ПОИСК
Життєві історії

Александр Шекеня по кличке Полковник: «Так и напиши у себя в газете: Шекеня больше не будет грабить»

6:00 30 вересня 2012
Ровно десять лет назад был арестован один из самых дерзких в современной Украине бандитов — Александр Шекеня, известный под кличками Полковник и Черный Полковник. Суд приговорил его к 15 годам лишения свободы. Недавно Шекеня был выпущен на вольное поселение с формулировкой: «Встал на путь исправления»

В 1999-2001 годах имя Александра Шекени наводило ужас на водителей, перевозивших товар в микроавтобусах по дорогам Киевской и Житомирской областей. Рассказы о его дерзких разбойных нападениях на Одесской и Житомирской трассах с многочисленными человеческими жертвами передавались из уст в уста. Свою фотографию с текстом о розыске, опубликованную в газете «ФАКТЫ», Шекеня всегда носил с собой. Останавливая микроавтобус с товаром, он подходил к водителю и показывал газету. Узнав, что перед ними «сам Черный Полковник», дальнобойщики отдавали все, что у них было. Они ведь не знали, что слухи о многочисленных человеческих жертвах, к которым якобы причастен бывший спецназовец, распускал сам Шекеня.

*Эту листовку, опубликованную в газете «ФАКТЫ» в 2000 году, Шекеня всегда носил с собой и во время налетов для устрашения показывал своим жертвам

«Я знаю, кто убил президента Афганистана Амина»

Наша встреча состоялась в поселке Домница ровно через десять лет после того, как банда Черного Полковника прекратила свое существование. Сюда на днях Александра Шекеню перевели на вольное поселение.

РЕКЛАМА

— То, что я стал бандитом, было самой большой ошибкой в моей жизни, — рассказывает 54-летний Александр Шекеня. — Я случайный человек в криминале. Может, осознал это слишком поздно. Просто пользовался своей безнаказанностью. Меня ловили десять лет и не могли поймать. Сначала семь лет в России, потом три года в Украине. В моей банде, кроме меня, было еще четыре человека. С двумя из них я прошел Афганистан, участвовал в секретных операциях, о которых и сейчас почти никто ничего не знает. Поэтому выучка у моих людей была отменная. У меня в группировке строго-настрого были запрещены сигареты и спиртное.

— Александр, но вы ведь были боевым офицером и очень быстро делали карьеру. В 41 год получили звание полковника. Почему все-таки стали бандитом?

РЕКЛАМА

— После развала Советского Союза посчитал себя ненужным родине. Я родился в Украине, жил в России. Когда не стало великой страны, меня как человека военного хотели заставить принять присягу на верность России. Тогда я спросил: «А если, не дай Бог, нам придется воевать с Украиной?» — и отказался принимать присягу. Это был 1991 год. Поверь, в определенных кругах ходили разговоры о возможном военном конфликте из-за Крыма.

— Расскажите о своей службе в спецназе? Что вы делали в Афганистане?

РЕКЛАМА

— Я охранял президента Амина, а после его смерти выполнял еще много секретных поручений.

— Но ведь Амина как раз убили в то время, когда вы его охраняли...

— Его убили, потому что так надо было. Поступил приказ. Я даже знаю, кто его убил, кто лично стрелял в него. Но давай пока не будем об этом. Сейчас пишу книгу. Если она увидит свет, читатели все узнают. Там будет очень много сенсаций.

— Что за книга? Вы начали ее писать в тюрьме?

— Это трилогия. Первую часть — о своей службе в военной разведке — я уже написал. Во второй расскажу о своих бандитских буднях, а в третьей — о том, как сидел в тюрьме.

— Чем вы занимались после службы в Афганистане?

— Были еще секретные вылазки в Пакистан, Китай. Потом я возглавил отдел по ликвидации советских разведчиков-предателей.

— Людей убивать приходилось?

— На войне — да, конечно. Но в мирное время я не планировал никого убивать. Слухи о многочисленных убийствах свидетелей распускал специально, чтобы боялись.

*Александр Шекеня перед вылетом в Пакистан. Отправляясь выполнять особо важное задание, спецназовцы по традиции фотографировались на Красной площади

«Священник, храня тайну исповеди, не сдал меня»

Однако на счету Александра Шекени все-таки есть одна жертва.

В придорожном кафе Черный Полковник увидел крутого крепыша с толстой барсеткой и попытался ее отнять, продемонстрировав, как обычно, газету с информацией о своем розыске с перечислением «подвигов» банды. «Ну и что, ты здесь собираешься стрелять?» — невозмутимо спросил мужчина. Шекеня, не привыкший проигрывать, достал пистолет и выстрелил мужчине под ноги. Произошла осечка. Вторая попытка также оказалась неудачной. Это только прибавило храбрости владельцу барсетки, и он достал газовый пистолет со словами: «Что ж, тогда давай стреляться, кто кого». Недолго думая, Шекеня вытащил из угнанного ранее джипа ружье и выстрелом в живот сразил свою жертву наповал.

— Конечно же, я виноват, — говорит Шекеня. — Я не должен был убивать этого мужчину. Все произошло как-то инстинктивно.

— До этого убийства вас в народе называли Робин Гудом.

— Я помогал одному детскому дому, — говорит Александр. — Продукты туда всякие привозил. Очень часто давал деньги на церковь.

— В церкви знали, откуда деньги?

— Сначала не знали. Священники были уверены, что мы коммерсанты. А потом я решил покаяться. Я человек верующий. Так вот, когда настоятель одного из монастырей, которому мы постоянно помогали, узнал о происхождении денег, он пришел в ужас: «Не несите мне больше этих денег! Ничего хорошего от них не будет!»

— Ты исповедался в церкви?

— Да. Священник, храня тайну исповеди, не сдал меня. Иначе я попал бы за решетку намного раньше.

Банда Александра Шекени всегда действовала очень дерзко и слаженно.

...Ранним утром 13 августа 2000 года недалеко от села Почуйки Житомирской области остановился «Икарус», у которого спустило колесо. В салоне автобуса находились трое пассажиров, ехавших за покупками в Россию, и два водителя. Как только один из шоферов вышел из кабины, чтобы устранить поломку, к автобусу медленно подъехали «Жигули». Несколько секунд было тихо, а потом из легкового автомобиля выскочили четверо вооруженных мужчин в камуфляжной форме. По свидетельствам потерпевших, действовали бандиты очень быстро. Сбив с ног водителя, они затолкали его в автобус. «Это вооруженное ограбление, — сообщил один из нападавших. — Все деньги, которые у вас есть, а также драгоценности и свой товар вы должны передать нам».

Чтобы его слова выглядели более убедительно, Шекеня, а это был он, выстрелил из автомата в крышу автобуса. На робкое замечание одной из женщин, что деньги на поездку они копили очень долго, Черный Полковник спокойно ответил: «Ваше дело зарабатывать, а наше — забирать».

Обобрав всех до нитки, Шекеня посчитал, что этого мало: «Я никому не желаю смерти, но если найду хоть гривню — убью». Затем он переписал паспортные данные всех своих жертв и предупредил, что найдет каждого, кто заявит на него в милицию. Кстати, впоследствии этот прием использовал почти всегда. Действовало безотказно: никто из пострадавших не обратился в милицию, а все уголовные дела возбуждались «по факту».

«У меня была рация, настроенная на милицейскую волну»

— Нас очень долго не могли поймать, потому что все передвижения милиции были нам известны, — продолжает Александр Шекеня. — Я как бывший спецназовец и военный разведчик — большой фанат подслушивающей техники. Огромные деньги тратил на приобретение всяких «жучков». И милицию прослушивал. Знал, например, в какой бане будут мыться менты, ставил туда накануне подслушивающее устройство и тут же узнавал обо всех их планах в отношении моей банды. Кроме того, у меня была многоканальная рация, постоянно настроенная на милицейскую волну.

Но можно было проще узнать, что затевают против нас оперативники. Никогда не догадаешься, как именно. Из разговоров на базаре! Я следил за женами оперативников. Ходил у них по пятам, а они меня не замечали. Мужья, приходя с работы, делились с женами новостями о банде Шекени, а те в свою очередь рассказывали все это подругам на базаре!

Кстати, однажды, когда я был в розыске, меня пытались задержать милиционеры. Но я откупился и был отпущен. Даже когда арестовали окончательно, моей семье предлагали выкупить меня за 200 тысяч долларов.

— Примерно в то же время на той же территории действовала еще одна банда — Янева, члены которой безжалостно убивали людей.

— Янев по кличке Часнык был беспредельщиком. О нем я узнал на сходке в Крыму. На Часныка многие жаловались. Однажды, напав на автомобиль, он убил отца — хозяина машины, а сыну выколол глаза. В другом случае — отрезал ноги одной из своих жертв. А эпизод с футболом! Под Киевом яневцы играли с кем-то в футбол, и один парень в игре случайно сбил главаря бандитов. Тот собрал всех своих и уехал. Минут через десять приехало три джипа братвы. Они уложили того парня на землю и железными прутьями переломали ему ноги.

Я даже собирался наказать Янева за беспредел. Ведь он действовал на той же территории, что и я, и его зверства могли потом приписать мне и моим ребятам.

— Как бы вы его наказали?

— Подставил бы. Я планировал, что Янева возьмут на каком-то пустяке. На небольшом преступлении, которое совершили мы. Но не успел. Мою первую группу накрыли раньше. (В 2001 году милиция задержала почти всех членов банды Шекени, а ему самому удалось скрыться. После этого в Кировоградской области он создал новую группировку. — Авт.)

— Много награбленного прошло через ваши руки?

— До миллиона долларов — не меньше. Я был небедным человеком. Даже планировал взять хранилище Нацбанка Украины. Там 300-400 миллионов долларов. Хотел взять его без единого выстрела, забрать деньги и уехать за границу. Все-таки хорошо, что не сделал этого.

— Скажите, а ваша жена Тамара знала, чем вы занимаетесь? Ведь в вашей банде был и ее сын, которого вы усыновили.

— Нет. Тамара была уверена, что я занимаюсь легальным бизнесом. Она доверяла мне. Ведь мы вместе служили в Афганистане, у Тамары, кстати, капитанское звание. Она служила в секретной части.

— Как вы познакомились с Тамарой?

— Сначала я был влюблен в дочку генерала — начальника военного училища, в котором учился, — рассказывает Александр Шекеня. — Но когда генерал узнал, что я уезжаю в Афганистан, он выдал свою дочь замуж за другого. Вернувшись в Москву с тяжелого боевого задания, я был очень расстроен, что так случилось. С грустью ходил по столице и вдруг увидел на скамейке плачущую молоденькую женщину с маленьким мальчиком. Подсел к ней и спросил: «Что случилось?» Оказывается, она (это была Тамара) приехала с сыном в Москву, чтобы сделать мальчику операцию на ухе — он плохо слышал. А у нее украли деньги и документы. Идти им было некуда.

Я вызвался помочь. Организовал операцию в военном госпитале, поселил в гостиницу, сам все оплатил, а потом сказал: «Тамара, выходи за меня замуж. Даю тебе ровно трое суток, чтобы ты подумала». Она тут же ответила, что согласна. С тех пор мы никогда не расставались. Даже в Афгане вместе служили. После свадьбы я пообещал своей Томми, как я ее называл, каждый день дарить цветы. И держал свое обещание, пока не попался. На сегодняшний день столько букетов ей остался должен... Сейчас у нас четверо детей.

— После ареста вы нарисовали карту Кировоградского СИЗО, где содержались первое время, и отдали ее начальнику следственного изолятора.

— Сработала привычка разведчика. Выходя на прогулку, в столовую, на работу, я выискивал слабые места на зоне. Готовился к побегу. И сбежал бы. Но передумал. Я совершил преступление и должен был понести заслуженное наказание. Карту с моими пометками я отдал лично начальнику изолятора. Никакой благодарности не получил, но позже обратил внимание, что помеченные мной места, через которые можно было совершить побег, все же укрепили.

— Позже не было соблазна сбежать?

— Поверь мне, я могу уйти из любой колонии в любую секунду, если захочу. И для этого мне совсем не надо требовать от властей вертолет. Просто уйду — и все. Я владею всеми приемами рукопашного боя, знаю, что такое военная разведка. Мне не составит труда справиться голыми руками с несколькими контролерами на зоне. Но не хочу этого делать. Напиши у себя в газете: Шекеня, выйдя на свободу, больше не будет грабить! Я найду всех, на кого совершил налет, по крайней мере, постараюсь это сделать, и верну то, что у них взял. Деньгами, конечно.

— На днях вас выпустили на вольное поселение. Теперь вы расконвоированный. Но по приговору еще пять лет придется сидеть?

— Меня выпустили на вольное поселение с формулировкой: «Встал на путь исправления». Это многое значит. Я надеюсь на амнистию.

— Чем будете заниматься на воле?

— Криминалом точно не буду. Все. На этом точка! Меня зовут работать в Книжную палату Украины имени Ивана Федорова. Кем, пока не знаю. Но я соглашусь на любую работу и докажу всем, что исправился. Черного Полковника больше не существует.

8979

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів