ПОИСК
Житейские истории

«У нас было вдоволь красной икры и других деликатесов, но есть их на большой высоте не хотелось. Зато на ура шло жаренное с сыром сало»

0:00 8 июня 2010
«у нас было вдоволь красной икры и других деликатесов, но есть их на большой высоте не хотелось. Зато на ура шло жаренное с сыром сало»

Украинская национальная экспедиция вернулась на родину после успешного восхождения на одну из самых высоких гор мира — Макалу (8463 метра)

Высоту более восьми тысяч метров медики называют зоной смерти: воздух там очень разрежен, организм испытывает жесточайший кислородный голод. Из-за этого даже у отлично подготовленных альпинистов появляется одышка, словно они пробежали стометровку. К тому же на такой высоте сильнейшие морозы — до минус пятидесяти — и ураганные ветры. Все это испытали на себе десять участников Украинской национальной экспедиции, которые в мае штурмовали одну из высочайших гор планеты — Макалу (8463 метра). Она находится в Гималаях, на границе Непала и Китая. 23 мая, в праздник Троицы, троим из них — Сергею Бублику, Дмитрию Венславовскому и Владимиру Рошко — удалось дойти до вершины. Ребята сумели использовать последний шанс, остававшийся у экспедиции. Ведь уже через несколько дней пришел муссон, в горах начались сильнейшие снегопады, а в низменности — ливни. На минувшей неделе альпинисты вернулись в Украину. Бюджет экспедиции составил 192 тысячи долларов, 34,5 тысячи из которых предоставило государство.

«Скорость ветра достигала 140 метров в секунду!»

- Первыми попытались дойти до вершины трое альпинистов во главе с харьковчанином Андреем Кийко, — говорит участник Украинской национальной экспедиции киевлянин Павел Киричек.  — Ребята добрались до штурмового лагеря, находившегося на высоте 7800 метров. Лагерь — это громко сказано. Речь идет о «пятачке», на котором можно поставить небольшую палатку. К сожалению, погода резко ухудшилась. Но самое неприятное было то, что у одного из альпинистов, одессита Максима Перевалова, начался бронхит, поднялась температура. На тех высотах, несмотря на нашу адаптацию к условиям высокогорья, чувствуешь себя не лучшим образом. А тут еще и болезнь! К тому же у лидера группы Андрея Кийко начали болеть места обморожений, которые он получил во время предыдущих восхождений. Так что ребятам пришлось отказаться от штурма вершины. При любом недуге в горах очень важно, как у нас говорят, «сбросить высоты» — спуститься хотя бы метров на сто. Это само по себе приносит облегчение. Так и сделали. Навстречу ребятам вышли врач и еще один альпинист. Перевалова привели в базовый лагерь, расположенный на высоте 4800 метров.

А затем начался сильнейший ураган, длившийся две недели. Скорость ветра достигала 140 метров в секунду. Наша экспедиция получала прогнозы из Европы, из Инсбрукской лаборатории. Ее руководитель изумлялся, мол, так долго ураган никогда не продолжался.

Ожидалось улучшение погоды, и на штурм вершины пошла следующая группа под руководством Сергея Пугачева. Но и ей не повезло — ураган не унимался. На высоте 7400 метров команда провела две бессонные ночи — ветер разорвал палатку. Измотанные донельзя ребята решили больше не испытывать судьбу и пошли вниз. Вскоре после этого ожидался период муссонов с сильнейшими снегопадами и нужно было успеть подняться на вершину. На восхождение оставалось не более недели. К счастью, по прогнозу синоптиков погода давала шанс выполнить задачу. Вверх пошла тройка Сергея Бублика.

С ее участником, 27-летним сумчанином Владимиром Рошко, мы встретились в киевской больнице — в горах у парня возникли проблемы с сосудами глаз, обморозились и почернели кончики пальцев на руках.

«Нам казалось, что рядом идет кто-то невидимый»

- В штурмовой лагерь на высоту 7800 метров мы добрались около трех часов дня, — говорит один из покорителей вершины Владимир Рошко.  — Пока поставили палатку (места, кстати, для нее мало — площадка два на два метра), попили чая, перекусили, было уже восемь вечера. На сон оставалось всего четыре часа. Да мы и не спали — просто дремали. Накануне главный тренер экспедиции Мстислав Горбенко спросил нас по рации, чувствуем ли мы силы продолжить восхождение, все ли здоровы. Мы ответили, что пойдем дальше. Вышли в полночь. Если бы отправились утром, то засветло не поспели бы на вершину. Часов до двух светила луна, поэтому дорога была видна, затем появились облака, и мы воспользовались фонарями. Светать начало уже часа в четыре утра.

- У вас не было кислородных приборов?

- Изначально ставилась задача совершить восхождение без баллонов, в так называемом спортивном стиле — это высший пилотаж альпинизма. Шли, конечно, медленно — быстро шагать на той высоте невозможно. Делали несколько шагов и останавливались отдохнуть — донимала одышка. Во время остановки делаешь несколько глубоких вдохов.

Кстати, оказавшись затем на высоте примерно 4800 метров, ловил себя на мысли, что не чувствую, как дышу — настолько малым количеством кислорода привык обходиться организм. Привалов мы не устраивали, хотя до вершины шли 18 часов. За это время поднялись на 660 метров. Поднимались по нехоженому, очень сложному маршруту. Нам пришлось преодолеть две отвесные стены, каждая из которых высотой с девятиэтажный дом.

- Что с собой несли?

- Поклажу максимально облегчили — взяли только самое необходимое: альпинистское снаряжение, термосы с горячим чаем, миниатюрный газовый баллон с горелкой для нагрева воды, фото- и видеокамеру, заварку, сахар, каримат (коврик) — на случай, если придется заночевать в пути. Палатку не брали — в тех условиях она была слишком тяжелым грузом. Я нес в рюкзаке еще и пуховую куртку, которую надевал, когда поднимался ветер. Наши лица полностью закрывали маски, ведь температура приближалась к минус 30. Маска даже рот прикрывала. Дело в том, что одна из наибольших угроз в горах — простудить горло, бронхи, легкие. Бронхит участника первой штурмовой группы Максима Перевалова — наглядное тому подтверждение. Глаза защищали особые альпинистские очки.

- У вас был какой-то талисман?

- Знаете, перед началом экспедиции мы были в Киево-Печерской лавре, где нам подарили маленькие иконки. Мы их взяли в Гималаи. Во время восхождения у всех в нашей тройке возникло ощущение, что рядом с нами идет кто-то четвертый. Лица или очертаний человека мы не видели, но иногда слышали его слова. И даже случалось, что-то говорили ему. Это происходило непроизвольно. Присутствие невидимого незнакомца нас не смущало, мистического трепета и страха не вызывало. А когда поднялись на вершину и связались с базовым лагерем, нам сказали: «Ребята, вы знаете, в какой день побывали на макушке горы? В праздник Троицы». И мы посмотрели на иконки, которые подарили нам в Киеве, — оказалось, они Святой Троицы!

«На ночь пили понемногу коньяка»

- Что чувствовали, когда добрались до вершины?

- Эйфории не было. Мы знали, что важно не расслабляться, ведь выполнена только половина дела — предстоял спуск. По статистике, 70 процентов несчастных случаев в альпинизме происходит именно во время спусков.

На вершине Макалу нам больше всего хотелось побыстрее начать спуск. Развернули флаг Украины, сфотографировались, поснимали на видеокамеру — и вниз. Возвращались по другому пути, давно проторенному экспедициями. Идти по нему легче — навешены веревочные перила. Уже в десять вечера были в лагере совместной новозеландско-американской экспедиции.

- А чем питались в горах?

- Аппетит там пропадает. Шоколадкой перекусишь — и больше ничего не хочется. Условия высокогорья так действуют, что даже вкусы меняются. Скажем, я вообще не пью молока, но в Гималаях оно стало для меня одним из любимейших напитков. Разводили в кипятке сухое молоко и добавляли в него мед. А еще на ура шло жаренное с сыром сало, причем порой даже без хлеба. За время экспедиции съели его килограммов 25. Удивительно: красной икры, печени трески, других деликатесов было вдоволь, но их совершенно не хотелось.

- Зачастую брали в рюкзак не ту еду, которая нравится, а которая мало весит и при этом калорийна, — дополняет Павел Киричек.  — Прежде всего сублимированные (обезвоженные) продукты быстрого приготовления: мясо, каши.

В горах организм теряет очень много воды. Например, из-за обезвоживания я сбросил 12 килограммов! Так что на первое мы пили чай, на второе — тоже чай и только на третье ели супчик.

- Экспедиция брала с собой спиртное?

- Да, у нас было немного коньяка. Кто хотел, пил его понемногу перед сном — в качестве сосудорасширяющего средства. Первые недели многие плохо спали — так действовали условия высокогорья. Коньяк помогал справиться с этим.

- Устраивали походную баньку?

- Конечно! Это давняя традиция, сохранившаяся с советских времен. Баньку мы соорудили в базовом лагере в палатке. Внутри — горячие камни, нагретые жаром от паяльных ламп. Плеснешь воды на камни — и паришься, беседуешь. Такая процедура отлично восстанавливает силы.

- Как отметили успешное восхождение на Макалу?

- В горах на празднование времени не было. Немного посидели в ресторане столицы Непала — Катманду. А по-настоящему отметили успех, как только приехали в Киев.

Экспедиция была посвящена памяти выдающегося украинского альпиниста Владислава Терзыула. Он поднялся на все 14 гор-восьмитысячников мира и погиб при спуске с Макалу. Нам удалось найти в пещере вещи Владислава.

351

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Читайте также
Новости партнеров

© 1997—2020 «Факты и комментарии®»

Все права на материалы сайта охраняются в соответствии с законодательством Украины

Материалы под рубриками "Официально", "Новости компаний", "На заметку потребителю", "Инициатива", "Реклама", "Пресс-релиз", "Новости отрасли" а также помеченные значком публикуются на правах рекламы и носят информационно-коммерческий характер