БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Здоровье и медицина

После старта медреформы моя зарплата выросла в 2,5 раза, — самый популярный семейный врач в Киеве

12:06 27 июня 2019 1483
Анатолий Саранча

— Для успеха в нашем деле важно не только правильно ставить диагноз и назначать лечение, не менее ценно умение выслушать пациента, поддержать добрым словом, подбодрить уместной шуткой, — говорит семейный врач амбулатории № 2 на столичных Позняках Анатолий Саранча, ставший среди врачей Киева первым по количеству набранных пациентов — 2160 человек. — К счастью, у меня хорошо получается и лечить, и общаться.

Ранее «ФАКТЫ» рассказывали, что делать, если вы еще не подписали декларацию с семейным врачом.

«В 80 процентах случаев семейный врач должен правильно поставить диагноз и назначить лечение»

— Когда в прошлом году стартовала кампания по заключению договоров с семейными врачами, ко мне стали обращаться в среднем по 50 человек в день с заявлениями о том, что хотят быть моими пациентами, — говорит Анатолий Саранча. — Примерно столько же людей приходили записываться еще к двум врачам нашей поликлиники. Так что каждый из нас довольно быстро набрал по две тысячи пациентов. После этого нам предложили остановиться. Оно и понятно — ко мне две тысячи записались, а к коллеге, например, только 200. Такого рода дисбаланс нужно было устранять.

Но с начала нынешнего года Министерство здравоохранения Украины разрешило добирать пациентов. Я воспользовался этим правом, и теперь у меня на обслуживании 2160 человек. Важно отметить, что набрал больше положенного не ради увеличения зарплаты, а потому, что решил не отказывать пациентам, которых вел раньше.

— Какие начисления получает семейный врач за пациентов, подписавших с ним договоры на обслуживание?

— За каждого пациента в возрасте до 65 лет — 370 гривен в год. За тех, кто перешагнул этот возрастной рубеж, — вдвое больше (740 гривен). Максимальное вознаграждение за детей, которым не исполнилось пяти лет, — 1440 гривен. Это базовые начисления. Чем больше врач превышает норму набора людей, тем оплата за их избыточное количество ниже. Выплата за сверхнормативных пациентов может упасть даже до ноля. Это в том случае, если семейный врач наберет 160 процентов от положенного количества.

— Сколько пациентов должен набрать врач?

— Установлены нормы: для семейного врача — 1800 пациентов, для терапевта — 2000, для педиатра — 900. Если количество договоров составляет 110 процентов от нормы, врачу все равно начисляют вознаграждение в полном объеме. Но если он набирает еще больше людей, то вознаграждение снижается. Проиллюстрирую на своем примере. Для меня 110 процентов нормы — 1980 человек. За них мне начисляют вознаграждение в полном объеме. Но у меня больше пациентов — 2160. Поэтому за дополнительные 180 человек мне начисляют 80 процентов от базовой оплаты. Если бы я взял еще пациентов, то за них оплата составила бы только 60 процентов. Это разумно. Врач должен вести оптимальное количество пациентов. Если их будет слишком много, это отразится на качестве оказания медицинской помощи.

— Среди ваших пациентов есть дети?

— Да, но немного. Было несколько случаев, когда родители просили, чтобы я взял на обслуживание их детей. Я соглашался, поскольку дети уже довольно большие — восемь, десять, двенадцать лет. С совсем маленькими детьми работают педиатры, ставшие после обучения на специальных курсах семейными врачами. Для них это дело привычное. В основном же мои пациенты — это люди в возрасте от 25 до 65 лет.

— Это правда, что в соответствии с медицинской реформой теперь с любыми жалобами на здоровье человек должен идти к семейному врачу, а не к узким специалистам?

— Да. Раньше было как? Заболел живот — пациент обращается к хирургу или гастроэнтерологу, возникли проблемы с суставами — к травматологу, с глазами — к окулисту… Сейчас с любыми жалобами ему следует идти к семейному врачу. Почему? Предполагается, что у нас такой большой опыт и знания, что примерно в 80 процентах случаев мы сможем правильно поставить диагноз и определить эффективную тактику лечения. Только сложных больных направляем к узким специалистам. Таким образом, эти доктора смогут уделять больше времени своим пациентам.

— Семейные врачи действительно столь универсальны, что могут на высоком уровне оказывать помощь людям с самыми различными заболеваниями?

Безусловно. У меня довольно много пациентов со сложными для диагностики заболеваниями. В подавляющем большинстве случаев я правильно определяю, чем болен человек. Ведь у меня и других семейных врачей огромная медицинская практика — за день принимаем по 20—30 человек с самыми различными жалобами. Для сравнения: у врачей в стационарах больниц по восемь — двенадцать пациентов за одну-две недели, как правило, с однотипными заболеваниями. Один больничный врач лечит, в основном, пневмонии, другой удаляет гланды, третий — аппендициты… У них медицинская практика значительно уже, чем у семейных врачей.

Кстати, хочу высказать заслуженные комплименты в адрес создателей популярного телесериала «Доктор Хаус» — он изобилует сложными для диагностики случаями заболеваний. Я убежден, что они не придуманы, а взяты из медицинской практики — в фильме воспроизведены болезни конкретных пациентов.

— Расскажите, пожалуйста, о себе. Почему выбрали профессию врача?

— Мне было семь с половиной лет, когда от лейкоза умерла мама. Представляете, что я тогда пережил?! Потом много лет мучился вопросом: неужели медицина была бессильна спасти мою маму? Это стало одной из главных причин в выборе профессии. В школьные годы у меня проявились способности к точным наукам: побеждал на олимпиадах по математике, физике, химии. Хорошие знания по этим дисциплинам пригодились в учебе в медицинском университете и помогают сейчас в работе врача.

— Вы были единственным ребенком у родителей?

— Нет, я из многодетной семьи — шестеро братьев и сестер. Из всех нас только я выбрал профессию врача.

— Выработали для себя правила работы с пациентами?

Конечно. Одно из ключевых я уже назвал — доброжелательное отношение. Но нужно помнить, что среди пациентов есть любители потолковать о политике, своих семейных неурядицах, нерадивости ЖЭКов… Увязнуть в такой беседе — значит потерять массу времени. Поэтому стараюсь разговоры на посторонние темы не поддерживать.

Впрочем, иногда все же приходится помогать пациентам в сугубо личных делах — чистить память в их мобильных телефонах. Тут вот в чем дело. С недавнего времени мы перешли на электронные рецепты (речь идет о государственной программе «Доступнi лiки», по которой лекарства отпускаются по специальным рецептам со значительными скидками. — Авт.). Код у каждого рецепта индивидуальный, он приходит в виде смс-сообщения на мобильный телефон. Для людей в возрасте до 70 лет это не представляет проблемы. А вот у более старших частенько с электронными рецептами не ладится.

Например, приходит на прием 92-летняя бабушка. Назначаю ей лекарства, спрашиваю: «Мобильный у вас есть?» — «Есть, — отвечает, — но с собой не взяла, он мне без надобности». «Но без телефона мы в тупике», — объясняю ей. На следующий день она приходит с телефоном. И тут оказывается, что его память заполнена под завязку. Мне ничего не остается, как помочь ее почистить. Такого рода случаи нередки, ведь у пожилых людей, как правило, телефоны кнопочные, с малым объемом памяти.

Идея с электронными рецептами хорошая, но следовало бы предусмотреть альтернативную возможность их использования. Например, дать право врачу отправлять сообщение в ту или иную аптеку, чтобы пациент пришел туда с паспортом и получил выписанные доктором лекарства.

«Один благодарный пациент хотел подарить мне… козу»

— Какие самые неожиданные подарки преподносили вам благодарные пациенты?

— Когда еще работал в другой поликлинике, мужчина, которого я лечил, привел… живую козу. «Что мне с ней делать?» — спрашиваю. Козу он забрал. Но вскоре явился с индюком — тоже живым. Я, конечно же, не взял. Закончилось тем, что этот пациент привез уже приготовленного индюка. К презентам в знак благодарности я отношусь нормально. Время от времени пациенты приносят тропические фрукты, которые привезли из жарких стран. Или бельгийский, швейцарский шоколад.

Анатолий Саранча: «У меня хорошо получается и лечить, и общаться с людьми»

— Семейный врач обязан давать пациентам номер своего мобильного?

— До 1 июля прошлого года в декларациях, которые мы подписывали с пациентами, следовало обязательно указывать номер мобильного телефона врача. Затем Минздрав изменил правила — начали указывать номер регистратуры. Но я даю номер мобильного практически всем своим пациентам.

— Некоторые люди пока не заключили договор с семейным врачом. Они еще могут это сделать?

Конечно. В заключении декларации есть смысл — те, кто прикреплен к семейному врачу, обслуживаются в первую очередь. Тут еще один важный момент: семейные врачи, у которых нет 1800 пациентов (у терапевтов — 2000), не имеют права отказывать в подписании договоров. Причем место регистрации пациента значения не имеет.

Однако с «чужой» регистрацией не все так просто. Если человек зарегистрирован по адресу, который не обсуживает данная поликлиника, то он должен написать заявление на имя главного врача о том, что выбирает именно это лечебное учреждение. Для таких людей и получение больничного усложнено. Как раз перед вашим приходом у меня на приеме был военнослужащий. Он прописан в Печерском районе Киева, а наша поликлиника находится в Дарницком. Этот пациент нуждается в том, чтобы побыть пару дней дома, подлечиться. Но чтобы получить больничный, ему придется писать заявление на имя заместителя главного врача. Я считаю, нужно эту норму пересмотреть, чтобы устранить бюрократические препоны людям с «чужой» пропиской.

Или взять вопрос о санаторно-курортном лечении. Если человек хочет получить от государства льготную путевку, то должен принести от врача так называемую «форму 70», в которой доктор пишет, что такой-то пациент нуждается в отдыхе и лечении в санатории. Однако абсолютно здоровых людей практически нет. Отсюда вывод — санаторно-курортное лечение требуется чуть ли не каждому. Как по мне, следует ввести норму: человек, отработавший, допустим, десять лет, имеет право на льготную путевку. Задача врача должна заключаться в том, чтобы определить профиль санатория.

— После начала медицинской реформы зарплата врачей выросла?

Сейчас я зарабатываю в два с половиной раза больше, чем прежде. До старта оплаты по новой системе семейные врачи получали пять — пять с половиной тысяч гривен. С июля прошлого года зарплаты постепенно стали увеличиваться. В декабре они выросли до 20 тысяч. Но с начала нынешнего года несколько сократились — до 14—15 тысяч. Министерство здравоохранения здесь ни при чем — часть финансовых вопросов решается в поликлиниках. В нашей врачу причитается 12—15 процентов от суммы, которая начисляется в соответствии с набранным им количеством пациентов и их возрастом. Остальное идет на оплату труда узких специалистов, руководства, нужды поликлиники.

Министерство здравоохранения разрешило семейным врачам работать самостоятельно — стать частным предпринимателем (юридически это называется оформить ФОП — «фізична особа — підприємець»). Однако государство четко не обозначило, какие требования предъявляются к семейному врачу-частнику. Этим вопросом интересуюсь не только я, но и многие мои коллеги. Мы могли бы втроем — пятером открыть свою амбулаторию. Качество обслуживания в приватной амбулатории было бы выше, чем в коммунальной. Все это, конечно, при условии, что наши нынешние пациенты пойдут за нами. Думаю, подавляющее большинство моих пациентов останутся со мной, если стану частно практикующим семейным врачом. Главное, чтобы Минздрав одинаково относился к частным врачам и коммунальным поликлиникам.

Ранее «ФАКТЫ» рассказывали о новациях, которые ввели в системе здравоохранения Украины с 1 апреля 2019 года, а также как получить бесплатное обслуживание в частных клиниках

Фото Сергея ТУШИНСКОГО, «ФАКТЫ»

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров