«после того как пережил клиническую смерть, имя катя я запомню навсегда»,
В тот октябрьский вечер авиационные диспетчерские службы международного аэропорта «Одесса» работали в особом режиме. Срочно, вне расписания необходимо было принять крупногабаритный «Аэробус», летевший из Таиланда в Германию. Командир воздушного лайнера запросил экстренную посадку в связи с чрезвычайными обстоятельствами, возникшими на борту.
«Пассажир сказал, что ему плохо и страшно»
- Когда вечером поступил запрос о возможности посадки «Аэробуса-330», мы, честно говоря, немного растерялись: такие крупногабаритные машины раньше никогда не принимали, — рассказала «ФАКТАМ» генеральный директор аэропорта «Одесса» Светлана Кобылянская. — Впрочем, подобного опыта нет не только у одесситов, такие лайнеры еще не «обжили» взлетно-посадочные полосы украинских аэропортов.
На согласование вопроса с государственной Авиаслужбой Украины ушло семь-восемь минут. А спустя еще десять минут 180-тонная махина коснулась бетонной дорожки. Вся процедура — от запроса посадки до ее осуществления — заняла 18 минут!
Внеплановая посадка потребовалась, поскольку одному из 369 пассажиров «Аэробуса-330», выполнявшего рейс по маршруту Бангкок (Таиланд) — Дюссельдорф (Германия), внезапно стало плохо. Командир пролетавшего в тот момент над территорией Украины авиалайнера, принадлежащего сеульской компании, запросил экстренного приземления. Ближайший симферопольский аэропорт был закрыт из-за неблагоприятных метеоусловий. Предложили на выбор: Борисполь и Одессу. Немецкий пилот выбрал Одессу.
- По словам бортпроводницы самолета, она получила вызов от пассажира и направилась к нему, — продолжает Светлана Кобылянская. — В кресле сидел пожилой мужчина с бледным, мокрым от пота лицом. Он сказал, что ему плохо и страшно… Стюардесса сразу же поставила в известность командира корабля и вместе со своими коллегами стала оказывать пассажиру посильную помощь. (Следует заметить, что этот тип самолетов — один из наиболее усовершенствованных и удобных: широкий корпус и двухрядный проход между креслами пассажирских салонов, каждое посадочное место оборудовано не только связью с бортпроводником, но и персональным спутниковым телефоном, позволяющим свободно связываться с любым наземным абонентом. — Авт. ) Мужчине измерили кровяное давление, которое достигло критической отметки — 230 на 170. К приземлившемуся самолету тут же подкатила реанимационная скорая помощь, приняла больного и понеслась, под завывание сирены, в больницу. Одесситы заправили борт, совершивший вынужденную посадку, шестью тоннами горючего, и тот продолжил рейс на Дюссельдорф, где вскоре благополучно приземлился. Хозяева авиакомпании направили в адрес руководства аэропорта «Одесса» благодарственную телеграмму.
«Вальтер уже перенес три операции на сердце во время… путешествий»
- Пассажира самолета, немца Вальтера Паапа, к нам доставили в крайне тяжелом состоянии, — рассказала «ФАКТАМ» врач кардиоревматологического отделения Одесской областной клинической больницы Екатерина Тадыка. — Его кардиограмма показала серьезные сбои сердечного ритма, остановку сердечной деятельности, то есть клиническую смерть. Запас времени при клинической смерти, когда человека еще можно вернуть к полноценной жизни, составляет не больше 6 минут. Но почти 70 процентов таких пациентов спасти не удается.
Больного сразу же определили в кардиореанимацию, провели полную диагностику, восстановили сердечный ритм, стабилизировали кровяное давление. Медики «колдовали» над пациентом всю ночь, но особенно тяжелыми выдались первые шесть часов.
Наутро, когда Вальтер почувствовал себя немного лучше, он с помощью переводчицы рассказал, что в самолете стюардессы делали ему массаж сердца, пытались «завести мотор». Больше он ничего не помнит, что и не удивительно: по статистике, только 10 процентов людей, переживших клиническую смерть, могут ясно припомнить испытанные при этом ощущения.
Вальтер сообщил, что два года назад у него уже был подобный сердечный приступ, после которого он лечился в госпитале в Германии. В 1996 году угодил на стационарное кардиологическое лечение в Пакистане. В 2002-м был оперирован в Бангкоке. Признался, что на родине находится под постоянным наблюдением врача…
- И с такими медицинскими показателями он решился лететь? — интересуюсь у врачей.
- Вальтер Паап очень рисковал, ведь проблемы с сердцем у него давнишние, — констатирует заведующая отделением областной больницы, главный ревматолог управления здравоохранения Одесской обладминистрации Надежда Мартынова. — Как выяснилось, больной перенес уже три операции на коронарных артериях. И при этом отправился в трехнедельное путешествие, которое едва не стало для него последним!
- Медпомощь иностранцу оказываете впервые?
- За последние несколько лет у нас в отделении лечились греческий и польский моряки, болгарин и японец, — говорит врач Екатерина Тадыка. — Им также потребовалась срочная госпитализация: грека привезли из порта Южный, японца — с молодежного ток-шоу… Именно наша больница определена облздравом для таких экстренных случаев.
Но лечить кого-либо, не имея анамнеза, истории болезни, — сложно. Насколько мы поняли из рассказа нашего немецкого пациента, все три операции ему делали не в Германии, а во время путешествий: где прихватило — там и оперировали. Теперешнее его состояние усугублялось гипертонией. Комплексные реанимационные мероприятия вернули пациента к жизни, но его состояние очень серьезно…
«Я — убежденный холостяк, но в Одессе мне приглянулась одна блондинка… »
Спасенного одесскими медиками Вальтера Паапа я застал сидящим на кровати в палате интенсивной терапии. Выглядел он бодрым и вполне здоровым.
- Я не боялся длительного перелета, — говорит Вальтер Паап. — Занимаюсь спортом, поэтому и посчитал, что путешествовать самолетом безопасно. Но через шесть часов полета, почувствовал очень сильные боли в области сердца. Больше всего опасался, что не сумею самостоятельно спуститься по трапу. Из дальнейшего помню лишь, как надо мной склонились бортпроводницы…
- Вальтер ни слова не понимает ни по-английски, ни по-русски, но мы нашли общий язык, — рассказывают соседи по палате. — Когда его привезли, всю ночь, пока не миновала опасность, от него не отходили сотрудники больницы, проявляя максимум заботы и внимания. А первое слово, которое он произнес, придя в себя, было «Катя» — имя нашего лечащего врача.
Очень помогла медикам и необычному пациенту еще одна Катя — Катерина Баязитова, дочь заместителя главного врача больницы. Дипломница факультета романо-германской филологии Одесского национального университета в совершенстве владеет немецким, бывала в Германии. Когда девушка заговорила с Вальтером на его родном языке, он несказанно обрадовался. Признался, что сразу почувствовал себя намного лучше, появился какой-то заряд бодрости.
- Имя Катя я запомню на всю оставшуюся жизнь! — с улыбкой заявил Вальтер. — Я проживаю в Гамбурге, по профессии — деревоотделочник, работал до января нынешнего года, сейчас — на пенсии. Много путешествую, побывал в нескольких десятках стран мира на разных континентах. А вот в Украине — впервые, как и на территории бывшего Советского Союза. В Таиланд летал, поскольку в предыдущее свое путешествие познакомился там с очень милой женщиной, хоть я — убежденный холостяк и ни разу в жизни не был женат. Оказалось, в Украине живут прекрасные женщины. Здесь, в больнице, мне приглянулась одна блондинка: такая заботливая, симпатичная, ежедневно по нескольку раз приходит, кормит меня…
- Хоть Вальтер и заявил, что уже готов лететь домой, но по медицинским показаниям это сейчас невозможно, — рассказывает переводчица Катя Баязитова. — Мы позвонили в турфирму, которая предоставила нашему горе-путешественнику путевку в Таиланд, но о возврате денег за авиабилет и о страховом полисе там даже не пожелали слушать, заявив, что дальнейшее передвижение Вальтера — не их забота. А поскольку его личные вещи и деньги находились на борту улетевшего самолета, он остался практически без ничего: только со справкой о вынужденной посадке самолета и паспортом без украинской визы. То есть в нашей стране Вальтер — нелегал, мы не имеем права выпускать его за территорию больницы. Сейчас созваниваемся с Посольством Германии, представительством МИД, знакомыми Вальтера в Гамбурге… На все это уходит масса времени, не говоря уже о том, что каждые сутки пребывания больного в стационаре обходятся почти в полсотни долларов. Пока же десятки международных и междугородных звонков и лечение оплачивает больница и врачи. Медперсонал даже шутит: Вальтер останется у нас жить навсегда, а заодно решит свои сердечные дела.
P. S. Когда материал готовился к печати, в Одесской областной больнице нам сообщили, что Вальтер Паап уже выписан, его доставили в Посольство ФРГ в Украине.
792Читайте нас в Facebook
