Украина

«Юля Кузьменко находится в изоляторе временного содержания, не исключаю, что ее там и оставят», — адвокат

16:41 24 декабря 2019
Адвокат Влад Добош и Юлия Кузьменко
Мария ВАСИЛЬ, «ФАКТЫ»

Влад Добош — адвокат Юлии Кузьменко, которую подозревают в соучастии в убийстве журналиста Павла Шеремета и которую сегодня Апелляционный суд отказался отпустить из-под стражи, — накануне рассказал «ФАКТАМ», что условия, в которых находится его клиентка в полицейском изоляторе временного содержания, более или менее сносные, двое в комнате, тепло. Только возможность принять душ выпадает редко, всего раз в неделю. Адвокат не исключил, что в ИВС Юлию и оставят, чтобы держать все время «под рукой», оказывать на нее давление.

— Вы говорили, что первое время после задержания она была в шоке.

— Верно. Практически в прострации, все время повторяла: «Не понимаю. Не понимаю, что происходит», — говорит Владислав Добош. — Начнем с самого «картинного» задержания — на улице спецназовцы заблокировали ее автомобиль, когда она ехала в школу за ребенком, вытащили женщину наружу, обыскали. Детского врача задерживали как опасную для общества террористку. Когда она позвонила мне и сказала, что ее подозревают в каком-то убийстве, я сам был в шоке. С Юлией Кузьменко я знаком с 2016 года, она приходила в суд поддержать бойцов «Правого сектора» по делу драки на Драгобрате, я был адвокатом одного из подозреваемых. Юля много времени и личных средств отдавала волонтерской помощи бойцам АТО, она сильный, волевой и неравнодушный человек. При этом никогда в жизни не брала оружия в руки даже для того, чтобы сфотографироваться. Это был ее принцип.

— Вначале Юлия Кузьменко пояснила, что утром 20 июля 2016 года была на работе, провела три операции. А потом из соцсетей выяснилось, что на самом деле она была в отпуске.

— Ну разве можно вот так с ходу вспомнить, что было три с половиной года назад? Теперь нам во многом благодаря соцсетям удалось по часам восстановить все, чем она занималась накануне и в день убийства Шеремета. Она действительно была в отпуске, отдыхала в Вилково Одесской области. Вернулась в Киев 18 июля. 19 июля встречала ночным рейсом ребенка и родителей, которые возвращались из Турции. (Сохранились их путевки с датами вылета.) В ночь на 20 июля, когда Юлия якобы закладывала взрывчатку под автомобиль, она находилась дома — с мужем и ребенком. Как раз в то время, когда Кузьменко, по версии следствия, проходила мимо автомобиля Шеремета (и ее телефон, по той же версии, был неактивен), она переписывалась по мессенджеру с подругой — в мессенджере подделать время невозможно. Бывший муж хотел подтвердить ее алиби в суде, но его не стали слушать.

Об убийстве Павла Шеремета Юлия узнала из интернета, тут же разместила пост в Facebook с маленьким комментарием. Раньше она даже никогда не слышала имени Шеремета. А вечером Юлия с друзьями ходила на концерт музыканта Андрея Антоненко, с которым познакомилась за несколько месяцев до этого, став случайной свидетельницей ДТП, в котором автомобиль сбил на улице жену и ребенка Антоненко.

— На полицейском брифинге подавалась подробная информация о неплохом материальном положении Юлии Кузьменко, перечислялось ее движимое и недвижимое имущество.

— Причем с неприятным намеком: вот, мол, наволонтерствовала. На своей пресс-конференции я обнародовал абсолютно все данные о ее доходах, взятых кредитах, проданных и купленных объектах недвижимости. Поверьте, так «обнажаться» перед обществом не всякой семье приятно, но родные Юли пошли на это, чтобы снять с нее подозрения в левых доходах. Мы подсчитали, что за последние десять лет только ее зарплата составила 250 тысяч долларов.

— Сколько она получала в кардиоцентре?

— Зарплата за последнее время — 35 тысяч гривен «на руки» в месяц. Для хирурга ее категории это не так и много.

Адвокат показал письмо, которое Юлия Кузьменко написала на следующий день после несостоявшегося заседания суда, где должна была рассматриваться апелляционная жалоба на решение о мере пресечения. Мы приведем несколько фрагментов.

«Хорошие мои, как же я безумно рада была видеть вас всех вчера на моем не состоявшимся суде, — пишет Юлия Кузьменко. — Для меня сейчас — это несколько часов праздника (ХА!) У меня даже праздничный стол был — кусок пиццы за решеткой.

Я вот о чем подумала сейчас, валяясь на нарах с сигаретой в зубах (курорт, !!!) Если есть труп, значит, есть убийца. Павла Шеремета кто-то ведь убил. Походу, провидение решило, что убийцу пора уже найти. Не НАЗНАЧИТЬ, как это случилось сначала с Грищенками, потом со мной, Яной и Рифом, а НАЙТИ.

Это убийство журналиста — значит, с большой степенью вероятности ему предшествовало какое-то журналистское расследование. С вариантом сенсации. Значит, накануне Шеремет собирал информацию, что-то искал. Где-то по крупицам это разбросано. Эту мозаику надо собрать. Только бараны могут верить, что Шеремета убили мы в честь «идеи белого вождя». Бараны — и те, кому это удобно. Пожалуйста, если вы что-то знаете, любую мелочь — передайте моему адвокату.

Я не хочу, выйдя отсюда, видеть в глазах окружающих даже отголосок сомнения в отношении меня. Мне и так достаточно понимания, что чувствуют сейчас родители моих маленьких пациентов, которые все 17 лет моей хирургической практики отдавали мне в операционную самое дорогое — своих детей".

Все подробности о «деле Шеремета» читайте на сайте «ФАКТОВ».

2137

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров