно одну нотку и папа меня поправил, спел выше, и я в точности повторил за ним. Мне потом мама рассказывала об этом случае.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров
Киев
0

Ветер: 3 м/с  C-В
Давление: 744 мм

Одесса, рынок. Крупных размеров дама подходит к контейнеру с кофточками и спрашивает у продавца: — А что-нибудь веселенькое на меня есть? — Нет, мадам. Вас хочется... обнять и плакать.