ПОИСК
Культура та мистецтво

Наталья бондарчук: «в детстве я считала, что меня родила не инна макарова, а любка шевцова из «молодой гвардии»

0:00 11 травня 2005
Інф. «ФАКТІВ»
Вчера известная актриса и режиссер отпраздновала свое 55-летие

Заслуженная артистка России Наталья Бондарчук, дочь великого кинорежиссера Сергея Бондарчука и актрисы Инны Макаровой, дебютировала в кино в 22 года — сложнейшей ролью в «Солярисе» Тарковского. Потом были «Звезда пленительного счастья», «Красное и черное», «Юность Петра». На пике карьеры она вдруг ушла в режиссуру. Наверное, победили отцовские гены. Хотя именно с отцом связаны самые первые тяжелые переживания. Восьмилетняя Наташа, пожалуй, болезненнее всех в семье пережила развод родителей, даже серьезно заболела. Она встретилась с отцом уже девушкой-подростком. Несмотря на глубокую душевную рану, первой подала руку примирения «разлучнице» Ирине Скобцевой, сестре Алене и брату Федору.

«Когда папа умер, я вложила ему в руки образок из Киево-Печерской лавры»

- Наталья Сергеевна, какие воспоминания в вашей жизни не имеют возраста?

- Я счастлива, что родилась в семье, где прежде всего ценилась культура. Моя бабушка — сибирская писательница Анна Ивановна Герман. Это она посадила сад в подмосковном Ново-Дарьино, который до сих пор здесь цветет и где мы сейчас находимся. (Именно там построена дача Натальи Бондарчук.  — Авт. ) Это мое пристанище: уезжаю из Москвы, здесь работаю, пишу, иногда монтирую свои фильмы. Сюда каждый год праздновать день рождения приезжает мама. Почему-то свой день рождения я много лет отмечала в Киеве. Думаю, ну с чем это связано? Прихожу к маме и спрашиваю: «Открой тайну: почему именно в Украине? Может, это связано с тем, что там родина папы?» А она так хитро смотрит и отвечает: «Не только. Понимаешь, по китайскому гороскопу ты родом из Украины. Мы тебя зачали недалеко от Лавры, после съемок «Тараса Шевченко» жили там с твоим папой».  — «Теперь я понимаю, почему всегда еду в Киев с таким трепетом».

У моего папы ямочка была на одной щеке, у мамы — на другой. А у меня две ямочки: одна от мамы, другая от папы. И хотя я больше похожа на папу, думаю, от обоих взяла главное — колоссальную выносливость.

РЕКЛАМА

- Ваше имя переводится как «природная»…

- Вообще, по-настоящему я могу жить только на природном островке. Таких, к сожалению, все меньше и меньше. Замечательно себя чувствовала и на родине отца, в Белозерке. Я была в Киеве, когда мне позвонила сестра Алена и сказала лишь одну фразу: «Папа ушел». Монахи Киево-Печерской лавры позволили мне взять со святых лаврских могил украинскую землю, и, прилетев на похороны, я вложила ему в руки образок из Лавры. А когда гроб опускали, земля Новодевичьего кладбища смешалась с его родной, украинской. Так что все не случайно.

РЕКЛАМА

- В Украине вам предстояла большая актерская работа.

- Да, в фильме Николая Мащенко «Как закалялась сталь». Я ушла из этой картины, когда выгнали Николая Бурляева. Там у меня с ним как раз начинались отношения…

РЕКЛАМА

- И что же произошло?

- Я должна была играть то Тоню, то Риту. Коля уже начал сниматься в роли Корчагина, в уникальных сценах, рискуя жизнью: скакал на коне впереди полка. И вдруг разнарядка «сверху»: не снимать Бурляева, он — «рефлексирующий герой». Вышел «Игрок» Баталова с Колей в главной роли, и его стали связывать только с Достоевским. Говорили: «Нам нужны социальные герои» — и утвердили Конкина, которого Коля первый раз подсаживал на коня. Ничего плохого не хочу сказать, Владимир Конкин прекрасно сыграл свою роль. Но я, несмотря на то что очень уважала и уважаю Николая Мащенко, ушла из картины в никуда. Я же не знала, что это было распоряжение для всех режиссеров: не снимать Бурляева, Любшина, кажется, Ролана Быкова, Инну Чурикову… в главных ролях социальных героев. Кстати, у Бурляева тоже украинские корни.

- Да, он из запорожских казаков.

- Удивительно, что меня окружают люди, которым очень близка Украина. Кстати, мой теперешний супруг тоже из Украины, не буду называть его имя, это наша тайна. Хотя тайне уже 15 лет…

«Коля Еременко был влюблен во всех Наташ нашего курса — в меня, Белохвостикову, Гвоздикову»

- Сергей Герасимов был учителем и ваших родителей, и вашим. Круг как бы замкнулся…

- Сюда, на эту дачу, он первый раз приезжал с Тамарой Макаровой. Но когда я поступала к нему во ВГИК, то ТАК дрожала! В это время как раз подросли дети «молодогвардейцев», и многие из них со мной поступали, но на актерский прошла тогда одна я. К сожалению, когда мне было восемь лет, родители расстались, и папа не знал, что я поступила во ВГИК. Он пришел только на мою дипломную работу — «Красное и черное». Мама, конечно, знала, что я сдаю экзамены во ВГИК, и от волнения лежала в лежку. Через какое-то время я вторично пошла к Герасимову, уже на режиссерский, и закончила его одновременно с Колей Бурляевым, занимавшимся у Кулиджанова. Но диплом у нас был общий — «Пошехонская старина» по Салтыкову-Щедрину, где снималась и моя мамочка. Та преемственность, что я в себе несу, это прежде всего огромнейшая любовь к Сергею Герасимову, который в какой-то степени заменил мне отца.

- Часто вспоминают ваш знаменитый «вгиковский» курс.

- Помню, в первый день, когда Герасимов всех нас собрал, встает девочка и говорит: «Меня зовут Наташа, а фамилия у меня смешная — Белохвостикова». Встает вторая девочка: «Вы знаете, меня тоже зовут Наташа и фамилия у меня тоже смешная — Гвоздикова». Третья девочка: «А я Наташа Аринбасарова». Встаю я: «И я Наташа, только фамилия у меня не смешная — Бондарчук». Наш курс так и стали называть — «курс четырех Наташ». К сожалению, мальчики наши стали рано уходить из жизни. Первым ушел Толгат Нигматулин, потом Вадим Спиридонов, Колечка Еременко…

- Вашу маму, Инну Макарову, трудно отделить от образа Любы Шевцовой.

- В детстве я даже считала, что меня родила не Инна Макарова, а Любка Шевцова. Думала: ну, Любку, такую яркую натуру, не могли же убить… Просто она упала в шахту, потом вылечилась, поменяла фамилию, поступила во ВГИК и родила меня.

- Известно, что Герасимов работы своих студентов переносил на экран. Так было у вашей мамы с «Молодой гвардией», так было и у вас с «Красным и черным».

- Кстати, у меня с Колей Еременко была очень маленькая разница в возрасте, а у мадам Реналь с Жюльеном Сорелем — больше 14 лет. Перед госэкзаменом мы с Колей, очевидно, переиграли, потому что последние дни вообще не сходили со сцены. Даже крали ключи у сторожа, чтобы оставаться там и ночью. В сцене, где Сорель входит к мадам Реналь, естественно, скрываясь от ее мужа, он поднимается по лестнице на второй этаж. Я в беленькой рубашечке жду Жюльена. Скрипят ступеньки. Я знаю, что это он. И вдруг вместо слов любви всхлип. Это у Коли от перевозбуждения носом пошла кровь. Я обернулась, и мне на рубашку хлынула кровь. Что делать? Ведь один раз играем. Я закрыла Коле лицо, повернула его спиной к зрительному залу и, как бы гладя, стала стирать с его лица кровь и на ходу придумывать слова, потому что он говорить не мог. Рассказывают, что я несла что-то невероятное, может, с тех пор и пишу сценарии. Говорила, что я его понимаю, но принять не могу, хотя продолжаю любить… Потом к нему вернулся дар речи, и мы закончили сцену. Закрылся занавес, был перерыв, прибежал Герасимов, вызвали «скорую помощь». В общем, к концу, к сцене гильотины и тюрьмы, Коля был в полном порядке. Мы, видимо, играли так, что зрители сидели как завороженные. Только в первом ряду увидели, что у Коли пошла кровь. Говорили: «Ну вы, ребята, даете — играли, как никогда». Страх друг за друга был смертельный, во время учебы мы пережили что-то вроде влюбленности. Коля был влюблен сразу во всех Наташ. И мы все: я, Белохвостикова, Гвоздикова (кроме Аринбасаровой, которая к тому времени уже была замужем за Кончаловским и родила ребенка) — постоянно получали от него записочки и спрашивали: «Так в кого же ты все-таки влюблен, Коля?»

«Солярис» — знаковая картина в моей судьбе»

- В вашей жизни была еще одна творческая «глыба» — Андрей Тарковский.

- Тарковский пришел на один из экзаменов, увидел меня в классической роли и сразу пригласил сыграть Хари в «Солярисе». Но не утвердил из-за моих 20 лет. А снимать меня стала в фильме «Ты и я» Лариса Шепитько, мой добрый ангел. Она же и сказала Тарковскому: «Ты год не можешь найти актрису, смотри, как у меня Наталья играет». Он посмотрел наш материал и сказал: «Давай «подарок» обратно». «Солярис», конечно, знаковая картина в моей судьбе. В ней я играла с такими асами, как Банионис, Ярвет, Солоницын. Снимал знаменитый Вадим Юсов. Но главное, конечно, сам Тарковский, который говорил мне: «Не играй, не играй. Ты живешь, дышишь — это все, что мне нужно. Дыши». Но как же трудно было в этой роли дышать…

- Наверное, не легче было «дыхание» и в роли Марии Волконской в «Звезде пленительного счастья». Позже вы вернулись к этому образу уже как режиссер.

- Когда мы с Бурляевым уже сами начали снимать кино, сразу стали на такую позицию: «Снимаем, как последний фильм в жизни». А в то время к кинематографу относились, как к служению в храме  — в буквальном смысле слова. Так, снимая «Войну и мир», мой папа два раза пережил клиническую смерть! Видимо, такое отношение привело меня к мысли к юбилею Пушкина, в 1999 году, вернуться к теме Марии Волконской. Интересно, что мои герои Пушкин и Мария Волконская, а это мало кто знает, встретились в Киеве в мае 1820 года. И именно в этот день в мае в Киеве мы начали снимать наш фильм. Сделали его буквально за месяц. Снимали спонсорской камерой, которую нам дали японцы, костюмы бесплатно выделил Большой театр, мама — какую-то свою мебель, у соседей я одолжила лошадь Бусю. На роль Пушкина сразу нашли актера — Игоря Днестрянского. Он киевлянин, помогал нашему театру «Бемби». Дочь Волконской играла моя Маша, так как на гонорар денег не было. А композитором всех моих фильмов стал сын Ваня, он закончил консерваторию.

Этот фильм стал для меня определяющим. Я родилась для того, чтобы снимать именно такие фильмы. Правда, думаю, что на самом деле его должен был снять мой отец — просто не довелось. Видимо, это пало на мои плечи. И теперь я, как Прометей, прикованный к огромной пушкинской, декабристской теме, живу этим. К сожалению, реализация спланированных по числу лет Пушкина — 37 — серий выходит за мой собственный жизненный цикл. Поэтому мечтаю собрать молодых кинематографистов и отдать им весь материал о Пушкине. Если будем делать это вместе, то еще при жизни смогу увидеть результат…

1087

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів