ПОИСК
Культура та мистецтво

102-летний композитор николай колесса: «хочу написать свою 3-ю симфонию, для этого у меня есть опыт и вдохновение»

0:00 14 квітня 2005
Інф. «ФАКТІВ»
Маэстро курит трубку и считает, что рюмочка коньяка здоровью не помеха

Николай Колесса стал человеком-легендой, соединив в себе дар композитора, пианиста и дирижера. Но иначе, наверное, и быть не могло. Ведь родился он в семье музыканта от Бога Филарета Колессы, имя ему выбрал сам Николай Лысенко, частым гостем в доме был Иван Франко. Первые произведения начинающего композитора одобрил Александр Глазунов. Позднее Николаю Колессе довелось работать с Соломией Крушельницкой и Станиславом Людкевичем.

В свои 102 года маэстро еще трудится на полставки в Высшей музыкальной академии им. Н. Лысенко в должности профессора-консультанта, следит за подготовкой будущих дирижеров оперно-симфонических оркестров.

«Иван Франко принес мне в подарок кулек черешен»

Мы встретились с композитором в его львовской квартире-музее на улице Марии Конопницкой погожим весенним утром. Во время беседы маэстро наслаждался ароматным табаком своей неизменной трубки.

- Давно курите, Николай Филаретович?

РЕКЛАМА

- С 14 лет! Но при отце стыдился этим заниматься, ведь он никогда не баловался табаком. А вот мама курила. Я курил и трубку, и сигареты. Проблем из-за этого не имел, поскольку не вдыхаю дым, а только нюхаю. Предпочитаю ароматный табак. Люблю и алкоголь, конечно, в меру. Рюмочка коньяка здоровью не помеха.

- Да вы жизнелюб! И женщин любили?

РЕКЛАМА

- И теперь люблю…

- Что предпочитаете из домашней кухни?

РЕКЛАМА

- Всевозможные супы. Моя дочка Харитина их так вкусно готовит, что наесться невозможно.

- Заядлые рыбаки любят повторять высказывание: время, проведенное на рыбалке, в отсчет жизни не входит. Можно ли сказать, что время, посвященное музыке, продлевает жизнь? Ваш творческий побратим Станислав Людкевич прожил 103 года, Анатолий Кос-Анатольский — сто лет. Да и ваш собственный пример подтверждает это.

- Возможно, и так, — улыбается собеседник.  — Правда, откровенно говоря, долголетие не такая уж приятная вещь, как может показаться. Ушли из жизни мои самые верные друзья, одноклассники, знакомые. О ком ни вспомню, а его уже нет… К счастью, музыка добавляет позитивных эмоций. Но об отдыхе я даже не мечтаю — некогда. Хорошо, сердце пока нормально работает.

- Случались ли в вашей жизни тяжелые моменты?

- Таких хватало! Начиная с 1905 года, когда мне исполнилось всего два года, на нашей земле сплошные революции, войны. Больше всего на руку это хирургам, ведь в тяжелые времена потребность в них огромная. Вот и я сперва хотел стать врачом, стал изучать медицину в Кракове.

- А за «оранжевой» революцией следили?

- Конечно! Будь у меня побольше сил, вышел бы на Майдан.

- Говорят, имя вам придумал сам Николай Лысенко.

- Это правда. В день моего рождения Лысенко давал концерт во Львовской опере. Отец, разумеется, на нем не был. На следующий день папа объяснил композитору причину отсутствия. «Пусть сын будет Николаем!» — заявил Лысенко отцу.

- Вам посчастливилось встретиться со многими знаменитыми людьми. Какими вы их запомнили?

- На моем выпускном концерте в Праге в 1928 году был известный русский композитор Александр Глазунов — удивительно простой и искренний человек. Кстати, он мог крепко выпить (улыбается.  — Авт. ). Я встречался с ним дважды и не заметил и тени высокомерия.

- В вашем доме бывал Иван Франко…

- Наша первая встреча запомнилась мне на всю жизнь. Франко пришел в гости к моим родителям, а мне принес в подарок кулек черешен. Он показался мне человеком очень сдержанным, немногословным. Поэту тогда было под 60 лет. Помню, у него были больные руки. Потом я частенько его встречал по воскресеньям на улице, он ходил в церковь. Говорили, что в своих родных Нагуевичах Франко любил сидеть возле дьяка во время службы Божьей и петь. Поэт неутомимо работал и совсем не думал о славе. Он так и писал: «Працювать, працювать, працювати, в працч сконать!»

- Во Львовской консерватории вам довелось работать вместе с Соломией Крушельницкой.

- Имея европейскую, даже мировую славу, она оставалась скромной и очень дружелюбной. Расспрашивала меня о жизни, интересовалась успехами и непременно посещала мои концерты. Соломия умела справедливо, но очень деликатно покритиковать. А услышать правду из уст такой женщины — это счастье.

- Вы хотели стать врачом, но верх все-таки одержала музыка…

- Решающую роль сыграл Бетовен (именно так, на европейский манер, нужно произносить фамилию Бетховен). Услышав его 9-ю симфонию, я, 20-летний, не мог сдержать слез. И уговорил папу отправить меня в Прагу учиться у Витезслава Новака, наставником которого был знаменитый чешский композитор Дворжак.

«Никогда не считал себя героем»

- В 70-х годах прошлого века во Львовской консерватории учился еще один врач, для которого музыка стала призванием, — Владимир Ивасюк.

- К сожалению, я с Ивасюком не был знаком. Но много слышал об этом талантливом студенте, на него, кстати, частенько за непослушание сетовал Кос-Анатольский. Помню я и другого нашего студента — Игоря Билозира… Душа болит, когда думаю, что загублены две молодые жизни, а убийцы до сих пор не наказаны.

- Одной из ваших последних работ стала оратория на стихи Лины Костенко «Каменный сон». Чем вас привлекла ее поэзия?

- Я считаю Лину настоящей украинской поэтессой, в ней есть духовное родство с Лесей Украинкой.

- Расскажите о своей семье. Как вы познакомились с женой?

- Надя пела в хоре, тогда я ее и заметил. Она — дочка сельского священника, родом из Подолья. Закончила львовский университет, была магистром филологии. Училась по классу фортепиано в музинституте имени Лысенко у самого Василия Барвинского. Мне повезло с женой, мы прожили долгую и счастливую жизнь. Но уже почти 15 лет я вдовец…

- Радуют ли вас дети, внуки?

- Я горжусь, что все три мои дочки стали музыкантами. Старшая, Ксения, пианистка, доцент музыкальной академии. Средняя, Харитина, виолончелистка, училась в Московской консерватории у самого Ростроповича. Сейчас она профессор, завкафедрой струнных инструментов нашей музакадемии. Младшая, Соломия, преподает в музыкальной школе-интернате имени Крушельницкой, скрипачка. Внуки не все посвятили себя музыке. Олесь, например, стал врачом, проходит интернатуру в Филадельфии (США). Он так переживал, когда не удалось спасти пациента, в которого угодила пуля в двух сантиметрах от сердца!

- Не так давно вы получили высшее государственное звание — Героя Украины.

- Никогда не считал себя героем. Для меня это стало большой неожиданностью… Вот звание народного артиста — другое дело, его я, пожалуй, заслужил.

- О чем сейчас мечтаете?

- Я бы хотел написать 3-ю симфонию. Считаю, что уже имею для этого опыт и вдохновение. Предыдущую, 2-ю, написанную почти 50 лет назад, так долго шлифовал! Но только теперь открыл ее для себя, она мне понравилась.

605

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів