Украина Сильные духом

В ответ на соболезнования руководителя области Татьяна Рычкова попросила... "скорые", чтобы вывезти раненых

0:30 29 августа 2014   10757
Татьяна Рычкова
Наталья ГАРМАШ, «ФАКТЫ» (Днепропетровск)

Волонтер, спасшая сотни жизней украинских солдат, похоронила супруга, 39-летнего Вадима Рычкова, заместителя командира батальона 25-й Днепропетровской воздушно-десантной бригады, погибшего в зоне АТО

Во время прощания с Вадимом Рычковым в поселке Гвардейское на Днепропетровщине, где дислоцируется 25-я воз­душно-десантная бригада, местные жительницы, собравшиеся на площади перед Домом офицеров, признались: «Наших уже больше ста человек погибло, но такие пышные похороны здесь впервые. Обычно только родственники собираются, а тут столько друзей приехало». Сослуживцы Вадима были явно не с передовой — кто с палочкой, кто с загипсованной рукой на перевязи: весть о гибели заместителя командира батальона подняла бойцов с больничных коек.


*Последний снимок Татьяны с мужем. Вадим, получивший осколочные ранения, на все просьбы жены лечь в госпиталь, отвечал: «Я здесь головой должен работать, а она еще цела» (фото из семейного альбома)

— Задачей Вадима Рычкова было обеспечение связи батальона с командованием, и связь у нас была всегда, хотя в обстановке боевых действий это чрезвычайно сложно, — говорит командир батальона Николай Палас, тяжело переступая с раненой ноги на здоровую. — Он не просто блестяще выполнял свою задачу, я постоянно чувствовал надежное прикрытие. Да и других Вадим умудрялся защитить, поддержать. Обеспечение не входило в его обязанности, но он постоянно решал какие-то проблемы батальона — то бензоагрегат доставит на блокпост, то обмундирование для ребят раздобудет. Вадим был самый безотказный и самый бескорыстный из всех, кого я знал.

— Меня призвали еще в марте, — рассказывает 20-летний рядовой Михаил Корж. — И Вадим Владимирович с первых дней, можно сказать, заменил мне отца — солдаты были за ним как за каменной стеной. 12 августа под Углегорском мы попали под минометный обстрел и оба были ранены в ноги. Я упал и чувствую, что даже ползти не могу. Все, думаю, конец. Но Вадим Владимирович, у которого тоже хлестала кровь из ноги, схватил меня за бронежилет и оттащил за БМД (боевая машина десанта. — Ред.). Когда раненых увозили в госпиталь, мы уговаривали его тоже ехать, но он только отмахнулся: «Я в порядке, встретимся после войны, ребята!»

— Он несколько раз был ранен, но так и не ушел с передовой, — вспоминает о начальнике связи рядовой Максим. — С раненой ногой таскал на себе радиостанцию, и все у него всегда было заряжено, всегда работало.

— Самый добрый в мире человек, — добавляет рядовой Артем Сучков. — Даже большую белую собаку, прибившуюся к блокпосту, взял на довольствие. А сколько он интересных историй знал! В паузах между боями и обстрелами ребята собирались вокруг него. Такой эрудит был, очень начитанный, иностранными языками владел.

Вадим Рычков хоть и не был профессиональным военным, вырос в семье офицера. Школу закончил в Гвардейском. Здесь живут его родители, одноклассники, друзья.

— С Вадимом никогда не было проблем, — плачет мать погибшего, учительница местной школы Наталья Ивановна. — Десятилетку с золотой медалью окончил, на физический факультет Днепропетровского университета поступил. Он не мечтал стать военным, как отец. Даже в армии не служил, а в казарме, наверное, только на экскурсии был. В первые дни АТО ушел добровольцем в 25-ю бригаду, был командиром взвода связи, потом заместителем командира батальона. У нас семья русскоязычная, отец с Донбасса, но после появления в Крыму «зеленых человечков» мы все стали «бандеровцами», даже мыслей не возникло отговаривать Вадима от участия в этой необъявленной войне. Только постарались его получше одеть-обуть, друзья из всех уголков Украины передавали тогда посылки с экипировкой. А потом и жена сына Танечка подключилась. У них была удивительная семья: вместе везде и всегда. На лыжах, на коньках катались, много путешествовали, дайвингом занимались, даже ребенка рожали вместе. Сын в любой компании считался заводилой, хорошо на гитаре играл, пел, и в школе, и в вузе был лидером. Родители Тани очень его любили, звали ласково Вадиком, хотя мы с отцом всю жизнь называли сына Вадимом.

Многоэтажку, в которой жили Татьяна с Вадимом, Рычковы в шутку называли «оплотом сепаратистов». Во время паузы между боями, когда мужу удалось ненадолго вырваться домой, они вывесили во дворе желто-голубой флаг и тут же услышали замечание соседки: «Необходимо согласие всех жильцов». На что Вадим, обладавший прекрасным чувством юмора, ответил: «Я у Гиркина не спрашивал разрешения, а здесь и подавно не буду. Кто снимет флаг, будет, как Ван Гог». Вряд ли соседка знала, кто такой Ван Гог, но с флагом соседи смирились. Правда, на Таню, которая день и ночь загружает во дворе старенькую машину, отправляя в зону АТО, по-прежнему смотрят косо. Консьержка даже сказала ей как-то: «Вы развили такую бурную деятельность, что с вами страшно жить в одном доме».

«Многие люди просто не понимают, что идет война, — незадолго до гибели мужа написала Татьяна Рычкова на своей страничке в „Фейсбуке“. — Полстраны в каком-то зазеркалье — танцуют в ночных клубах, зависают ночами в соцсетях, в то время, как вторая половина яростно сражается за будущее наших детей и внуков. Когда же народ проснется, сколько еще нужно для этого утраченных жизней? Мне кажется, что я душу свою надела бы на этих мальчишек, чтобы их защитить, а генералы по-прежнему не спешат обеспечивать армию необходимым. Рада, что дала многим каски, броники, тепловизоры, благодаря этому начштаба живой, снайпер живой, майор живой, мой Вадик живой, и много-много других ребят живы. А те, кому не досталась защита, погибли. И пусть кто-то считает меня больной на голову, я все равно буду ехать в этот ад, где герои стоят насмерть».

Вадим даже не пытался отговаривать Татьяну. Журналисту, который спросил, не жалко ли ему жену, объяснил: «Есть вещи, над которыми мы властны, а есть вещи, над которыми не властны. Таня все равно поедет». Сам, раненный осколками, Вадим на все просьбы Татьяны лечь в госпиталь отвечал: «Я здесь головой должен работать, а она пока еще цела». Впрочем, начальник связи мог подменить любого бойца — воевал наравне со всеми, подавал инструменты хирургам в палатке полевого госпиталя, отправлял «груз 200″. Когда батальон освободил Славянск, на блокпост пришли местные пацаны: «Дяденьки, у вас покушать нет?» Вадим с друзьями отдали мальчишкам почти все припасы и сами три дня сидели голодные, пока Таня случайно об этом не узнала.

В ночь на 17 августа батальон готовился к атаке в районе Енакиево, несколько ударных групп рассредоточились в поле. Но то ли кто-то предупредил противника, то ли боевики решили себя обезопасить, только поле накрыло мощной ракетной волной. Когда со свистом летят мины, бойцы успевают спрятаться, залечь. Ракеты же падают совершенно бесшумно, один залп из «Града» способен перепахать целое футбольное поле на метровую глубину. Последствия удара были такие, словно против наших бойцов применили не только «Грады», но и более мощные «Ураганы». Вадим со своими ребятами оказался в эпицентре ракетной атаки…

«Вчера в моем мире все перевернулось!» — написала Татьяна на своей страничке в Интернете, узнав, что Вадим погиб. В первые минуты она подумала, что теперь не имеет смысла ехать туда, где нет ее любимого. Но тут позвонили с блокпоста: «Не на чем вывезти раненых!» И Таня словно очнулась: «Как же я их брошу?» Когда накануне похорон Вадима заместитель губернатора области Борис Филатов выразил вдове соболезнования и предложил помощь, она попросила: «Дайте лучше „скорые“ для бойцов 25-й бригады».

— У них свой фронт, у меня — свой! — закуривает Татьяна очередную сигарету. — И меня никто не остановит. Если государство так плохо поддерживает бойцов, кто-то же должен им помочь? Недавно звонит хирург из полевого госпиталя, они там раненых спасают — без дефибрилляторов, без аппаратов искусственного дыхания, вообще без ничего! «Таня, кровеостанавливающие препараты закончились, раненых не на чем вывезти!» Отвечаю: «Буду через два часа!» А он мне: «Через два часа будет поздно!» От отчаяния душа разрывается! А военные чиновники на крик о помощи знаете, что отвечают? «Мы вас услышали». 25-я бригада будет стоять до последнего, там такие герои, которых, пожалуй, еще не было в нашей истории. Им в штабе ставят задачу зачистить город за три дня, а они практически голыми руками делают это за 12 часов. Говорят: «Мы отсюда не уйдем, иначе все жертвы напрасны. Эти твари опять займут с кровью отвоеванные позиции, но мы им не отдадим». Бойцы не просят их спасти, они сами хотят спасти Украину. У меня в мобильном телефоне фотографии многих ребят в балаклавах, но хочется, чтобы все увидели, какие прекрасные, какие одухотворенные у них лица. Тем более что многих уже нет в живых… Но я их не забуду и никогда не брошу.

Сейчас 25-я бригада оказалась в сложной ситуации, и друзья до трех часов ночи звонили Тане, отговаривая приезжать: «Грады» работают практически беспрерывно, ни проехать, ни пройти". Татьяна уже просто не знает, у кого еще просить помощи. Заместитель губернатора Днепропетровщины Геннадий Корбан обратился по ее просьбе к министру обороны Валерию Гелетею. «25-я воздушно-десантная бригада, — сказано в обращении, — понесла за время АТО самые тяжелые потери: 107 бойцов погибли, 500 ранены, семеро пропали без вести. В связи с этим прошу в течение двух суток вывести бригаду на переформирование. У нее остались считанные единицы техники, одна из рот второго батальона насчитывает всего лишь шесть человек. Берегиня этой бригады Татьяна Рычкова обеспечит общественный контроль над восстановлением боевой мощи подразделения, чтобы после пополнения бригада могла бить врага кулаком, а не растопыренными пальцами».

Какой ответ дал министр, пока не известно. Но военный эксперт Юрий Бутусов так прокомментировал ситуацию с днепропетровскими десантниками:

— Бойцы сражаются отчаянно, наносят врагу огромные потери, но бригада объективно утратила боевой потенциал. Учитывая, что это подразделение имеет огромный опыт боев с террористами и высочайший боевой дух, оно нуждается в пополнении тяжелой техникой и личным составом. Все бойцы, оставшиеся в строю, должны быть повышены в звании, им можно доверить обучение нового личного состава.

Пока десантники ждут реакции военного ведомства, Татьяна времени не теряет. Сейчас она уже мчится на новеньком пикапе, подаренном спонсорами, во Львов за касками, потом направится в Киев за тремя армейскими реанимационными джипами и «уазиком» скорой помощи, закупленными на деньги, собранные волонтерами. Таня надеется спасти оставшихся ребят…

P. S. Указом президента Украины Татьяна Рычкова награждена орденом «Княгини Ольги» за вклад в укрепление обороноспособности и боевого духа нашей армии.

Татьяна Рычкова по-прежнему собирает помощь для солдат в зоне АТО и просит откликнуться всех неравнодушных. Номер ее телефона (067)100−95−95, карточка 5168 7553 5637 4765 в Приватбанке.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Д-а-а-а... — сказала бабка, pассматривая женские трусики стринги на вещевом рынке. — Случись что — и опозориться некуда!