БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Украина

«Нас было 30, а сепаратистов 150, но это им не помогло»: на Донбассе 5 лет назад возник партизанский отряд «Тени»

8:16 9 мая 2019 1499
захват сепаратистами Донбасса

Наш собеседник, один из организаторов в Донецке партизанского отряда украинских патриотов «Тени» Вадим Остапчук, первое боевое крещение получил в Киеве на Евромайдане: 18 февраля 2014 года во время жесточайшего разгона «Беркутом» мирного шествия возле ног активиста взорвалась светошумовая граната. На Вадиме были хоккейные щитки, которые и спасли от серьезных ранений, хотя часть осколков попала в мягкие ткани ноги. И побратимы настояли, чтобы он вернулся в Донецк подлечиться. Как раз в эти дни спецслужбы России развернули там подготовку «народного восстания». Так что дома времени на лечение у Вадима не было — пришлось сразу же включиться в борьбу с ползучей оккупацией города.

— Я в то время был доцентом Донецкого государственного университета управления, но в марте-апреле 2014 года в городе такое закрутилось, что днем я ходил на работу, а по вечерам и ночам мы разносили газеты, листовки и охраняли активистов, которые развешивали флаги Украины, красили в «жовто-блакитний» цвет стволы деревьев по проспекту Ильича, — говорит Вадим Остапчук. — Организовали с единомышленниками группы сопротивления, готовили своих людей для разведывательной работы в сепаратистских структурах. Спать удавалось лишь по нескольку часов в сутки, домой приходил, чтобы принять душ и переодеться. К счастью, с женой Ларисой мы единомышленники. Она стала участницей движения за украинский Донбасс.

«После жесточайшего избиения участников украинского шествия я почувствовал, что готов убивать сепаратистов»

— Наши группы разведки фиксировали, что в Донецк ежедневно завозят по 60—80 автобусов с «демонстрантами» из Ростовской, Курской и Белгородской областей РФ для участия в сепаратистских митингах, — продолжает Вадим Остапчук. — Я был вице-президентом Федерации хоккея Донецкой области, участвовал в организации соревнований и поэтому знал тренеров многих российских клубов. И вот звонит мне руководитель хоккейной команды из Таганрога и радостно сообщает: «Мы едем спасать вас от бандеровцев. Мне за это хорошие деньги предложили». Я в ответ высказал все, что думаю о его «благородном» порыве, и предупредил: «Валера, если я тебя здесь встречу, ты уж не обессудь…» 1 марта толпа наемников из России и местного отребья устроила митинг в поддержку «Беркута», расправлявшегося в Киеве с участниками Евромайдана. А 3 и 5 марта «орки» штурмовали Донецкую областную госадминистрацию.

5 марта, когда эти «упыри» захватывали ОГА, около 10 тысяч жителей Донецка собрались на митинг в поддержку единства Украины. «Орки» напали на них.

Нам в те напряженные дни удалось вычислить в Донецке вооруженные группы ФСБ и ГРУ Российской Федерации, которые координировали антиукраинские выступления. Мы знали, где они расквартировались.


* До войны Вадим Остапчук преподавал экономику в университете

— Как вы, гражданские люди, смогли выявить спецгруппы профессиональных диверсантов ФСБ и ГРУ?

— Среди нас были не только гражданские лица, но и бывшие сотрудники «семерки» (подразделение МВД, занимающееся наружным наблюдением), офицеры СБУ и милиции, не изменившие присяге украинскому народу (к сожалению, их было не так много, как хотелось бы). Кстати, когда я только вернулся в Донецк с Евромайдана, найти свое место в движении сопротивления российской оккупации мне помог Роман Григорьевич Свитан, работавший в Донецкой областной госадминистрации. Сейчас уже можно сказать о том, что он координировал наши действия. Мы всячески старались скрыть от непосвященных его связь с украинскими патриотами. Поэтому контакты с ним конспирировались: о встречах договаривались с помощью условных телефонных звонков и sms-сообщений. Встречались тайно — как в книгах и фильмах о разведчиках. Но все равно Свитана вычислили и арестовали — кто-то его сдал. К счастью, позже удалось освободить Романа Григорьевича из плена.

— Что больше всего запомнилось из событий пятилетней давности, в которых вам довелось участвовать?

— Последняя открытая мирная акция в поддержку единства Украины, состоявшаяся 28 апреля. Мы организовали наблюдение за подступами к маршруту, по которому двигалось шествие. Несмотря на реальную опасность быть избитыми «орками», на акцию тогда пришли несколько тысяч дончан. Я был в составе группы, ведущей наблюдение за подступами к улице, по которой шли участники шествия. Меня потрясло до глубины души, когда мы увидели, что от здания Донецкой ОГА в сторону демонстрантов двинулась толпа с трубами, арматурой, дубинками с вбитыми огромными гвоздями… Кордоны милиции, окружавшие шествие с трех сторон, не только не сумели сдержать этих «упырей», они их беспрепятственно пропустили, а затем еще и отдали им свои щиты. «Орки» с лютой ненавистью набросились на участников акции, били их по головам. Летела брусчатка. Эта расправа над безоружными людьми лично для меня стала переломным моментом: я почувствовал, что готов физически уничтожать «орков».

Читайте также: У сторонников «русского мира» были дубинки с гвоздями: как 5 лет назад в Донецке расправились с участниками шествия за единую Украину (фото)

— Какой операцией отряда «Тени» против российских наемников особенно гордитесь?

Той, что мы провели в ночь на 24 апреля в Мариуполе: без оружия освободили от сторонников «русского мира» здание местного горсовета. Мы зашли в Мариуполь небольшими группами, собрались вместе в одном из дворов. Нас — 28 человек, а в горсовете — около 150 сепаратистов. Причем у них были автоматы и пистолеты. Но это им не помогло.

Среди сепаратистов находился наш разведчик, благодаря которому мы выбрали наиболее выгодное время для атаки. Он сообщил, что значительная часть боевиков уехала в Павлополь мыться в бане, внутри осталось около полутора сотен существ, находившихся в состоянии наркотического опьянения.

В 3:45 ночи мы зашли в горсовет под видом сепаратистов и с криками «Всем лежать! Работает спецназ!» бросились в малый зал. Знали, что в комнате с металлической дверью есть несколько боевиков с автоматами. Нельзя было дать им возможность пустить в ход оружие. К счастью, удалось заблокировать их в этой комнате.

В малом зале мы застали спящих вповалку боевиков. Возле них стояли кастрюльки, горелки, валялись ложки и шприцы — типичный «джентльменский набор» наркоманов. На моем пути оказалось какое-то «тело». Я заехал ему по физиономии. Этот тип возмутился: «Ты что?! Я же свой!» Он даже не соображал, что происходит. Мы поместили пленных в одно помещение. Позвонили начальнику мариупольской милиции Валерию Николаевичу Андрощуку — офицеру, который остался верным присяге. Вскоре приехала милиция. Мы передали им боевиков, у которых были изъяты пять автоматов и девять пистолетов. К сожалению, мэр Мариуполя Юрий Хотлубей так старался найти компромисс с сепаратистами, что они вновь завладели зданием горсовета.

«Наш человек, внедренный в штаб сепаратистов, сообщил: «Утром придут вас арестовывать»

— «Теням» пришлось освобождать мариупольский горсовет повторно, — продолжает Вадим Остапчук. — Это было 6 мая. Но я в той операции не участвовал.

О ней рассказал в одном из интервью другой организатор отряда «Тени» Александр Шулика (псевдоним «Александр Гладкий»). Кстати, это он придумал название отряду — «Тени».

— Нужно сказать, что за освобождение горсовета Мариуполя Днепропетровская ОГА назначила премию в 200 тысяч долларов, — говорит Александр Шулика. — Она была бы весьма кстати — к тому времени около 30 участников нашей группы вывезли из Донецка свои семьи, требовались средства для их обустройства на новых местах. Однако премию мы так и не получили. Мариупольский горсовет нужно было освобождать повторно, и 6 мая мы провели еще одну операцию. Ее план был одобрен Андрощуком и существенно отличался от сценария первой операции. Тут нужно сказать, что есть такое спецсредство, как «Фиалка» (боевики прозвали его «Кувалда»). При вдыхании этого практически безвредного для здоровья химического вещества сильно раздражается слизистая оболочка. Как следствие, начинают потоком течь выделения из носа, слезы из глаз, возникает зуд в гортани… В общем, если это спецсредство попало на слизистую, человеку уже не до сопротивления. Боевики боялись, что «хунта» будет применять против них химические вещества, поэтому завезли в горсовет противогазы. Мы и на этот раз внедрили своих людей в ряды сепаратистов. Попав в здание, наши ребята разделились на две группы. Одна обработала «Фиалкой» помещения горсовета, другая — противогазы. Когда наши оппоненты почувствовали на себе воздействие этого вещества, тут же кинулись к противогазам. Натягивали их на физиономии — и получали дополнительную порцию спецсредства. «Скорые» часа три увозили оттуда эту публику.


* Александр Шулика рассказал, что второй раз сепаратистов удалось выкурить из горсовета с помощью спецсредства «Фиалка»

— В то напряженное время «орки» подстрекали местных жителей к тому, чтобы они блокировали продвижение украинских воинских подразделений, — продолжает Вадим Остапчук. — Мы были проводниками наших военных: заводили армейские колонны на позиции «тайными» тропами, через поля и посадки. Бывало, доставляли бойцов в заданную точку, спрятав их в кузовах зерновозов. Возили украинским солдатам продукты, питьевую воду, медикаменты, спальники, карематы, бензопилы… Причем зачастую проезжать нужно было через блокпосты сепаратистов. Нам неимоверно везло: нас ни разу не остановили для поверки багажников. Мы тогда еще не осознавали, как сильно рисковали. Только со временем узнали, что выпало на долю людей, попавших в застенки боевиков.


* Жена Вадима Остапчука Лариса Радкевич пошла на войну вместе с мужем. Снимок сделан в августе 2014 года. Фото со страницы Ларисы Радкевич в «Фейсбуке»

Читайте также: Осада воинской части в Мариуполе: «Мы будем отстреливаться до последнего патрона. Но нам нужна помощь!» (фото)

— Неужели российским спецслужбам и их местным наемникам не удавалось раскрыть вашу организацию?

Нет. Но получилось так, что мы сами помогли врагу выявить значительную часть наших людей. Расскажу по порядку. В апреле 2014 года в городе началась организация двух добровольческих батальонов «Донецк-1» (командир Владимир Шилов) и «Донецк-2» (командир Александр Шулика, я был его заместителем). Формирование батальонов проходило на базе полка дорожно-постовой службы. Собеседование с будущими бойцами проводил заместитель командира этого полка в звании подполковника. Он повесил в своем служебном кабинете российский флаг! Представьте картину: патриоты Украины приходят записываться в добробат, а за спиной офицера, с которым им следует переговорить, красуется триколор. Подполковник призывал добровольцев «одуматься»: «Куда вы идете?! Не сегодня-завтра здесь будет Россия. Вы смертники!»

Копии паспортов и другие документы добровольцев были не у этого типа, а у нас. К огромному сожалению, одно должностное лицо в Киеве настояло, чтобы мы сдали эти документы в Донецкое управление внутренних дел. Мы всячески противились, предлагали отдать бумаги в Днепропетровское, Львовское, Киевское — любое другое УВД, кроме Донецкого и Луганского. Но нам ответили: «Или отдадите Пожидаеву (начальник Главного управления МВД в Донецкой области. — Авт.), или вы ОПГ (организованная преступная группировка. — Авт.)».

Пришлось передать документы в Донецкое УВД. Мы принесли их туда около четырех часов дня. Часа через три позвонил наш человек, внедренный в штаб сепаратистов, и сообщил невеселую новость: документы добровольцев в руках врагов, утром будут проводить аресты.


* Вадим и Лариса сейчас живут в Одессе

— Вы успели вывести людей из-под удара?

Да. За ночь мы организовали целый караван автомобилей, на которых эвакуировали семьи и часть активистов. До войны мы с женой Ларисой увлекались туризмом. Когда в начале марта поняли, что война на пороге, сразу же собрали рюкзаки. Там лежали документы, деньги, самая необходимая одежда, спальники, вода, продукты. Так что мы были готовы в любой момент отправиться в дорогу.

Но уехали не все наши — некоторые патриоты остались для подпольной работы, перебрались на съемные квартиры. Собственно, с той ночи на 1 мая в Донецке и началась подпольная партизанская борьба.

Ребята, записавшиеся в добробаты «Донецк-1» и «Донецк-2», стали бойцами пятой роты батальона специального назначения «Днепр-1». Командиром нашей роты был подполковник милиции Владимир Шилов, я — его заместителем. А Александр Шулика возглавил взвод разведки. Он непосредственно курировал операции отряда «Тени» на оккупированной территории.

Вплоть до конца августа 2014 года мы (в том числе и я) регулярно бывали в Донецке — доставляли «Теням» оружие и боеприпасы, получали от них разведывательную информацию. Потом передали связь с ними соответствующим украинским органам.

Отряд «Тени» имел особую структуру: мы знали только руководителей групп, но их члены нам не были известны. Это обеспечивает неуязвимость всей организации в случае провала одного из звеньев.

«Тени» провели немало успешных операций. Думаю, продолжают работать на оккупированной территории и по сей день. Вот только рассказывать об этом пока рано.

Как сообщали ранее «ФАКТЫ», весной этого года участники донецкого сопротивления посетили могилу Героя Украины на оккупированной территории.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров