БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Украина В поисках истины

Украинское общество напоминает заключенного, который уже на свободе, но поет тюремный шансон, — Святослав Шевчук

8:54 27 июня 2019 820
 Святослав Шевчук

Испытание Украины на прочность не прекращается ни на минуту ни на фронте, ни внутри страны. Смена политических элит обернулась грандиозным реваншем пророссийских сил, которые, кажется, лезут уже изо всех щелей. Грядущие выборы не вселяют оптимизма. В Православной церкви Украины началось жесткое противостояние. Кремлю особо и делать-то ничего не надо. Мы сами загоняем себя в пропасть.

Что с нами происходит? Есть ли у нас шанс выстоять и что нужно для этого? Об этом «ФАКТЫ» поговорили с главой Украинской грекокатолической церкви Блаженнейшим Святославом (Шевчуком).

«Для всех, кто близко знал Блаженнейшего Любомира, он был обычным человеком»

— Ваше Блаженство, Любомира Гузара, ушедшего в мир иной ровно два года назад, называли «людиною з янголом на плечі». Масштаб личности этого выдающегося украинца, которого по праву называли моральным авторитетом нации, нам еще предстоит оценить. Вы много лет были с ним рядом. Каким он вам запомнился?

Думаю, что со временем мы гораздо лучше поймем, кем на самом деле был Блаженнейший Любомир, поймем глубину его мудрости и Божьего присутствия в нем. Для всех, кто знал его близко, он был обычным человеком, рядом с которым уютно и спокойно.

Мы познакомились в конце 1990-х. Тогда Блаженнейший Любомир был архимандритом монахов-студитов в Риме. Помню, как ездили с ним по столице Италии на старенькой машине. Он сам был за рулем, что уже уникально.

Римский способ передвигаться по городу очень специфический. На дорогах полный хаос. Я не привык к такому типу выполнения правил дорожного движения. Подумал, что Любомир плохо видит, поэтому не ощущает опасные моменты. Но это оказалось не так. Он прекрасно все чувствовал. В какой-то момент успокоил меня: «Отец Святослав, не бойтесь. В Риме есть одно-единственное правило: «Не пхайся, бо я пхаюся».

Для меня он был и духовным отцом, и советчиком, и другом. Когда наша церковь только вышла из подполья, мы, монахи-студиты, приехали на Львовщину. В селе Рудном был пионерский лагерь, который предстояло превратить в семинарию. Там Любомир учил будущих священников молиться. Он подчеркивал, что с Господом формально общаться нельзя, и всегда настаивал, что уставные богослужения — это не механическая процедура, что молитва обязательно должна быть духовно усвоена человеком.

Он говорил, что, помимо литургий, нам необходимо еще и лично общаться с Господом: «Во время молитвы будь очень внимательным, потому что Господь Бог отвечает. Молитва — это всегда диалог». А мы спрашивали: «Как можно узнать, что Бог отвечает?» Он ответил: «Господь Бог говорит через обстоятельства. Он хозяин обстоятельств. Но иногда нужно быть очень внимательным, открывать уши и глаза, чтобы читать обращенное к тебе Божье слово. Мы порой не слышим, как Бог обращается к нам, не потому, что Он молчит, а потому что у нас закрыты уши. Мы часто духовно глухи к тому, что Он нам хочет сказать». Для молодых ребят это были фундаментальные основы духовной жизни, которые следовало понять, усвоить и потом с ними идти по жизни.

Читайте также: Любомир Гузар: «Не дай Боже, щоб ми один одного ненавидiли»

После ухода в вечность верховного архиепископа Мирослава Ивана Любачивского прошел Синод, на котором новым главой церкви избрали Любомира. На следующий день, 26 января 2001 года, во львовском соборе Святого Юра была его интронизация. Мы все ожидали от него какой-то мощной речи, ответа на вопросы, какой теперь будет церковь, как она будет развиваться. А он тогда сказал очень простые слова: «Мы хотим быть церковью, которая верит в Бога и учит современного человека верить в Бога». Мы даже немножко растерялись. Лишь со временем я понял, что это была действительно стратегическая речь. Его позиция позволила нашей церкви и нам быть самими собой. Это то, что Блаженнейший Любомир всегда пытался делать как руководитель церкви. Когда наступали очень непростые общественно-политические события, когда церковь пытались сделать инструментом или обслугой тех или иных политических сил или лидеров, она учила каждого украинца искать правду и Божье слово и быть прежде всего свободным человеком. Если ты свободный человек, ты можешь строить свободное и независимое государство.

«Мама меня учила, что с женщинами надо или молчать, или соглашаться»

— О чем вы говорили наедине?

— Это было простое человеческое общение.

— Все, кто знал Блаженнейшего, говорят о его потрясающем чувстве юмора.

Расскажу одну историю. Я тогда был его секретарем и администратором патриаршей курии во Львове. Блаженнейший Любомир очень любил печенье, которое пекут из домашнего творога (его в Галичине называют сырниками). Ему всюду старались приготовить их, хотя врачи запретили Любомиру сладости. И вот как-то в воскресенье его снова угостили очередной порцией сырников. В понедельник мы обедали вместе. Он попросил монахиню: «Сестра, я вчера такой вкусный сырник привез. Подайте нам, пожалуйста, к кофе». А та в ответ: «Блаженнейший, уже ничего нет». — «Как нет? Я только вчера привез!» Он удивился, но не протестовал. Нет, так нет.

— Но все понял?

Конечно. Вскоре к нам прибыл гость. Этого кардинала поселили в апартаментах Иоанна Павла II в святоюрских митрополичьих палатах. На следующий день во время завтрака Любомир поинтересовался: «Как вам спалось?» Тот ответил, что очень хорошо. «А вас ночью не беспокоило наше святоюрское привидение?» Гость взволновался: «Тут есть привидение?» Любомир ответил, что в каждом старинном дворце живет свое привидение. Тот спросил: «И чем же отличается ваше?» «Видите ли, ночью оно съедает из нашего холодильника сырники». Может, тот кардинал всех тонкостей юмора не понял, но нам Любомир дал понять, что он в курсе наших хитростей.

Еще помню, как перед «оранжевой революцией» к нему приходили разные политики. Он тогда уже плохо видел, поэтому просил меня присутствовать на таких встречах. Как-то пришла к нему одна женщина-политик, которая очень активно с ним разговаривала. Он молча покорно слушал. Ее речь длилась долго. В конце концов та дама спросила: «Почему вы ничего не говорите, Ваше Блаженство?» Он ответил: «Знаете, моя мама меня учила, что с женщинами надо или молчать, или соглашаться».

— Класс!

Так он высказал свое уважительное отношение к мнению собеседников, с которым, может, не очень соглашался.

Иногда во время дружеского общения Блаженнейший Любомир мог начать петь. У него был очень хороший слух и приятный бархатистый баритон. Когда он в какой-то момент замечал, что все уже говорят о своем и не слышат собеседника, затягивал какую-то украинскую народную песню. Иногда шуточную. И общение продолжалось совсем по-иному. С ним всегда было легко и просто. Даже когда он уже был незрячим, всегда из любого разговора вычленял наиболее глубокие вещи.

Помню, как мы праздновали его последний день рождения. Он тогда сказал такую фразу: «Если бы молодость умела, а старость могла». Было ощущение, что он еще очень много хочет сделать, ищет любую возможность послужить еще, желает передать молодым все, что умеет. Даже будучи пожилым человеком, он все равно хотел сделать что-то для своего народа и своей страны.

Вернусь к одной фразе Блаженнейшего Любомира, которую он сказал незадолго до Революции достоинства (как раз шла дискуссия об ассоциации с Евросоюзом): «Для сильных мира сего свободный человек намного более опасен, чем голодный. Потому что голодного можно накормить, а свободного — только убить». Это прозвучало очень тревожно. Мы ведь не понимали, какая историческая драма нам предстоит.

«Мы в „Египет“ не вернемся»

— Блаженнейший Любомир предвидел войну?

Не могу это утверждать. Но он говорил о свободе, которая одновременно для одних является вызовом, заданием и ответственностью, а для тех, кто хочет порабощать других, — опасностью.

Сейчас, размышляя о том, что делается в Украине и каким образом нам надо двигаться вперед, я хотел бы сказать, что человек должен быть свободен любой ценой. Известный юморист Михаил Жванецкий как-то сказал, что за свободу нужно держаться зубами. Свобода — это и духовное понятие. Свободным человек может быть даже в тюрьме. А можно быть рабом на воле.

Читайте также: Зеленскому не удастся «сшить» страну, его избирателей ждет разочарование, — Павел Казарин

Может, скажу парадоксальную фразу, но у меня такое ощущение, что украинское общество напоминает заключенного, которого выпустили из тюрьмы. У него некий переходный период. Ему нужно интегрироваться в общество и найти там свое место. У него немало внутренних ран. Вроде бы он уже на свободе, но еще живет в плену стереотипов отношений между людьми, сформированных в условиях неволи. Он на свободе, но продолжает петь тюремный шансон. Это касается и человеческой души. Ведь рабская система порабощает ее. Путы рабства нужно разорвать и пройти процесс освобождения.

Украинское общество во время Евромайдана начало разрывать свои путы. Часто вспоминаю слова режиссера серии коротких документальных видео «Вавилон-13», которые она сказала на презентации, о том, что видела, как умерла постсоветская Украина и родилась свободная держава.

Это долгий и непростой процесс. Граждане Украины должны понимать, что дар свободы — это великая ценность, и не возвращаться назад. Нам нужно расти в этой свободе. И не торговать ею.

— Мы сможем?

У меня ощущение, что порой мы начинаем тяготиться свободой, что у нас усталость от нее. Некоторые считают, что свобода — это нечто такое, что можно отдать в обмен на благосостояние. Но подобное мышление очень опасно, поскольку есть риск утратить и то, и другое.

Во время Великого поста я раздумывал о нашем пути к свободе. Мне кажется, что мы сегодня шагаем так же, как когда-то израильтяне из Египта к Земле обетованной. Процесс их освобождения длился сорок лет. Если бы тогда перед горой Синай прошли демократические выборы и нужно было решить, куда идти, не факт, что израильский народ выбрал бы путь вперед. Помните поучительную историю, когда они уже подошли к границам Земли обетованной? Моисей отправил нескольких человек разведать, какую территорию Господь Бог назначил для израильского народа. Они вернулись с огромными гроздьями винограда. По их восторженным словам, они увидели там просторы, где текут молоко и мед, укрепленные города, сильных людей. И что получилось? Люди чуть не побили Моисея и тех разведчиков, которые уговаривали их не отступать. Все решили возвращаться назад.

Но вот что интересно. Когда люди начали протестовать против Божьего плана их освобождения, сам Господь этот план не изменил, хотя Он уважает выбор человека. Но когда этот выбор перечит свободе, Бог показывает, что историю творит Он. В итоге израильский народ вступил на Землю обетованную. Но это случилось в тот момент, когда среди этих людей было немало тех, кто услышал призвание к свободе впервые.

Я уверен, что Украина будет свободным независимым государством. Мы в «Египет» не вернемся. Пути назад нет. Но как долго будем идти вперед, зависит от нас. Кто заводил во власть предателей страны типа Януковича и его соратников, бандитов, коррупционеров?

— Те, кто за них голосовал.

Конечно. О своей ответственности следует помнить каждый раз, когда мы стоим на пороге очередных выборов.

Свобода — это дар и великая сила. Как сказал Блаженнейший Любомир, «свобода — это возможность творить добро». Свободный человек способен разрушить тирании и строить новые обстоятельства, в которых действительно можно и нужно жить. Но свобода это также и возможность ошибиться. Еще свободой можно злоупотреблять.

Поэтому я хочу, чтобы мы учились быть ответственными. Очень легко на кого-то показывать пальцем: «Это он виноват». Но когда к власти приходят преступники, за их злодеяниями стоят и те, кто отдал за них на выборах свой голос.

Я уверен, что дар свободы и независимости для Украины, церкви и народа получен от Господа Бога. Помню, как распался Советский Союз. Никто не мог поверить, что такой монстр когда-нибудь падет. Хотя наши мученики говорили, что всякая система, построенная на неправде и унижении другого человека, никогда не будет стоять вечно. И вот оказалось, что этот мощный колосс был на глиняных ногах.

Читайте также: Пересменка на пути к национальному единству: уроки для Порошенко и вызовы перед Зеленским

Сегодня мы слышим голоса о реставрации Советского Союза. Это абсолютно классическая ситуация, как с израильтянами, которые хотели вернуться назад. У нас тоже сейчас есть этот соблазн.

Помню, как все радовались независимости. В тот момент мы ее получили без войны и кровопролития. Может, мы до конца не осознавали, насколько она ценна. Очевидно, что многие поколения украинцев, мечтавшие построить свое государство, хотели бы увидеть исторический момент, который увидели мы. Мы получили плод их стараний и жертв. Разве это не дар? И он необратим, потому что Божьи дары необратимы и безотзывны. Но! К сожалению, сегодня не все украинцы, в том числе и те, кто идет во власть, понимают ценность украинской государственности. Сейчас мы очень часто слышим лозунги (которые являются трендом), что нам нужно разрушать систему. Хотел бы спросить носителей таких идей, что они имеют в виду.

— «До основанья, а затем», как пели коммунисты.

— Если речь идет о том, что нам нужно реформировать и менять государственный механизм, разрушать общественные структуры греха, как называл Иоанн Павел II такие явления, как коррупция, криминальное отношение к материальным благам, теневая экономика, неисполнение законов и многое другое, что, собственно, уничтожает государство, я согласен, — говорит Святослав Шевчук. — Нам следует требовать от политиков усилий по скреплению украинского государства. Думаю, мы можем объединить наши усилия.

«Сегодня есть политические силы, которые ничего не обещают»

— У вас нет предчувствия, что мы можем такое натворить, что исправить потом будет очень тяжело?

— Опасность в том, что под лозунгами разрушения системы может случиться, что мы вместе с водой выплеснем ребенка и окажемся в итоге людьми второго сорта в чужих странах. Черчилль говорил: «Кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую». Можно перефразировать: «Кто не хочет строить свое государство, будет вынужден строить чужое. Кто не хочет строить свое государство, будет жить в чужом».

Сегодня есть политические силы, которые ничего не обещают. Мы их не знаем. Они наполовину виртуальны. Мы видим только красивую обертку, а что под ней — не понимаем. Недавно Всеукраинский совет церквей и религиозных организаций подготовил письмо к нашим политикам. Хотим услышать ответы на ключевые вопросы. Очевидно, один из вопросов будет об отношении к украинской государственности.

«Граждане Украины должны понимать, что дар свободы — это великая ценность, и не возвращаться назад», — говорит Блаженнейший Святослав. Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»

— Еще спросите об отношении к Российской Федерации.

— Мы видим, что сегодня много тех, кто хотел бы прийти во власть, чтобы уничтожить украинскую государственность. Это недопустимо.

Серьезной болезнью современной политики и в Украине, и за рубежом стал популизм. Это коррозия, с которой сегодня встречается современная демократия (мы только учимся жить в демократическом обществе). Поэтому необходимо быть особенно внимательными, чтобы не соблазниться сладкими обещаниями и привлекательными формами. Надо всегда интересоваться содержанием.

Читайте также: Никто в мире не собирается воевать с Россией из-за Крыма или Донбасса, — Александр Левченко

Политический процесс — это хаос. Как найти что-то определенное? На что опереться? Для меня неясно, как наши избиратели могут голосовать за тех, кто ничего не предлагает или не объясняет, с какими намерениями идет во власть. Какие у будущих парламентариев важнейшие фундаментальные ценности?

— Да они якобы все патриоты.

— Нельзя обмануться. Христос говорил: «Не каждый, кто говорит: „Господи, Господи“, будет спасенным. А тот, кто исполняет волю Отца моего небесного». Не всякий, кто говорит: «Я патриот Украины и хочу за нее бороться», стоит нашего доверия. Мы в начале разговора говорили о внимательности в молитве. Нам нужно быть внимательными и к тем, кому будем поручать право служить во власти.

Есть еще одна драматическая для нашего общества черта, о которой хочу сказать. Мы временами очень любим идеализировать определенных политиков и политические силы, а потом разочаровываться.

— Это наша традиция.

— Меня часто спрашивают: «Что делать, чтобы не разочаровываться?» Я отвечаю: «Не очаровывайтесь». Нет легких ответов на сложные вопросы нашего бытия. Не верьте тому, кто вам скажет, что можно быстро завершить войну. Такого не будет. Не верьте, что кто-то вытащит некую запасную карту из рукава и скажет: «Мы остановим агрессора». Это неправда. Нельзя остановить агрессора, умиротворяя его, то есть идя на уступки. К сожалению, это не до конца понимают игроки мировой политики. Нельзя договориться с агрессором. Его можно только остановить. С преступником не разговаривают, а хватают за руку, чтобы не дать совершить преступление. Мы должны ощутить, что судьба страны в наших руках. Но при этом набраться терпения и понять, что легких магических развязок сложных вопросов не бывает.

«За годы независимой Украины местная преступная власть уничтожила Донбасс»

— Не раз слышала, в том числе и от священников, что Бог любит Украину. Но почему тогда такие испытания, как война, захват территорий? Гибнут наши люди. Причем лучшие.

— У меня нет окончательного ответа на этот сложный вопрос. Может, мы все поймем с течением времени.

Почему страдает справедливый, это вечный вопрос духовной жизни. Почему гибнут лучшие, а преступник процветает? Ответы мы находим на страницах Святого Писания, особенно Ветхого Завета. Это страдания, смерть и воскресение нашего Спасителя.

Мой ответ я сформулировал бы так. Иногда для того, чтобы проснуться и действовать, нужны потрясения, нужно пережить определенный шок. Иначе мы не сможем до конца ощутить дар свободы.

— Но такой ценой…

— Не знаю, какую цену надо заплатить, чтобы украинцы пробудились. Та, какую мы платим сегодня, в новых исторических обстоятельствах, в определенной мере может быть расплатой за пассивность и апатию целых десятилетий независимой Украины. Сколько людей просто хотели бы быть потребителями чего-то, что заработали другие? Может, Господь Бог нам хочет сказать: «Остановитесь!»

Мы должны искать ответы на эти вопросы. Но осознавать, что положить конец войне и смертям может сильное украинское государство.

— Поговорим о том, что случилось на Донбассе и в Крыму. Что происходит с людьми? Почему они оказались способны предать страну? Почему одни кричали: «Путин, приди и защити» и сбрасывали с админзданий украинские флаги, а другие ходили на митинги за единую страну? Почему одни сразу ушли защищать свою землю, а другие встречали оккупантов цветами?

— Может, до конца не отвечу. Ведь каждый человек — это целый космос. Почему те или иные решения или поступки совершает конкретный человек, иногда ему самому трудно понять.

Хочу поделиться своими впечатлениями. В 2012 году я уже в качестве главы церкви совершил свой первый визит на восток. Посетил три города — Донецк, Луганск и Харьков.

Луганск мне хорошо знаком. В 1980-х я служил в ЛВВАУШ — Луганском высшем военном авиационном училище штурманов имени пролетариата Донбасса.

— Ну и название!

— Там был целый комплекс — учебные корпуса, дворец культуры и т. д. Рядом располагался военный городок с инфраструктурой — стоял полк транспортной авиации.

И вот каким было мое удивление, когда я туда снова приехал. Словно по городу пронесся какой-то ураган. За годы независимой Украины местная преступная власть уничтожила Донбасс. Мне было очень больно.

Когда я приехал в училище (там, кстати, сейчас стоят российские войска), было ощущение, что на эту военную часть упала бомба. От прекрасного трехэтажного дворца культуры остались только стены. Что случилось? Кто это все уничтожил? Я встретился с бывшими сослуживцами. По светскому образованию я медик (окончил медицинское училище). Собралось около 30 человек — бывшие санитарки, медсестры, офицеры, доктора. Знаете, что я прочел в глазах тех людей? Что они видят в украинской государственности причину упадка их края. Думаю, и вправду есть большая вина тех, кто грабил ту территорию ради своего обогащения. Мне очень хотелось бы, чтобы когда-нибудь наши правоохранительные органы расследовали, почему так случилось.

Понятно, что у людей, помнивших процветающий в советские времена Донбасс, лозунг «Путин, приди» — был призывом возродить тот край. Но они глубоко ошиблись. Потому что те, что пришли, до конца уничтожили все, что еще осталось. Пришли те, кто были готовы не строить, а убивать, украсть все, что еще не украдено. А люди оккупантам не нужны.

Сегодня нам необходимо осознать, что должны сделать все, чтобы наша Украина не превратилась в огромную ограбленную территорию подобно Донбассу. Никто не придет сюда, чтобы за нас и для нас что-то построить. Если мы будем звать: «Приди и сделай за меня», нас ждет очередной этап разрухи, уничтожения, рабства и беды на столетия.

— Известные эксперты и политики говорят, что нам по-любому предстоит общаться с теми, кто живет сейчас на Донбассе, ведь это наши граждане. Как говорить с людьми, которые годами зомбированы кремлевской пропагандой?

— Думаю, не надо бояться общения. Даже когда оно окажется непростым и тяжелым и мы не сможем друг друга понять.

Знаете, наша церковь в свое время сделала свой душпастырский выбор: мы решили остаться на Донбассе. До сих пор там функционируют 11 парафий. Наши священники служат простым людям. Чтобы те понимали, что мы о них помним и заботимся, и не утратили доверия и веры в Господа Бога.

Что я могу сказать о предстоящем общении? Следует искать разные способы. Просто говорить и обмениваться идеями — слишком мало. Под влиянием пропаганды и из-за невозможности думать теми или иными интеллектуальными категориями люди становятся очень ограниченными. Ими так манипулируют, что они будут не в состоянии довериться кому-то и чему-то. Поэтому надо, чтобы Донбасс поверил делам. Надо убеждать, что быть процветающим краем та часть Украины может лишь в составе украинской державы, что Россия означает уничтожение, а Украина — жизнь и развитие.

Читайте также: Жителей Донбасса, получивших российские паспорта, ждет жесткий облом — как и после фейкового референдума

Следует искать ответ, как помочь людям в это поверить. Они говорят: «Мы никому не нужны. Никто не хочет нам добра». С первых минут российской оккупации они наивно думали, что нужны России. Теперь поняли, что это не так. Даже те, кто вовлечен в так называемые местные государственные институции. Одновременно с этим они сомневаются, нужны ли Украине.

Так что процесс общения будет очень непростым и болезненным. Но примирения не произойдет, пока мы не скажем друг другу взаимную правду. За годы оккупации люди совершили много всякого. Зло нужно назвать злом и покаяться за него. Без этого не может быть прощения.

— Но как прощать предателей? Как прощать тех, кто давал присягу защищать свою страну и ее граждан, но не сделал этого?

— Процесс примирения и прощения — это процесс выздоровления. Человек не может выздороветь, если не признается врачу, что на самом деле у него болит. Иначе как его лечить?

Отвечу так. Прощать может только тот, кто верит в прощение грехов. Прощение — это богоугодный акт. Под силу ли это человеку? Не всегда. Человек хочет поквитаться, подсознательно требует определенных компенсаций. Но то, что невозможно для людей, возможно для Бога.

Почему христиане проповедуют прощение? Мы верим в Бога, который нам прощает. Вот мне Бог простил мои прегрешения. Я тоже грешен. И раз Бог меня прощает, тогда мое отношение к грехам и преступлениям других обретает иной характер. Потому что я понимаю, что в конце земного жизненного пути есть наивысший, справедливый и все знающий судья, который воздаст каждому по делам его и поступкам. И это не я, а Он.

Я сужу только по тому, что вижу и понимаю. А понимаю не все. Вижу не все. Знаю не все. Поэтому Господь призывает: «Не суди». Когда я сужу, то ставлю себя на Его место.

Так что, если мы верим в Его прощение, мы должны будем общаться с людьми, проживающими в оккупации. Каким будет наша с ними встреча, мы не знаем. Но уверен, что существует несколько необходимых шагов, чтобы можно было говорить о любом примирении.

Пока идет война, говорить о примирении нет смысла, ведь убийца продолжает убивать, а преступник продолжает совершать преступление. На данном этапе говорить о примирении — это искажать само понятие мира. Во время Второй мировой войны в Великобритании были нацистские движения, которые говорили о примирении с Гитлером. Но это же абсолютное преступление. Потому что примиряться со злом означает стать преступником.

Надеюсь, что война не будет продолжаться бесконечно. Тогда наступит следующий этап — этап правды. Зло должно быть названо злом, а добро — добром. Мы же знаем, что на Донбассе много пока не известных нам героев. Именно они потом помогут нам по-иному увидеть и тот край, и его жителей. Они откроют нам новые двери для общения и примирения. Следующий шаг — возмещение утрат, которые понесли жертвы, справедливое осуждение и наказание преступников.

Знаете, когда я хочу укрепиться в вере в победу и набраться оптимизма, что Украина будет, еду на Донбасс. В Краматорске есть общественная организация «Краматорські бджілки». Это уникальные люди. Все русскоязычные, все пережили ужасы оккупации. Там представители самых разных профессий, среди них есть инвалиды и пенсионеры. Они плетут маскировочные сетки, собирают средства для помощи армии, делают массу благих дел. Узелки, которые они плетут, — это узелки нашего светлого будущего и нашей победы.

В то же время у меня такое ощущение, что чем дальше на запад от Донбасса, тем у людей больше разочарования, апатии, усталости и неверия.

«Несогласия и разделения в церкви — это большая беда»

— 6 мая вы общались с Зеленским. Говорили ли о Донбассе, Крыме, войне?

— Да, говорили. Я так понимаю, что для него это вопрос номер один. Как он будет решать его, не знаю. Он об этом не рассказал.

— В Православной церкви Украины сейчас жесткое противостояние ее главы митрополита Епифания и бывшего предстоятеля Киевского патриархата Филарета. Можете как-то прокомментировать?

— Могу сказать лишь то, что нам очень больно. Несогласия и разделения в церкви — это большая беда. Нам не все равно, что делается у наших православных братьев, хотя это их внутреннее дело. Мы желаем им добра. Чтобы ПЦУ объединялась и росла, чтобы достойно справилась с этой ситуацией и вышла из нее еще более сильной.

Читайте также: Александр Саган: «Для мирового православия Филарет является фигурой токсичной»

— Ваше Блаженство, не жалеете, что у вас нет семьи, что в доме не звучит детский смех?

— Это мой осознанный добровольный выбор. Господь Бог призывает каждого человека для исполнения его особенной жизненной миссии. Когда Он призывает кого-то к монашеству или к священническому служению, это особенное задание. И если человек выбирает богопосвященное безбрачие, он превращается в символ присутствия вечности для людей здесь и сейчас.

Мы говорим о воскресении Христа. Воскресшие после смерти уже не женятся и не выходят замуж. Они живут как ангелы Божьи. Монашество — это жизнь богопосвященного во имя царства небесного. Люди, у которых есть семья, хотят видеть видимый знак воскресения, чтобы знать, что их ожидает в будущем. А те, кто живет монашеской жизнью, поддерживают ценность христианского супружества. Эти два мира между собой переплетаются.

Когда я делал свой выбор, общался с моим духовником Блаженнейшим Любомиром, который в определенные моменты помогал мне разгадать элементы Божьего замысла насчет меня. Я ощущаю, что через меня Господь Бог говорит с людьми, что Он дает возможность исполнить человеческое предназначение очень глубоким способом посвящения Ему. Уверен: если я, вы, еще кто-то исполним в своей жизни Божий замысел, мы будем счастливыми. Поэтому честно вам скажу: не жалею.

— Известно, что вы любите играть на скрипке. У вас есть время на это хобби?

— Откровенно говоря, не хватает. Музыка — это часть моей личной культуры. Но чтобы играть на надлежащем уровне на каком-то инструменте, быть в форме, нужно систематически заниматься. Увы, сегодня я форму теряю. Я люблю музыку. Иногда мы живем в диссонансе и хаосе. А музыка помогает нам построить внутреннюю гармонию и упорядочить внутренний мир.

Завершая, скажу вот что. Не хочу вас успокаивать, мол, «все будет хорошо, я это знаю». Но у нас есть надежда, что мы справимся со всеми вызовами. Я ощущаю, что Господь Бог меня призывает быть проповедником этой надежды.

Ранее известный публицист, бывший диссидент, вице-ректор Украинского католического университета (Львов) Мирослав Маринович в эксклюзивном интервью «ФАКТАМ» рассказал, каким человеком был Блаженнейший Любомир Гузар (Мирослав Маринович: «Попросил бы Гузара рассказать, как любить наших врагов»).

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров