БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Происшествия Громкое дело

Светлана Поп: "Точно знаю: моего сына убили именно за то, что он украинец"

6:00 1 февраля 2017 3289
Виталий Поп

В Белореченском суде Краснодарского края России началось слушание дела о насильственной смерти 16-летнего украинца Виталия Попа, зверски убитого сотрудниками колонии для несовершеннолетних

Об этой леденящей душу истории «ФАКТЫ» писали год назад, когда стали известны подробности страшного преступления, произошедшего в Белореченской колонии для несовершеннолетних на Кубани. В ночь на 25 ноября 2015 года туда привезли по этапу семерых подростков, среди которых был 16-летний украинец Виталий Поп, осужденный на четыре года и восемь месяцев за ограбление (которого, скорее всего, не совершал). По приезде всех сразу же отправили в душ. Вслед за ними в душевую вошли десять сотрудников колонии в масках и с дубинками, и начался принятый на «малолетке» варварский обычай «прописки». Мальчишек раздели догола и заставили приседать и отжиматься. Тех, кто уже не мог пошевелиться, избивали, отливали водой и снова заставляли заниматься «физкультурой». Но лишь одного из новоприбывших, Виталия Попа, тюремщики пытали с особой жестокостью. Остановились лишь тогда, когда у мальчика треснул череп и переломился позвоночник. Теперь, уже сев на скамью подсудимых, изверги говорят, что подавляли бунт, который якобы пытался устроить Виталий Поп. Но заключенные, прибывшие вместе с ним по этапу и попавшие в ту же мясорубку, утверждают, что охранники пришли в ярость и набросились на Виталика за то, что он «бандеровец» и «хохол».

«Отсижу достойно, выйду мужчиной, докажу, что я не преступник, и мы вернемся домой в Украину»

Коротко напомним предысторию и обстоятельства дела. Родители Виталика познакомились на Кубани: Светлана отсюда родом, а житель Западной Украины Иван Поп приехал в Краснодарский край на заработки. Поженившись, молодые люди переехали в Закарпатье, в село Грушево Тячевского района. У них родились трое детей — дочь Снежана и сыновья Иван и Виталий. В 2013 году супругам предложили работу на Кубани. На тот момент их семья уже хлебнула горя: в 21 год их дочь Снежана погибла, отравившись угарным газом. Ее двухлетний сынок остался сиротой. Иван и Светлана решили взять маленького внука с собой в Россию, а младшего сына оставили на попечение старшего, который к тому времени уже обзавелся семьей. Окончив школу, Виталик переехал к родителям.

— Мы с мужем обосновались в станице Холмской Краснодарского края, — рассказывала «ФАКТАМ» Светлана Поп. — Создали небольшую фирму по производству тротуарной плитки. Виталик нам помогал. Он был мастер на все руки: и плитку клал, и крышу перекрывал. За работу в цеху получал приличную зарплату, купил себе скутер. Вредных привычек у него не было: сын не пил, не курил, не употреблял наркотики. Мы жили счастливо и хорошо, ладили с местными жителями. Арест Виталика был как гром среди ясного неба. Какие-то подростки ворвались в станичный магазин, сорвали с шеи продавщицы золотую цепочку, а она сказала, что это сделал наш Виталик. Я до сих пор не верю, что он мог на это пойти: во-первых, никогда не был хулиганом, во-вторых, не нуждался в деньгах.

По какой причине продавщица вздумала указывать на него, не знаю. Мы с мужем несколько раз ходили к ней, объясняли, что она обозналась. «Даже если вы считаете, что виноват именно наш сын, умоляем: простите его. Мы готовы заплатить любую сумму, лишь бы вы забрали заявление и не калечили мальчику судьбу», — просили продавщицу, стоя перед ней на коленях. Но она была непреклонна: «Никакими деньгами он свою вину не искупит».

Не имея доказательств, кроме слов потерпевшей продавщицы, Виталию Попу, никогда ранее не привлекавшемуся к уголовной ответственности, суд вынес суровое наказание: четыре года и восемь месяцев колонии. Для него приговор был ударом, но он держался как мог. На последнем свидании с родителями перед отправкой по этапу сказал: «Крепитесь, мама, не плачьте. Отсижу достойно, выйду мужчиной, докажу, что я не преступник, и мы вернемся домой в Украину».

В Белореченскую воспитательную колонию семерых осужденных подростков, среди которых был Виталий Поп, привезли 25 ноября 2015 года. Далее приводим показания одного из потерпевших, фамилию которого в интересах следствия не указываем:

«Нас сразу привели в карантинное отделение. На первом этаже всех досмотрели и сказали пройти в душевую, раздеться полностью. После этого в душевую вошли люди в масках, свитерах и перчатках. Они стали избивать нас. Удары наносили руками и ногами по всему телу. Заставляли отжиматься от пола и приседать. Кто больше не мог, того снова избивали. Угрожали изнасилованием, оскорбляли. При этом присутствовали и наблюдали весь процесс избиения другие сотрудники (еще пять-шесть человек), одетые в форменную одежду, без масок.

Больше других избивали осужденного Виталия Попа, называли его «бандеровец», «хохол». Виталий просил сотрудников: «Относитесь по-человечески! Не бейте, хватит!», но они продолжали избиение, становились ему на голову и давили на нее ногами; угрожали, что заставят его «жрать г… о и мыть туалет». Потом оттащили в сторону туалета, окунали головой в унитаз, заставляли нас мочиться на него, а потом продолжили избиение Попа, пока тот не потерял сознание".

*Виталий Поп. Фото из семейного альбома

Не вынеся пыток, Виталий Поп скончался. По результатам экспертизы смерть наступила в результате черепно-мозговой травмы с кровоизлияниями в вещество головного мозга. На теле убитого эксперты обнаружили следы не менее чем 17 ударов по жизненно важным органам. Остальных осужденных после «прописки» отправили в лазарет. Там с ними пообщалась тюремный психолог, она поинтересовалась… понравился ли им «теплый прием».

В течение последующих нескольких часов трое медработников колонии просили администрацию вызвать избитым ребятам «скорую», но исполняющий обязанности начальника зоны Владислав Иванов дал указание скрыть происшествие. В конце концов одна из врачей втайне от начальника все-таки вызвала «неотложку».

«Даже из Афганистана таких не привозили! Тело было черное, как уголь…»

О ЧП в Белореченской колонии узнали российские журналисты и подняли шум. Тюремное начальство попыталось выдвинуть версию о том, что малолетки устроили бунт, но правоохранители быстро выяснили правду. Кубанский следственный комитет возбудил уголовное дело по двум статьям Уголовного кодекса РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего» и «Превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий». К ответственности были привлечены десять сотрудников колонии, в том числе исполняющий обязанности начальника.

Родителям Виталия Попа сообщили о его гибели только спустя два дня.

*Отец Виталика Иван Поп не вынес горя и умер через неделю после похорон своего младшего сына. На фото — с женой Светланой. Фото с сайта «Новой газеты»

— Увидев тело сына в морге, я ужаснулся, — рассказывал впоследствии «ФАКТАМ» Иван Поп. — Даже из Афганистана таких не привозили! Ноги переломаны, голова смята, шейный позвонок перебит, ребра сломаны, грудная клетка черная от синяков, правое ухо рассечено, в двух местах на голове огромные порезы, голова свернута. Тело черное как уголь…

Чтобы избежать международного скандала, городской прокурор Краснодара и начальник Кубанской федеральной службы исполнения наказаний начали психологически давить на родителей убитого парня, заставляя их похоронить его в России. Иван и Светлана наотрез отказались, заявив, что предадут тело сына только родной земле. Тело Виталика не выдавали родителям в течение девяти дней — выдали лишь после вмешательства российской прессы, которая, к большому удивлению Светланы и Ивана, встала на их защиту.

Похоронив Виталика рядом с его сестрой Снежаной, Иван и Светлана собирались вернуться в Краснодарский край, чтобы следить за расследованием уголовного дела, но сделать этого не смогли: не вынеся горя, 52-летний отец подростка скончался. Интервью «ФАКТАМ» было последним, которое он дал.

7 декабря 2016 года прокурор Белореченского района Краснодарского края направил в суд обвинительное заключение в отношении десятерых бывших сотрудников воспитательной колонии. На скамью подсудимых сели: исполнявший обязанности начальника колонии Владислав Иванов и его подчиненные Андрей Криволапов, Арсен Шамхалов, Павел Грицина, Муса Аллаев, Сергей Андриященко, Роман Берсенев, Сергей Лабинский, Валерий Заднепровский и Валерий Савченко. Шестеро из них, включая организатора преступления Владислава Иванова, находятся под стражей, трое — под домашним арестом, один — под подпиской о невыезде. Семеро из подсудимых не признают свою вину, а трое признают частично — соглашаются, что превысили полномочия, но не считают себя виновными в смерти подростка.

Потерпевшими в уголовном деле признаны семеро: мать погибшего Виталия Попа Светлана и шестеро парней, выживших после избиения сотрудниками колонии. Трое из них уже освободились из мест лишения свободы, остальные находятся за решеткой и принимают участие в судебном процессе по видеоконференц-связи.

О том, как проходит судебное следствие, «ФАКТАМ» по телефону рассказал адвокат Светланы Поп Андрей Сабинин.

— Я пытаюсь добиться сколько-нибудь справедливого возмездия в интересах пацанов и мамы Виталия, но это не так просто, — говорит Андрей Сабинин. — Адвокаты подсудимых сочинили удобную версию: мол, прибывшие по этапу осужденные подняли бунт, а сотрудники колонии, пытаясь его погасить, «слегка» переусердствовали. Хотя по материалам дела видно, что никакого бунта там и в помине не было. На самом деле избиение и пытки осужденных были заранее спланированы. В тот день начальник колонии с самого утра отдал приказ об участии сотрудников внештатного спецназа в приеме «сложного» этапа. Особое внимание сказал обращать на осужденных из Украины и Крыма. Таких было двое — Виталик Поп из Закарпатья и крымский татарин Инжиев. Кроме того, спецназу велели обратить внимание на осужденного Солодко — он, мол, буян. Как только подростков завели в изолятор и начали прессовать, один из охранников Арсен Шамхалов спросил, кто здесь Солодко, и сразу его ударил. У Солодко были сломаны ребра, сотрясение головного мозга, многочисленные синяки и гематомы. Крымчанина Инжиева схватили за уши и ударили головой о стену. У него был сильно рассечен затылок, хлестала кровь. О том, что делали с Попом, вы уже знаете. Несмотря на жесточайшие пытки, Виталик пытался сохранять достоинство. Превозмогая боль, он отказывался мыть грязный тюремный туалет, просил охранников прекратить издевательства. Тогда его просто убили. Я спрашивал подсудимых: «За что вы избивали осужденных?» — «Потому что медленно приседали». — «А зачем заставляли приседать, зачем прессовали?» — «Чтобы сломить их морально-волевые качества». Прямо так откровенно и говорят!

«Все время снится, что ищу сына и не могу найти»

— Я находился на приеме того этапа, — рассказал российскому интернет-ресурсу «Медиазона» один из обвиняемых, бывший оперуполномоченный Белореченской колонии Роман Берсенев. — Как оперуполномоченный я должен беседовать с осужденными, чтобы выявить между ними конфликтные ситуации. Когда автозак с прибывшими по этапу осужденными приехал, им сказали приготовиться к досмотру, сдать личные вещи. Предложили сдать одежду. Осужденные разделись, их голыми повезли в дисциплинарный изолятор мыться и переодеваться. Я общался с каждым из них в карантине. В коридоре ДИЗО видел сотрудников в масках — это был внештатный спецназ Белореченской колонии. Они должны были находиться там для морального устрашения, чтобы пацаны не совершили никаких глупых поступков. Но они орали на осужденных, оказывая таким образом моральное давление, заставляли приседать, отжиматься. Сразу могу сказать: приседать заставляют, чтобы выявить в заднем проходе запрещенные предметы, если осужденные их туда прячут.

Когда я беседовал с четвертым осужденным, ко мне зашел дежурный по колонии и сказал, что побили пацанов, особенно Попа. Я пошел, убедился, что так и есть. Осмотрел других осужденных, увидел следы побоев и на них. Прибывший медработник при мне поставил им диагноз. Я записал семь рапортов (по каждому осужденному) об обнаружении признаков преступления, зарегистрировал их и утром отвез материалы в Следственный комитет. Конечно, спецназовцы, избившие осужденных, виноваты, с ними надо разбираться. Но у нас теперь пытаются наказать всех, чтобы от виновных отвести подозрения. Меня, например, обвиняют в злоупотреблении должностными полномочиями и сокрытии преступления, хотя именно я предал его огласке, незаконно уволили с работы. Я пытаюсь это обжаловать, но надежды мало. Краснодарские суды — это краснодарские суды.

— Точно знаю: моего сына убили именно за то, что он украинец, — сказала «ФАКТАМ» по телефону Светлана Поп. — Предвзятость судьи ко мне и моему погибшему ребенку чувствовалась с первого же заседания. Несмотря на показания остальных мальчишек, которые утверждают, что все десять подсудимых больше всех били именно моего сына и обзывали его «хохлом» и «бандеровцем», судья пытается представить дело как несчастный случай. Мол, сотрудники колонии не рассчитали своих сил, а потом вовремя не вызвали «скорую». Судья спрашивает меня: «Как вы думаете, ваш сын мог бы выжить, если бы ему вовремя оказали медицинскую помощь?» «А вы как думаете, — спрашиваю я, — с пробитым легким, сломанными ребрами и треснувшим напополам черепом он мог бы выжить?»

Сами подсудимые нагло смеются мне в лицо. Даже те, кто сидит за решеткой! Ни один из них не сказал, что сожалеет, не выразил соболезнования. Они чувствуют себя безнаказанными. Их адвокаты пытаются доказать, что Виталик умер в больнице, хотя все знают, что моего мальчика забили до смерти и в больницу его привезли уже мертвым. Помню, в ту ночь меня вдруг подбросило на постели. Я сердцем почувствовала, что случилась беда. А потом узнала, что именно в это время моего ребенка убили. Слушать на суде подробности выше моих сил, уже ноги стали отниматься на нервной почве. Я написала заявление, что прошу суд рассматривать дело без меня, приду только на прения.

Надеюсь, убийц сына посадят. Конечно, никакой приговор не вернет мне его, но я хотя бы буду знать, что сотрудники колоний теперь поостерегутся пытать осужденных и матери этих детей не испытают такого горя, какое пережила я. О Виталике не забываю ни на минуту. Мне все время снится, что ищу его, не могу найти, и это очень меня тревожит. Видно, пока его убийцы на свободе, сыну на том свете неспокойно. Обвиняемые могут сколько угодно врать мне, суду. Но рано или поздно им придется предстать перед Богом, а на том Суде вранье их уже не спасет.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров