ПОИСК
Культура та мистецтво

Дочь академика Аркадия Жуковского: "С украинскими диссидентами отец обменивался запрещенными книгами"

8:30 30 грудня 2014
Інф. «ФАКТІВ»
Исполнилось 40 дней со дня смерти одного из самых известных украинистов за рубежом, председателя Научного общества имени Тараса Шевченко в Европе

Аркадий Жуковский — из числа тех выдающихся украинцев за рубежом, которые много сделали для родной страны, но о которых мы почти ничего не знали. Он родился в Черновцах в 1922 году, а в 1940-м вместе с родителями выехал за границу. Почти всю жизнь провел во Франции, в Париже. Еще в начале Второй мировой войны Аркадий вступил в Организацию украинских националистов (ОУН). Задачей подпольной группы ОУН, к которой принадлежал Аркадий Жуковский, было налаживание контактов с членами украинских делегаций и передача им изданной на Западе литературы.

Аркадий Илларионович защитил докторскую дисертацию в Сорбонне, в совершенстве владел французским языком. Но французом не стал. После себя оставил огромную библиотеку, которая переедет в Черновцы, ценные научные труды, среди которых «Нарис історії України» (в соавторстве), «Historie de l’Ukraine» («История Украины» на французском языке), «Історія Буковини», «Петро Могила й питання єдності церков», «Шевченко і Франція»… Как замечает дочь академика Ирина Жуковская, она не помнит отца без книги в руках.

С Ириной (на фото) мы встретились в Черновцах, куда она привезла прах отца Аркадия Жуковского. Он завещал похоронить его в родном городе…

— Ирина, вы хорошо говорите на украинском языке, хоть и с французским акцентом. В вашей семье было двуязычие?

РЕКЛАМА

— Нет-нет. Только украинский! Папа очень хотел, чтобы я знала его родной язык. Французский я стала учить, уже когда пошла в садик, это было в начале 60-х прошлого века, потом продолжала изучать в начальной школе. Отец всю жизнь говорил на украинском, при этом хорошо знал немецкий, румынский, свободно владел французским. Думаю, что понимал и русский, но на этом языке он никогда не разговаривал. Конечно, во Франции все меня называют Ирен, но папа иначе как Ируся никогда не называл. Так же и мама. К слову, мама называла папу не Аркадий, а Кадык, он ее — не Тереза, а Тереня. И, кстати, я отца никогда не называла папой — только Кадыком. Ему это очень нравилось. У нас в доме все придерживались украинских традиций. Помню, когда была маленькой, к нам приходили колядники из украинской громады в Париже. В выходные я посещала воскресную школу при греко-католической церкви святого Владимира.

— Ваша мама тоже родом из Украины?

РЕКЛАМА

— Мама — украинка, но родилась во Франции. А моя бабушка, мамина мама, была с Галичины. Родители познакомились в Париже, на украинской вечеринке в 1954 году. А в 1958-м поженились. Прожили вместе 40 лет. Говорят, что за каждым успешным мужчиной стоит любящая женщина. Мама обожала и отца, и работу, которой он занимался. Папа же сумел передать ей свою любовь к Украине. Мама ему помогала во всем, знала обо всех его делах, во всем способствовала. Когда уже было разрешено, несколько раз ездила с ним в Украину.


*Аркадий и Тереза Жуковские сыграли в Париже украинскую свадьбу. 1958 год

РЕКЛАМА

— Судя по фотографии, ваш отец был красивым мужчиной…

— О да! Особенно в молодости. За ним бегали все француженки! Они заглядывались на него даже после свадьбы.

— Жизнь семьи «украинского буржуазного националиста» вряд ли складывалась удачно?

— В 1960 году, когда моя мама была на пятом месяце беременности, во Франции с официальным визитом находился Никита Хрущев. Генералу де Голлю он передал «черный список», в котором был и мой отец. А это означало, что папа должен быть отослан на Корсику… В 1968-м отцу сообщили, что он может получить французское гражданство. Но даже нашу фамилию так переиначили, что никто не мог ее прочитать. Мы жили вроде бы в свободной стране, однако папу как националиста постоянно контролировала французская полиция. Даже после того, как дали гражданство.

— Читала, что Аркадий Жуковский был очень добрым, но в то же время принципиальным: если видел, что человек бездельничает, мог порвать с ним, зато очень помогал тем, кто хотел чего-то достичь в жизни.

— Знаете, в детстве я ни в чем не нуждалась, но воспитание было достаточно суровым. Принципиальность отца меня иногда выводила из себя. И хотя он был непростым человеком, я должна признать, что всегда им восхищалась. Папа дома всегда был либо с книгой в руках, либо за письменным столом. Трудоголик еще тот!

— Украинцы в вашем доме часто бывали?

— Конечно! Я была маленькой, поэтому не помню имена тех, кто приезжал из Украины. Но точно знаю, что это были диссиденты. Когда они приходили к нам в гости, то, пока мама готовила обед, общались с отцом в его библиотеке. Думаю, беседовали на важные темы и обменивались книгами, которые тогда были запрещены в Украине. Во время таких визитов мама подавала к обеду французское вино, и украинским гостям это очень нравилось. Мама была полностью интегрирована во французский мир. Но она жила Украиной — так же, как отец. Поэтому, когда у нас бывал кто-то из украинцев, мама всегда старалась устроить для них экскурсию по Парижу, прогулку по Сене. А отец всегда водил гостей в украинскую церковь на бульваре Сен-Жермен и показывал картины казацких битв, а потом — на могилу Симона Петлюры.

— Ирина, какими были последние годы жизни академика Жуковского?

— В течение 20 лет он каждый день ездил в Научное общество имени Шевченко в Сарсель. Метро с пересадкой, электричка и еще автобус. Просыпался в полшестого утра. Там работал до обеда и возвращался домой. Жил со своими котом и собачкой. Папа очень любил животных, бездомных всегда подкармливал, у нас даже были проблемы, ведь во Франции это запрещено.

Однажды по дороге у него случился сердечный приступ. И с того времени — с 88 лет — он уже почти не выходил из дому. Но сохранил ясный ум до последних дней (академик Жуковский умер в 92 года. — Авт.). Весь день смотрел информационные каналы, читал украинские и французские газеты. Следил за событиями на Майдане, потом — за тем, что делается на востоке Украины. Когда видел по телевизору Путина, только злые слова говорил. Я их тоже знаю на украинском. И даже моя родственница-француженка выучила.

— А с земляками общался?

— В последнее время никто к нему не приходил, кроме владыки Бориса Гудзяка, епископа Украинской греко-католической церкви во Франции. Когда владыка впервые приехал в Париж осенью 2012 года, то сразу навестил моего отца. Я при этом присутствовала. Борис Гудзяк очень хорошо поговорил с отцом. И когда папа умер, то мой первый телефонный звонок был именно к владыке Борису. Это человек, которому я полностью доверяю.


*По словам Ирины Жуковской, епископ Украинской греко-католической церкви во Франции Борис Гудзяк был единственным, кто в последние годы навещал Аркадия Илларионовича

— После вашего отца осталась большая библиотека и, очевидно, ценные документы, ведь он принадлежал к ОУН. Что вы с ними будете делать?

— Документы и личный архив пока держу у себя дома в Париже. Книги все уже запакованы и отданы на хранение специальной фирме. Приблизительно пять тысяч книг будут переданы в Научную библиотеку Черновицкого национального университета имени Юрия Федьковича. Очень хочу, чтобы здесь, на родине отца, осталась память о нем. Потому что он каждый вечер молился на украинском языке, а его последние слова были об Украине. Лишь приехав в Черновцы, я поняла, как важно было для отца покоиться в родной земле.

Фото автора и из личного архива Ирины Жуковской

2380

Читайте нас у Facebook

РЕКЛАМА
Побачили помилку? Виділіть її та натисніть CTRL+Enter
    Введіть вашу скаргу
Наступний матеріал
Новини партнерів