Украина Гвозди бы делать из этих...

Герой Украины Василий Тарасюк: «Поднял голову и увидел, как надо мной пролетел танковый снаряд. Выстрелил в ответ — и танк задымился. Попал!»

6:15 1 сентября 2017
Герой Украины Василий Тарасюк
Виолетта КИРТОКА, «ФАКТЫ»

Высшую награду страны 23-летнему лейтенанту президент вручил в День независимости Украины во время парада на Крещатике

Боец 72-й механизированной бригады приехал в Киев на День независимости из Авдеевки Донецкой области, где участвовал в страшных боях за так называемую Промзону, в результате чего нашим бойцам удалось занять несколько новых позиций. О мужестве молодого офицера рассказывают и сослуживцы, и командиры. В 72-й бригаде звания Героя Украины в феврале этого года был удостоен еще один боец — 23-летний капитан Андрей Кизило. Посмертно… Его гибель стала огромной потерей для всего подразделения. А особенно — для друзей, в том числе и для Василия. «Нам очень важно не только помнить о каждом погибшем на этой войне, но и отмечать подвиги живых!» — считают командиры 72-й бригады. Поэтому награждение Василия Тарасюка Звездой Героя Украины в самом сердце столицы в день рождения страны — справедливо и заслуженно.


*Президент Петр Порошенко присвоил звание Героя Украины с вручением ордена «Золотая Звезда» лейтенанту Василию Тарасюку за мужество, героизм и самоотверженность, проявленные при защите территориальной целостности и суверенитета государства

Стесняясь внимания журналистов, молодой лейтенант сразу после торжественной церемонии переоделся в спортивный костюм, кроссовки, кепку и тут же растворился среди киевлян. Обычный молодой человек… Даже когда проводница поезда, следующего в прифронтовую Константиновку, потребовала у парня предъявить паспорт, мол, офицерское удостоверение не является достаточным подтверждением личности, герой не козырнул ни своими наградами, ни заслугами. Хотя ордена взял с собой — показать сослуживцам.

— Это же награды моих ребят, — улыбается Василий Тарасюк. — Офицера без солдат не бывает. Сам бы я ничего не сделал. Поэтому и повезу ордена — Звезду Героя Украины и трезубец Народного героя Украины — в Авдеевку, чтобы их могли подержать все бойцы. Тем более они так радовались за меня. Эти награды — наша общая заслуга.


*Василий Тарасюк считает, что эта награда принадлежит не только ему, но и всем бойцам подразделения. «Офицер без солдат ничего сделать не может», — говорит лейтенант (фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»)

В этот раз Василий не успел съездить домой, на Волынь. Но, конечно же, награждение Тарасюка в Киеве видела вся его семья. Старшие сестры до сих пор по привычке называют брата малым. Но каждый раз, когда боец приезжает домой в отпуск, они отмечают, как он меняется, взрослеет.

— Даже если бы брат не получил ни одной награды, для нас он всегда — герой, — говорит сестра офицера Татьяна. — Он настоящий защитник. Но когда мы смотрели награждение по телевизору, даже не верилось, что это наш Вася стоит рядом с президентом.

Бой, за который Василий Тарасюк получил Героя Украины, он помнит в мельчайших деталях.

— В тот день я, как обычно, обходил позиции — у меня их пять, — рассказывает лейтенант. — Начался минометный обстрел — ничего удивительного для нас. Я присел, поговорил по телефону. Все затихло. Дошел до крайней позиции, по которой регулярно работал вражеский танк. Надеясь однажды поймать его в прицел, подготовил станковый противотанковый гранатомет (СПГ). И тут слышу: вдалеке гул. В бинокль увидел, что прямо на нас выезжает Т-72 и его люк на ходу закрывается. Пушка была направлена на позицию «Орел», которую мы заняли в феврале. Я находился немного правее. Танк выстрелил. Я ударил по нему. Граната легла очень близко от «брони», но в нее не попала.

Экипаж танка сразу понял, откуда по нему ведут огонь. И тут же перевел пушку на меня. Как же я в тот момент пожалел, что накануне осколки мины посекли оптический прицел гранатомета, поэтому приходилось работать с механическим. Следующий выстрел танк сделал уже по моей позиции, но не точно. Это дало мне время перезарядиться. Мой следующий выстрел попал точно в нос Т-72. Танк начал сильно дымить. Я снова навел гранатомет. Поднимаю голову и вижу: танковый снаряд пролетает надо мной. Стреляю в ответ. Опять граната легла недалеко от машины противника. Если бы у меня был оптический прицел, думал тогда, каждый выстрел был бы точным… Выстрелил еще раз — и попал. Танк задымился еще больше. Ох, как я обрадовался! Хотелось закрепить результат. Но следующий выстрел сделать не смог — не сработала граната. Вне себя от злости вытащил гранату, вставил заново. Готов был уже нажать на спуск, как танковый снаряд прилетел точно в мою позицию. Раздался взрыв. Меня отбросило метров на пятнадцать. На пару секунд я потерял сознание. Очнулся в посадке. Рот набит землей. За пазухой, в штанах — везде земля.

Самым потрясающим в этом бою было то, что Василий, начав поединок с танком, приказал бойцам, которые находились на позиции, спрятаться в укрытии!

— Слишком было опасно, — объясняет свое решение герой. — Один боец принес мне гранаты, но потом сразу убежал в блиндаж. Придя в себя в посадке, я сообразил, что тоже нужно спрятаться. Добрался до траншеи и только там почувствовал, что правая сторона лица заплывает. Это уже позже выяснилось, что у меня от кумулятивной волны лопнул череп, произошло кровоизлияние. Кровь лилась из ушей, глаз, носа… Но я тогда этого не ощущал. Еще успел схватить радиостанцию и спросить бойцов на позиции «Орел», не работает ли по ним танк. И услышал, что вражеская машина уехала под мост…

В ответ боевики начали минометный обстрел. Минимум полчаса Васю не могли забрать из траншеи, чтобы оказать помощь. Лишь в Днепропетровской областной больнице имени Мечникова лейтенанта привели в сознание. И он сразу стал звонить своим бойцам. Ему важно было услышать, что вражеский танк больше не выезжал на позиции.

Безусловно, то, что сделал Василий Тарасюк, — героический поступок. Но до боя с танком офицер совершил и другие подвиги.

— В октябре прошлого года наша бригада зашла под Авдеевку, — говорит лейтенант. — Моя рота заняла оборону правее Промзоны, там, где когда-то был роскошный ресторан «Царская охота». Напротив нас стояло подразделение Гиви (командир батальона боевиков «Сомали» Михаил Толстых, был взорван в феврале 2017 года в своем кабинете на территории собственной воинской части. — Авт.). Разузнав, что зашла новая бригада, враг нас начал прощупывать, не раз пытался прорваться. Постоянно обстреливали наши позиции из самоходных артиллерийских установок, танков. Во время одной из атак я работал из АГС (автоматического станкового гранатомета), прикрывая бойцов. Мое место засекли. Только переместился правее, успел за мешки спрятаться, как прилетела мина 82-го калибра. В бедро попал осколок, аж до кости дошел… Но я даже не сразу понял, что ранен. Продолжал отстреливаться, перебегал с места на место. Только когда рукой взялся за бедро, почувствовал, что под пальцами мокро. Оказалось — кровь. В госпитале осколок вытащили, рану обработали, ногу перебинтовали. И той же ночью я вернулся на позицию.

Перед нами была донецкая трасса. Мы начали окапываться, рыть траншеи. Дошли до моста, где требовалось закрепиться. Когда перегоняли на позицию БМП, начался обстрел. Я и наводчик находились в башне машины, механик — за штурвалом. Внезапно прямо перед нами — взрыв! Когда я пришел в себя, увидел, что БМП горит. А ведь внутри боекомплект! Подбежал к машине. Увидев механика, сначала подумал, что он погиб. Боец сидел в странной позе. Но выяснилось, что он просто впал в ступор. Вместе мы достали раненого наводчика, оттащили его в безопасное место. А потом, поняв, что огонь не добрался до боеприпасов, начали тушить машину. У нас это получилось. Мы вытащили все боеприпасы и стали ждать группу поддержки. Жаль, БМП невозможно восстановить… Но на следующий день мы все же загнали на новую позицию технику и начали оттуда наносить удары по противнику, тем самым отвлекая его от «Промки».

Самые тяжелые бои бригада вела под Авдеевкой в феврале этого года. Подразделению удалось продвинуться вперед, но при этом погибли семеро замечательных ребят, в том числе капитан Андрей Кизило. Именно его позывной «Орел» дал имя новой позиции.

— Мы захватили ее без единого раненого, — говорит Василий. — Несколько дней после этого находились там безвылазно. Не ели и не пили, потому что нам ничего не могли подвезти. Противник нас просто-таки утюжил. В течение дня было всего десять-пятнадцать минут тишины. По нам выпустили тысячи снарядов. Мне казалось, что быстрее у них стволы орудий сгорят, чем закончатся боеприпасы.

Тогда стояли 25-градусные морозы. Руки замерзали страшно. Ведь приходилось постоянно заряжать автоматные магазины, а делать это в перчатках невозможно. От напряжения, отсутствия сна и еды я чувствовал себя совершенно разбитым. Не мог даже автомат в руках держать. Тогда комбат приказал, чтобы мы с Андреем Верхоглядом (позывной «Левша»), с которым вместе учились во Львовской военной академии, ушли в безопасное место и отдохнули. Но рано утром, часов в пять, он нас поднял: «Новая позиция находится в окружении». Мы с Ромой Дармограем (позывной «Стриж») — это еще один мой сокурсник — готовы были идти в подкрепление, но не могли выбраться из укрытия, настолько плотный огонь вел противник.

С огромным трудом мы добрались до «Орла» по траншеям. И там увидели «сепаров» метрах в двадцати от нас. Тут же вступили в бой. Он длился часа два. Когда у нас закончились патроны, в ход пошло все, что было под руками. Я стрелял по противнику даже осветительными ракетами, запустил им дымовые шашки. Благодаря этому двое ребят сумели выскочить и подтянуть боеприпасы. К нам на подмогу подошел Андрюха «Левша». Мы продолжали вести огонь, но выбить врага никак не могли. Тогда пошли на хитрость. На соседней позиции находился наш пристрелянный АГС. По рации попросили ребят отработать прямо по нам. И вот когда начал бить гранатомет, «сепары» рассыпались и убежали.

Нам подтащили баки с чаем. А мне так хотелось пить, просто ужас! И тут вражеская артиллерия снова начала крыть 152-миллиметровыми минами. Один бак от взрыва прилетел прямо мне в голову, облив двадцатью литрами чая. Напился, называется! А мины с каждой минутой ложились все ближе и ближе. Одна взорвалась прямо у меня за спиной. К счастью, я успел лечь на дно траншеи, хотя землей засыпало так, что ребятам пришлось откапывать. Хорошо, голова осталась сверху. Когда меня освободили, сказал: «Уходим отсюда, потому что нас смешают с землей». Пока мы перебегали на позицию чуть выше, одному из бойцов в спину угодила пуля калибра 12,7. Она наполовину вошла в тело под лопаткой. Я пулю достал и отдал счастливчику в руки. Удивительно, что она ничего не повредила.

Несмотря на тяжелые бои, мы не отступили. Все позиции отстояли. Лично для меня это было очень важно, ведь за этот небольшой кусок земли отдали жизни мои друзья.

Когда Вася приехал в бригаду и его спросили, какой он возьмет себе позывной, лейтенант назвался «Тайфуном». «Я — как это стихийное бедствие: ничего не оставляю от врага», — объясняет он. И свой позывной вполне оправдывает.

— Лет в пятнадцать я решил, что стану офицером, — говорит Василий. — Некоторые спрашивают, не повлиял ли на мой выбор сериал «Кадеты». Нет. Я просто однажды понял, что военный — это мужественная работа. После военного лицея поступил во Львовскую академию сухопутных войск, которую закончил с красным дипломом, поэтому мог выбрать себе место службы. Вот и поехал в боевую бригаду, где к тому времени уже служил Андрей Кизило… Сейчас, после лечения и реабилитации, меня признали частично негодным к службе в боевых условиях. Поэтому перевожусь в учебный международный центр. Буду готовить молодых ребят. Не хочу оставлять армию. Готов менять систему, наводить в ней порядок, чтобы больше никто никогда не смел нападать на нашу страну.

7297

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Читайте также
Новости партнеров