ПОИСК
Культура та мистецтво

«товарищ сухов», знаменитый актер анатолий кузнецов: «в «гараже» эльдар рязанов предлагал мне роль председателя кооператива, которую сыграл валентин гафт»

0:00 4 січня 2006
Інф. «ФАКТІВ»
Народному артисту России исполнилось 75 лет

Народный артист России Анатолий Кузнецов попал в классическую ситуацию, когда его больше знают по имени культового киногероя, нежели по собственной фамилии. Сухов — и все. Хотя за 30 лет существования «Белого солнца пустыни» он стал относиться к этому философски. Были ведь роли еще и в «За витриной универмага», «Друг мой Колька», «Дайте жалобную книгу», «Горячий снег», «Инкогнито из Петербурга», «Зона особого внимания» и еще около девяноста образов. Да и сегодня он в киношном строю: «Кавалеры Морской звезды», «На углу у Патриарших», «Турецкий гамбит».

«Пырьев послал в Министерство культуры грозную телеграмму, и от отработки меня освободили»

- Анатолий Борисович, как получилось, что вы учились на оперного певца, а стали драматическим актером?

- Мой отец — профессиональный певец, одно время работал в Большом театре. Поэтому меня тоже отдали в музыкальную школу. Потом я попал в музучилище Ипполитова-Иванова. Двоюродный брат Михаил Кузнецов уже тогда был достаточно известным киноактером, снимался в «Машеньке», «Иване Грозном», «Матросе Чижике», «Марье-искуснице». Все его рассказы о кино проникали в мою душу и сознание. К тому же в училище педагог по сценическому мастерству Нина Осиповна Смирнова, увидев во мне способности, настойчиво советовала идти в театральный. В общем, я набрался храбрости и решил поступать одновременно в два вуза — Школу-студию МХАТ и Щукинское училище при театре Вахтангова. И был принят в оба. В вахтанговском мне сказали: «Мы знаем, что ты сдаешь экзамен во МХАТ. Наверное, у нас останешься?» «А можно подумать?» — спрашиваю. «Сейчас 17 часов, даем тебе время до 19-ти». Родителей дома не было, я позвонил Михаилу. Он мне сказал: «Я сам заканчивал музстудию Станиславского, поэтому оставайся во МХАТе». Но прошло какое-то время, я попал на спектакль в театр Вахтангова. Вдруг пожилой человек, сидящий передо мной, обернулся. Это был профессор Щукинского училища Борис Захава, который принимал у меня вступительные экзамены: «Мы до сих пор сожалеем, что вы не остались у нас!» Можете представить мои чувства в тот момент!

- Вы начали сниматься уже на третьем курсе?

- Нам запрещали. Считали, что мы еще ничему не научились, а кино нас испортит. На съемочной площадке специфическая обстановка, появляется самомнение, гордыня, начинается звездная болезнь. Но все же на летних каникулах перед четвертым курсом я сыграл в фильме «Опасные тропы». После окончания съемок последовали предложения сняться одновременно в двух фильмах  — «За витриной универмага» и «Гость с Кубани». А в те времена после окончания вуза нужно было три года отработать по распределению. Поэтому директор «Мосфильма» Иван Пырьев послал в Министерство культуры грозную телеграмму: «Никуда Кузнецов не поедет, он утвержден на роль в фильме». И меня оставили в покое. Потом был следующий фильм. Через три года я поступил в Театр киноактера. Помню, в «Суровом поле» по повести Калинина моей партнершей была замечательная Нонна Мордюкова. Я с нетерпением ждал спектакля, того момента, когда мы встретимся с ней на сцене. Но съемки засасывали все больше…

- Вы были частым гостем на Киностудии им. Довженко?

- Там я снялся в одной из моих первых картин. Эльдар Рязанов тогда предложил мне сниматься в «Карнавальной ночи» в роли друга героини Гурченко, которого потом сыграл Юра Белов. Теперь, спустя годы, можно себе представить, какая популярность ожидала бы меня после этого фильма. Параллельно со студии им. Довженко поступило предложение сняться в главной роли в фильме «Путешествие в молодость». Долго выбирал и остановился на Киеве, так как мне казалось, что там все-таки главная роль. Теперь Пырьев слал мне грозные телеграммы. Я думал: все, погиб, больше на «Мосфильме» не снимусь. Но прошло время, и тот же Рязанов пригласил меня к себе в «Дайте жалобную книгу», я с удовольствием работал с ним. Из киевских режиссеров меня также приглашал Михаил Ильенко в трехсерийную картину по произведению Гайдара «Школа». Последняя моя работа в Киеве — у режиссера Кохана в «Стамбульском транзите», где я играл не совсем положительного героя.

- На время съемок «Путешествия в молодость» вы привезли в Киев свою жену?

- Да, это было в 1956 году. Мы только поженились, Аля тогда заканчивала режиссерский факультет ВГИКа. Был май, все цвело, любовь, работа интересная… Замечательно! В этот период в Киеве снималось много фильмов, съехались известные люди из Москвы: Александр Вертинский, Михаил Кузнецов, композитор Никита Богословский.

- Вы чаще всего играли положительных героев, особенно в молодости.

- На самом деле всегда хотелось более характерных ролей. Мне очень дорог Павел из фильма «Утренние поезда» в постановке режиссера Фрунзика Довлатяна. Картина была здорово сделана и нравилась зрителям. Великолепно пошла на экраны. Потом в Госкино опомнились: мол, рабочий парень — и не совсем положительный. Фильм запретили.

«Орден «За трудовi досягнення» мне вручал сам Патон»

04s09 kadr.jpg (19955 bytes)- Легендарное «Белое солнце пустыни» поначалу киноначальство восприняло тоже не очень хорошо?

- Более того, нас хотели совсем закрыть. Пришлось бороться. Потом наконец-то дали добро. Но когда картина была закончена, ее не пускали на экран, пока она не попала на дачу к Леониду Ильичу Брежневу. На следующий день раздался звонок у министра кинематографии: «Хорошие картины делаешь!» И все. Фильм показывали по всей стране. Продали в 130 стран.

- Помнится, это был любимый фильм и советских космонавтов.

- Мне сам Береговой рассказывал об одном из первых длительных полетов, в котором показывали наш фильм. До сих пор эта традиция — перед запуском смотреть «Белое солнце пустыни» — не нарушается.

- Как вы думаете, кем бы мог стать Сухов в более мирное время?

- Знаете, мы даже фантазировали на эту тему. Но с самого начала я был противником какого-либо продолжения. Как-то произошла такая история. В Кремлевском дворце проходило чествование футбольной команды «Спартак», меня тоже пригласили. После официальных поздравлений ко мне подошла компания молодых врачей, попросили автограф. Потом один из них говорит: «Анатолий Борисович, как хорошо, что ваш фильм снимался в тот период, когда не делались сериалы». Лучше, наверное, и не скажешь.

- Вас, наверное, иначе, как Сухов, и не называют?

- Да. Как Кузнецов я уже не существую. «Товарищ Сухов» — это клеймо на всю жизнь.

- Анатолий Борисович, вы снялись в более чем 90 фильмах. Не считали, представителей скольких профессий вам пришлось сыграть?

- Нет, но особенно много, конечно, военных. У меня есть фильмы, которые посвящены Отечественной войне, а есть о современной армии. «На войне» я дошел до члена Военного совета. В современном фильме «Зона особого внимания» начинал с майора Морошкина, потом стал подполковником, а в картине «Случай в квадрате 36-80» — контр-адмиралом. В белорусско-болгарском фильме «Братушка» был «разжалован» в солдаты.

- Какая роль далась тяжелее всего?

- Пожалуй, белогвардейского офицера, подполковника Егорьева в российско-болгарском фильме «Берега в тумане». К сожалению, этот фильм почему-то не показывают. Знаете, мне приходилось сниматься в Болгарии, Югославии, Египте (была совместная картина «Люди на Ниле»). В Чехословакии я дважды снимался у Ярослава Балика. Первый фильм — «Один серебряник», второй раз он меня пригласил на потрясающую, трагическую главную роль в фильм по чешской классике — «Гордубал». Я тут же согласился. Буквально на следующий день мне позвонил Рязанов: «Анатолий, я начинаю «Гараж». Предлагаю тебе роль председателя гаражного кооператива».

- Которого потом сыграл Гафт?

- Да. Я ему сказал о своих планах по поводу «Гордубала».  — «Я знаю, это по Чапеку. Конечно, интересно», — согласился он. Так я снова разминулся с Эльдаром Александровичем. Кстати, не последний раз, так как он звал меня и в «Берегись автомобиля» на роль следователя Подберезовикова (в фильме его сыграл Ефремов.  — Авт. ), но мне хотелось играть Деточкина, и я не согласился. Потом он предложил мне еще одного следователя — в «Стариках-разбойниках» — и опять мне хотелось чего-то характерного.

А «Гордубал» в нашу страну так и не попал. Я пытался узнать почему. Кто-то из коллег рассказал мне, что в Госкино один из высоких чиновников отозвался о фильме так: «Ну и нужна нам еще одна грустная славянская история?» Как-то, будучи в Праге, я попросил сделать мне копию фильма и на свое 70-летие показал эту картину. Хотелось познакомить людей с другим своим актерским качеством.

- Слышала, вы получили орден «За трудовi досягнення»?

- Как-то позвонили с кинофестиваля «Киношок». Ирочка Шевчук мне говорит: «Анатолий, вас тут Украина награждает орденом». Оказалось, не только меня, но и актрису Надежду Румянцеву, и академика Прохорова  — лауреата Нобелевской премии. Я так был удивлен! Приехал академик Патон и в Украинском культурном центре в Москве вручал нам эти ордена. У меня есть удостоверение с подписью Кравчука Леонида Макаровича, первого Президента Украины.

- Анатолий Борисович, у вас ведь есть украинские корни?

- Да, моя мама, в девичестве Макаренко, родилась в селе Михайловка Запорожской области. Летом родители всегда старались выехать к себе на родину и вывезти меня к дедушке с бабушкой. Часто вспоминаю черешни, абрикосы, вишни, арбузы, которые росли у деда в садочке. Из-за моего московского «г» надо мной смеялись украинские ребятишки. Когда я возвращался в Москву, то «г» говорил уже по-украински.

Война застала нас с матерью в Михайловке. Был сентябрь, немцы стояли на правом берегу Днепра, бомбили Киев. Мама устроила меня в украинскую школу, потому что уехать уже было невозможно. Когда на уроках я читал украинские стихи, меня даже ставили в пример другим: «Вот мальчик из Москвы, а как говорит!» Но вскоре подвернулась возможность уехать. Мой дядя, директор Полтавского маслозавода, отправлял в эвакуацию какое-то оборудование и «погрузил» и нас, и свою семью на телегу с арбузами. Станция находилась в семи километрах от села. Поезд возле Запорожья начали обстреливать из дальнобойных орудий. Мы уже попрощались друг с другом, но… проскочили.

Потом, когда мы ездили на машине к морю, всегда останавливались в нашей Михайловке. Накрывался богатый стол, все собирались, вспоминали былые дни…

 

714

Читайте нас у Telegram-каналі, Facebook та Twitter

Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів
 

© 1997—2022 «Факти та коментарі®»

Усі права на матеріали сайту охороняються у відповідності до законодавства України.

Матеріали під рубриками «Офіційно», «Новини компаній», «На замітку споживачу», «Ініціатива», «Реклама», «Пресреліз», «Новини галузі» а також позначені символом публікуються у якості реклами та мають інформаційно-комерційний характер.