ПОИСК
Події

«умоляю, введите мне дозу», -- просила девушка наркоманов, надеясь, что так она вылечится от несчастной любви

0:00 23 січня 2002
Інф. «ФАКТІВ»
После измены супруга Наташа пристрастилась к наркотикам. Но именно бывший муж помог ей избавиться от наркозависимости и научил ценить жизнь

Вот уже пять лет Наташа счастливо живет с мужем. А было время, когда Сергей находился в тюрьме, она, чтобы отплатить за его неверность, «сидела»… на игле, и оба сами не верили в то, что возможно возвращение к нормальной жизни. С Наташей мы встретились в благотворительной столовой «Стефания», где она готовит еду для бездомных людей. Кухню, которой и положено быть оформленной скромно, без излишеств, украшает собой моя собеседница. Не только потому, что на ней белоснежный халатик и накрахмаленный колпак, -- женщина словно светится изнутри.

«Когда мужа осудили, я подала на развод, чтобы отомстить ему за измену»

-- Я влюбилась в Сережу с первого взгляда, -- вспоминает 35-летняя Наташа. -- Мы познакомились пятнадцать лет назад на улице, встречались несколько месяцев, а потом решили пожениться. Однажды я нашла у него в кармане листик с номером телефона некой Лены, позвонила ей и представилась женой Сергея. В ответ услышала, будто мы с ним уже давно разводимся. Сережа не стал отрицать, что у него есть другая женщина. Я собрала вещи и вернулась к родителям, а через несколько месяцев узнала, что Сергея осудили на четыре года за хулиганство. Я сразу подала на развод: мне хотелось сделать ему больно, унизить его так же, как он меня.

Кто знает, как могла сложиться Наташина судьба, если бы внезапно не умер отец и ей с мамой не пришлось самим обеспечивать себя.

-- Папа работал главным инженером одного из киевских заводов. Мы привыкли жить на широкую ногу и хотели, чтобы все было на высшем уровне. На последние сбережения устроили шикарные похороны, сразу же заказали памятник… Но психологически нам было очень трудно. Нам с мамой кололи успокоительное, мы обе были в полубессознательном состоянии, раздавали всем папины вещи в память о нем. У него было хобби: собирать магнитофоны, вот мы их и отдали. А когда пришло время расплачиваться за оформление могилки, у нас не хватило денег, -- говорит Наташа. -- Мы собрали оставшиеся вещи отца (он очень хорошо одевался) -- пальто, обувь, шапки -- и вышли продавать их на рынок. Там я встретила знакомого, который предложил нам с мамой ездить в Чоп за коврами и продавать их здесь, с каждого «наваривая» по 3--4 доллара. Так за полгода мы отдали все долги. Мама вышла на пенсию, меня сократили на работе, и торговля коврами стала для нас основным доходом.

РЕКЛАМА

У меня появились новые друзья. Особенно я сблизилась с одной семейной парой. Я слышала от общих знакомых, что они наркоманы. Но на моих глазах они ничего не варили, не кололись. Зато мне нравилось их состояние: всегда расслабленные, безмятежные, не похожие на всех, и меня тянуло к ним. Только с ними я могла говорить о своей обиде на мужа, они меня выслушивали, утешали -- дескать, все перемелется. И мне хотелось быть такой же равнодушной к своей беде.

О том, что Наташа укололась, ее парень узнал… во сне

-- Как-то я зашла в гости к знакомым ребятам, -- продолжает Наташа. -- Парень попросил меня сделать ему укол, объяснив, что плохо себя чувствует. Я умела это делать -- после школы подрабатывала медсестрой -- и согласилась. Он дал мне шприц и пузырек с жидкостью, по цвету похожей на заварку. Когда я ввела ему в вену «лекарство», он стал словно ватный, глаза закрылись, голова упала на грудь. Я испугалась, бросилась тормошить его, звать на помощь. Но он приоткрыл глаза и успокоил меня: мол, все нормально, так и должно быть. Я поняла, в чем дело. От него исходило такое спокойствие… Меня охватило желание испытать это ощущение. Я протянула руку, чтобы мне тоже ввели наркотик. Меня стали отговаривать: убеждали, что это принесет мне лишь несчастье, придется обманывать, воровать, чтобы доставать деньги на наркотики… Но мне казалось тогда, что наконец, впервые за несколько лет после развода с мужем, я сумею забыть об измене.

РЕКЛАМА

С того дня я принимала наркотики два раза в день, а доставать их для меня не было проблемой. У меня тогда деньги не переводились. Я работала контролером пропускных пунктов -- должна была отлавливать на заводах несунов. Мы с ними договаривались, и они делились продуктами, спиртным…

В то время я встречалась с парнем (его звали Валера), который давно принимал наркотики. Он был вне себя, узнав, что я укололась! Я собиралась скрыть это от него, но при первой же встрече он рассказал свой сон, в котором видел, как мне ввели наркотик, даже сказал, в какую руку. Валера не общался с моими знакомыми, значит, от них узнать об этом не мог. Он попросил меня показать ему руку, я сопротивлялась, тогда он силой завернул рукав и увидел прокол. Просил, чтобы я остановилась. Но с того дня я больше двух лет жила на наркотиках…

РЕКЛАМА

-- Мама догадывалась о вашем пристрастии?

-- Она была вся в работе: на базаре дела шли хорошо (она продавала одежду), ее засосал торговый бизнес. Кроме того, я с детства аллергик и у меня часто появлялись высыпания. Поэтому, когда я приходила под кайфом и постоянно чесалась, мама думала, что у меня аллергия.

«Я посмотрела на свои руки в крови, потом на икону на стене, и внутри меня взвыл зверь»

-- Я впервые ощутила, что без дозы не могу даже дышать, когда весной соломку в городе было не найти: старый «урожай» закончился, а новый еще не вырос, -- вспоминает Наташа. -- Это состояние можно сравнить с гриппом, только все симптомы во много раз тяжелее. Бросает то в жар, то в холод, выкручивает суставы. Я дошла до того, что сидела на работе и обзванивала своих знакомых, чтобы кто-нибудь приехал и сварил мне ширку. Тогда же на моих глазах едва не умер мой парень: ввел себе слишком большую дозу и моментально рухнул на пол, лицо посинело, он хрипел. К счастью, рядом были его друзья, они знали, что делать в таких случаях. Положили его на спину и столовой ложкой достали из глотки язык.

… Однажды Наташа варила дома ширку, и мама застала ее за этим занятием.

-- Она вылила все в умывальник и пригрозила, что выгонит меня из дому, -- продолжает моя собеседница. -- Мне пришлось пообещать ей, что завяжу. Позже один парень, Игорь, предложил мне выйти за него замуж. В момент «сватовства» я поняла, что все еще люблю первого мужа, и, чтобы покончить с этим кошмаром, влезла на перила балкона. Мама втащила меня обратно, отхлестала по щекам и сказала, что больше не хочет видеть меня. Мне пришлось собрать вещи и переехать к Игорю.

Второй супруг со своей мамой взялся опекать Наташу: свекровь контролировала ее на службе (они работали вместе), а муж дома.

-- Я до сих пор не понимаю свекровь, зачем ей нужна была такая невестка, -- недоумевает Наташа. -- Ведь я предлагала уколоться Игорю. Он отказался, не давал мне деньги, не разрешал видеться со старыми друзьями. Из-за этого мы стали ссориться. Однажды я набросилась на него с кулаками, но поскольку он не отвечал мне, стала бить посуду, потом крушить все, что попадалось под руку. В какой-то момент я посмотрела на свои руки в крови, а потом взглянула на икону на стене. Я видела, как старушки молятся в церкви, и так же встала на колени. Внутри меня словно какой-то зверь взвыл, я плакала и сквозь слезы кричала: «Господи! Спаси меня!.. » Когда очнулась, мне было совершенно ясно, что мы с Игорем только мучаем друг друга. Я собрала вещи и поехала домой к маме.

Друзья рассказали, что меня ищет Сергей, первый муж. Говорили, что он изменился, не пьет, бросил курить. У меня в душе словно искра вспыхнула, я захотела его увидеть. Когда мы встретились, от него веяло спокойствием, но это было не то безразличие, которое испытываешь под кайфом. Невольно я стала рассказывать о том, что пережила за четыре года. Он выслушал меня без осуждения и сказал: чтобы освободиться от зависимости, нужно посмотреть на свою опостылевшую жизнь со стороны и признаться себе в том, что хочешь изменить ее. Мол, в тюрьме у него было достаточно времени все переоценить, он раскаялся в том, как поступил со мной. Теперь он ходит в церковь, и общение с верующими людьми дает ему силы не возвращаться к прежнему образу жизни. Я попросила Сергея взять меня с собой на богослужение. Там меня поразила атмосфера доброжелательности. Мне захотелось что-то в жизни изменить, и первое, что я сделала, -- ушла с работы. Мне стало противно рыться в чужих сумках. В церкви мне предложили работу в благотворительной столовой.

-- Я была против, чтобы Наташа ходила в церковь, -- признается мама Юлия Федоровна. -- Боялась, что дочь в какую-то секту попала. Но когда моя Наташа бросила курить, перестала сквернословить, стала уравновешенной, покладистой, я изменила свое отношение к ней и Сергею.

-- Не жалеешь о прошлом? -- спрашиваю Наташу.

-- Нет. Если бы я не прошла все это, не научилась любить и ценить любовь близких. Хотя, надеюсь, моя история убережет кого-нибудь от глупости либо поможет изменить жизнь к лучшему. Мне кажется, что я вела себя так из-за своей неопытности и ограниченности. Я не была готова к трудностям. Росла в обеспеченной семье, родители баловали меня, стремились во что бы то ни стало исполнить мои желания. Помню, как в моду вошли пальто на лебяжьем пуху и у родителей не хватало денег, чтобы купить мне такое. Так они сняли недостающую сумму со сберегательной книжки и подарили мне ко дню рождения ярко-красный пуховик, а к нему белые сапожки, шапку, шарф и перчатки. Тогда я воспринимала такое отношение к себе как должное. Жизнь показала, что бывает иначе.

… Всякий раз, когда слышишь, что отпетый хулиган, наркоман, алкоголик стал верующим человеком, задаешься вопросом: почему именно церковь дает шанс отказаться от мрачного прошлого? Мы попросили ответить на этот вопрос заведующего Центром психотерапии и медицинской психологии Киевской городской психоневрологической больницы N 1 Леонида Юнду.

-- Сейчас наркологи предлагают много методик, с помощью которых наркоман в течение 2--4 недель может избавиться от физической зависимости, но с психологической так быстро не справиться, -- говорит врач. -- Выйдя из клиники, человек оказывается вновь один на один со своей проблемой, желание испытать кайф остается. За время, которое человек принимал наркотики, пропал интерес ко всему, что не имело к ним отношения, и в сознании остается пустота. Ее нужно заполнить новым смыслом, который дает человеку церковь, раскладывая по полочкам, что есть плохо и хорошо. Для некоторых церковь выполняет роль психотерапевта.

380

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів