БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Культура и искусство

Писатель григорий горин: «у меня была бурная молодость, и женился я только в 30 лет»

0:00 10 марта 2000
Валентина СЕРИКОВА специально для «ФАКТОВ»

12 марта известному писателю, юмористу и сценаристу исполнятся 60 лет

Даже те, кто видит его только по телевизору, удивляются: «Ведущему «Белого попугая» -- 60? Не может быть!» А уж те, кто знают его лично и давно, удивляются еще больше: и не выглядит он, и не чувствует себя на этот возраст. Но, по-моему, больше всех не верит этому сам юбиляр. И чтоб его не убеждали телеграммами и звонками, Горин решил в этот день оторваться от земли и улететь. Не в образном смысле, а в буквальном -- в самолете. В образном он это делает всю жизнь на страницах своих произведений. Фильмы по его сценариям «Тот самый Мюнхгаузен», «Дом, который построил Свифт», «Формула любви» знает у нас каждый телезритель, спектакли по его пьесам «Тевье-Тевель», «Кин IV», «Королевские игры» -- каждый театрал.

Никто, наверное, не будет спорить, что все перечисленное создано профессионалом самого высокого класса. Но если у других сочинителей такая похвала завершает перечень заслуг, то у Горина она служит лишь преамбулой его таланта. Жаль, для него не придумано единиц измерения, и приходится быть субъективным, но от этого еще более уверенным: это тот талант, который называют Божьим даром, способным по-настоящему восхищать. А восхищение -- не что иное, как хищение души ввысь. Даже если оно владело тобой минуту, ты будешь помнить о нем всю жизнь.

«Я стольким друзьям устроил юбилеи, что на себя уже сил нет»

-- Почему вы свой юбилей решили встретить в воздухе, оставив на земле желающих поздравить и выпить за ваше здоровье?

-- Сформулирую это так: стольким друзьям устроил юбилеи, что на себя у меня уже сил нет. Я с каких-то лет стал понимать, что в день рождения нельзя себя обкрадывать. Не зря ж ты в этот день родился, он подводит тебя к определенным итогам. А если это круглая дата -- то вдвойне. Поэтому первое дело -- не опошлить. Все свои семейные даты я справлял неординарно. Это началось со свадьбы. Когда я женился, то сказал: «Люба, не обижайся, но я не буду сидеть на нашей свадьбе. Не могу выслушивать банальные тосты -- с ума сойду». А грузинке на это трудно согласиться, у них традиции. Ну, у них так, а у меня этак.

Нельзя лишать гостей свадебного стола, иначе подумают, что ты жмот. «Поэтому мы накрываем стол, выпиваем первый бокал, делаем «горько». После этого скажем: дорогие гости, извините, у нас через час поезд». Мы так и сделали. Свадьба совершенно офонарела от нашей наглости. Потом выяснилось, что они прекрасно веселились без нас. А мы сели в поезд и уехали в Таллинн. И дальше очень много раз в семейные и юбилейные даты я старался сорвать привычный порядок вещей. Они должны быть необычными.

-- Согласна. Но общественность в лице телевидения все равно ж должна эту дату отметить…

-- У меня сейчас безумное количество звонков, все просят прийти: и радио и телевидение. Но я этот поток жестко ограничил. Будет несколько нормальных программ -- в концертной студии «Останкино», в Цирке на Цветном бульваре. Я предложил: ребята, давайте сделаем возвращение Мюнхгаузена, но не в обычный мир, а в цирк. Только все по правде. Барон должен улететь на Луну. И бесплатно Олег Иванович Янковский, последний народный артист Советского Союза, взмыл под купол. Потом Марк Захаров пригласил на арену автора с безумной идеей. И я появился с громадным удавом на плечах. Перед выходом спрашиваю у дрессировщицы: «Он меня случайно не придушит?» «Не волнуйтесь, -- говорит, -- мы его перед этим покормили».

-- Ну и что, удачно прошло укрощение?

-- Да. Инна Чурикова работала со львами и тиграми, но на расстоянии, Абдулов и Фарада ездили на лошадках. А вот Ярмольнику, который играл сына Мюнхгаузена, досталось. Леня выезжал на машинке с дрессированными обезьянами, которые, оказывается, страшно не любят, когда их передразнивают. И вот Ярмольник, наряженный, как и орангутанги, одному из них не додал конфетку. Никто ж не предполагал, что они такие злопамятные. А потом в танце, эта обиженная обезьяна совершенно неожиданно, рывком, прямо крутой Уокер, как даст ему глаз. Ярмольник плачет, а зал смеется -- подумали, что так и надо. В общем, все это безумие могло происходить только в цирке. Но в результате получилось неплохо.

-- Ясное дело, вы же придумали. Но, наверное, туда, куда вы собираетесь лететь немного ближе, чем Луна?

-- Мне невероятно повезло -- у меня еще жив отец, которому в декабре исполнилось 95 лет. Я ему сказал: «Папа, не празднуй. Давай в марте отметим два юбилея». И 12 марта я сяду в самолет и полечу в Америку. Впервые буду встречать день рождения в воздухе -- это красиво. А потом мы со стариком пойдем, сядем в каком-нибудь ресторанчике на берегу океана и выпьем по рюмке. А останься дома -- к пяти часам буду полон водки и благодушия, выйдут из президентской администрации: «Разрешите зачитать поздравительный адрес» -- ну что это будет?

«Я не вписываюсь в американское кинопроизводство»

-- А вы в Америке на этот раз только отдыхать собираетесь? Вы же когда-то там и лекции в университете читали, да и потом я знаю, что у вас сценарных идей на два Голливуда хватит. А у них сейчас как раз кризис по этой части…

-- Американцы не любят сценарии русских авторов. Мы их делаем не так, как в Америке. У нас пишут: «Утро. Петров проснулся в мрачном настроении. Серое небо наклонилось к земле». Американцы этого даже читать не будут. У них должно быть написано: «Крупно -- небо, левая нога Петрова спустилась с кровати, нашла тапок. Реплика Петрова… » Они не считают сценарии высоким творчеством. Кино должно быть зримо -- это первое. Второе -- его надо сразу просчитать. Если ты хочешь рассвет, то как: натурой или в павильоне?

-- Прямо как в фельетоне Ильфа и Петрова: «Крупно: голые груди кокотки Клеманс. Панорама: Граф Суховейский в белых штанах наслаждается жизнью на Приморском бульваре. Крупно: Граф опрокинул графиню на сундук и начал от нее добиваться».

-- Да это режиссерский сценарий. Поэтому я так не вписываюсь в американское кинопроизводство. Тут ко мне приезжали из Америки, хотят снимать фильм о Михоэлсе. Я сказал: «Если вам американский сценарий, сразу отказываюсь». «Нет, вы сделайте нам «скелет», а потом сядет американец и все это распишет по кадрам». У меня ремарки имеют значение, «задумчиво встал, как бы забыв… » Это мне когда-то еще Андрюша Миронов говорил: «Что ты написал? «Все закружилось, и небо смешалось с землей… » Как это сделать?» Я говорю: «Ты режиссер -- ты и решай. Я думал, тебя моя ремарка вдохновит».

-- Ну и как потом в случае успеха, а у ваших пьес он есть всегда, делить славу с режиссером?

-- Мы с тобой как-то говорили, что хорошие вещи пишем не мы. Мы их только считываем, просто у каждого своя задача. После меня приходит режиссер и придумывает зримый образ спектакля, дальше придет Ступка и сыграет это совершенно по-своему. Ему мои слова помогают, но он от себя много внес в «Тевье», и я считаю, что это одна из лучших его работ. Я счастлив, что он мою пьесу сыграл, это то признание, которое для меня дороже всего. У меня же разное признание есть. Иду по улице, и навстречу «новый русский» расплывается: «О, «Белый попугай»! А вчера на съемках этой передачи подошел мальчик из «Иванушек-интернешнл» в шапочке какой-то вязаной, дикого вида и сказал: «Вы знаете, я два раза плакал на «Поминальной молитве». И он мне даже симпатичен стал.

-- Ваши свидания с Музой где происходят: в Москве или, может, в вашей избе на Валдае? Вы, кстати, те пледы, что мы в универмаге «Украина» купили, туда отвезли?

-- Да-а! Сначала они поехали на ближнюю дачу в Подмосковье, потом на Валдай. Теплые, хорошие пледы, то, что надо. И вообще там замечательно. Деревня меня любит, а я люблю деревню. Ну, уединиться для творчества уже не получается. Сначала моим соседом был Эльдар Рязанов, потом еще Абдулов дом купил, теперь уже и Янковский хочет.

-- Я смотрю, население Усадья серьезно пополняется за счет московских звезд.

-- Потому что в Москве все доступно, все рядом, а кайфа нет.

-- Я вас понимаю. В Москве нажал кнопку, и вода пошла, а там нажал -- и пошел ведром принес. И думаешь легко и задаешься вечными вопросами… Вы чем руководствуетесь, когда приходится на них отвечать?

-- Я слушаю интуицию. В человеке есть два ума -- просто ум и главный ум. Просто ум для рациональных решений, а главный лучше бы назвать интуицией. Это мудрость, которую веками нарабатывали твои предки и твой народ. И все это внутри тебя глубоко сидит. Каждый человек хоть раз в жизни ловит себя на странном чутье, опровергающем логику и доводы рассудка: что-то мне сейчас не хочется так поступать… Это голос интуиции. И вся беда наша в том, что мы ему не доверяем. А доверие -- большая вещь. Это анекдот такой есть: чукчу спрашивают, почему он за Жириновского голосует. А он говорит: «Однако он хорошо обещает». -- «Но ведь обманет». -- «Обманет потом, обещает сейчас».

«Переживаю, когда сижу в дорогом ресторане и меня угощают»

-- Ваши отношения с деньгами как строятся: кто командует парадом?

-- Деньги -- трудная тема. Умом я к этому стал подходить очень снисходительно, а страх, тот еще, старый, с прежних времен оставшийся, немножко работает. Жил в коммунальной квартире, стипендия была 20 рублей -- эти бедствования в мозгах нашего поколения отложились довольно глубоко. Поэтому когда я иду на рынок, спрашиваю «Почем картошка?» и мне отвечают «Два рубля», у меня вырывается: «Ты что, с ума сошел?!», хотя я не знаю даже, как эти два рубля выглядят. По-прежнему переживаю, когда сижу в дорогом ресторане и меня угощают. Вот на юге Франции, на побережье, есть очень дорогие рестораны, где меню без цен. Это специально так делается -- цены даются только хозяину, тому, кто пригласил. А гость не должен выбирать угощения и вина по цене. Я прямо намучился из-за этого.

Плохо, когда денег нет, они дают определенную свободу. Мне средства позволяют, например, купить очень дорогую машину. Но в следующую минуту спрашиваю себя: зачем? Что это тебе даст, кроме того, что будут знать -- Горин ездит на «Мерседесе». В России это вообще оборачивается бедой -- тебя останавливают все милиционеры. Еще один анекдот в тему. Парень поступил на работу охранником, ему выдали пистолет. Месяц прошел, он за зарплатой не является. Его спрашивают: «Коля, ты чего за деньгами не приходишь?» А он: «Я не знал. Думал, выдали пистолет, теперь сам крутись, как хочешь».

-- Вы недавно еще один юбилей отметили -- 30 лет семейной жизни…

-- У меня была бурная молодость, и женился я только в 30 лет. Люба стала моей поклонницей, не потому, что я красавец был молодой, худой, а потому, что читала мои первые рассказы и пьесы. У нее есть удивительный дар, который встречается не у многих женщин: она умеет слушать, это водолейская черта. У меня не было такого друга сокровенного, к которому я бы бежал с бутылкой и новой пьесой. Я все ей читал. По-моему, она достойно справляется с довольно трудной задачей -- остаться собой, не превратиться в писательскую жену, на которой проверяешь свой характер. Это непростая судьба.

-- Сейчас мы о ней и поговорим. Я тут вчера открыла одну московскую газету и увидела заголовок «Судьба Березовского в руках Григория Горина». Начало приблизительно такое: после длительного пребывания за границей Березовский вернулся в Россию в подавленном настроении. Соратники предали его, Березовский впал в отчаяние, запил и в припадке депрессии перерезал себе горло… Я страшно обрадовалась этой новости. Ведь это значит, что вы возобновили работу над грандиозным проектом об украинском композиторе Максиме Березовском?

-- Да, после долгого перерыва снова наметились какие-то подвижки. На запись телепередачи к моему юбилею пришел композитор Алексей Рыбников, сказал, что хочет показать отрывочек. Я думал, он сядет за рояль и споет. А Леша привел 65 человек -- хор и оркестр, и они исполнили заключительную часть оперы, над которой мы вместе работаем. Это было как реквием, я давно такой музыки не слышал, у меня даже мурашки побежали.

В основе либретто история человека по фамилии Березовский, о котором говорят, что он великий композитор. Я могу судить об этом хотя бы по тому, что на соревнованиях с Моцартом он получил высший бал, чем Вольфганг Амадей за свои произведения, когда сдавал экзамен в академию. В Италии Березовский увлекся женщиной, русской княгиней Таракановой, в салоне которой он играл, и посвятил ей гениальную музыку. А граф Орлов по приказу Екатерины должен был увезти Тараканову в Россию. Для этого он разыграл влюбленного в княжну, сказал, что это он вдохновил музыканта. Тараканова чувствовала неладное и не хотела садиться на корабль. Тогда Орлов приказал Березовскому: «Играй!» -- и женщина пошла. Там действительно такая музыка, что нельзя устоять. Потом она попала на каторгу, а царица Екатерина заплатила Березовскому, но сказала: «Музыку эту уничтожь. Я не смогу ее слушать, потому что она посвящена моей сопернице». Березовский запил и покончил с собой. Вот и весь сюжет. А дальше уже в наши времена некий представитель дьявола приходит к современному композитору, который ищет музыкальную тему и говорит: «Ноты, как и рукописи, не горят, и ваша задача вспомнить музыку, которая исчезла». Композитор боится с этим субъектом связываться: непонятный тип в очках, фамилия Березовский…

-- А имя-отчество случайно не Борис Абрамович?

-- Ну, только фамилия фигурирует. Для того, чтобы композитор вспомнил ту музыку, ему готовят судьбу предшественника, он тоже влюбляется в женщину, проходит этот путь, и в конце у него возникает утраченная музыка. Эта история еще и о борьбе человека с чертом, которого он побеждает. В нашем проекте заняты первые звезды Большого театра и «Ленкома». Мы хотели его сделать к открытию филиала Большого. Но Рыбников сказал, что боится за Березовского писать, потому что зрители подумают, что это его музыка. Я ответил: «А вот здесь подави свое тщеславие. Если ты считываешь музыку с неба -- автор один, и он наверху. Я пишу это всю жизнь. Пробуй!» И у него получилось.

-- Хочу услышать эту музыку, от которой невозможно устоять!

-- Я перепишу и пришлю тебе.


«Facty i kommentarii «. 10 марта 2000. Культура

2985

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров