Культура

Николай фоменко: «мы с женой ходим только в кино. На последний сеанс»

0:00 15 декабря 2000   530
Ольга БАЛАБАН, Сергей ДАХИН специально для «ТелеФАКТОВ»

Во время коротких перерывов он много гримасничал, хохмил и живо, с присущим ему юмором реагировал на все реплики режиссера. Но стоило последнему дать команду «Работает камера», как Николай Фоменко в мгновение ока превращался в неодушевленный предмет. Как и положено по сценарию новогодней программы «Нового канала» «Новый год по-новому»… Во время одного из перерывов на «Новом» любезно согласились на полчаса отдать Фоменко в наши руки.

«Дома мы с женой не касаемся профессиональных тем»

-- Чем вам интереснее заниматься -- кино, театром или телевидением?

-- Театром и кино. Но, к сожалению, это процесс, требующий точного выбора. На любые предложения не соглашаюсь, потому что это не сиюсекундность телевидения и радио, а серьезная вещь. Она требует времени и полного отключения, сосредоточенности исключительно на процессе. Поэтому очень точно стараюсь выбирать. Бывают, конечно, промахи. В кино. В театре -- нет! Сейчас я нигде не снимаюсь. В следующем году, видимо, буду сниматься у немцев. Эта та же компания, которая снимала кинокартину «Лунный папа».

-- Что вы называете промахом в кино?

-- Я снимался в картине «Чек», например. Это чудовищный фильм, катастрофа. Но бывает и такое. Мы вообще-то собирались уехать в отпуск, но жена была занята в фильме «Свадьба». Естественно, никуда мы не поехали. И мое руководство сказало: чего простаивать, снимись в кино. Ну, вот и снялся… (Кладет голову на стол и накрывает ее рукой).

-- Маша Голубкина и сейчас занята в съемках какого-нибудь фильма?

-- Нет, играет в Театре сатиры. Недавно закончила сниматься в картине молодого режиссера Лавреньева «Все, что у меня есть». Мне кажется, это будет очень модный фильм.

-- Вы с женой делитесь друг с другом творческими планами, обсуждаете свою работу?

-- Мы итак много времени посвящаем работе. Знаете, это как в истории: муж и жена работают на заводе и оба -- токари. Он выше этажом, она -- ниже. Приходят домой, и он ее спрашивает: «Ты, какой резец сегодня ставила?» Это же полный бред! У нас разговоры на уровне что, где, куда, прочитай этот сценарий. У нее сейчас дома лежит много сценариев, Маша не успевает их читать. Бывает, я туда залезаю, читаю ночью или рано утром, тогда можем что-то обсудить. Но так, в общем-то, не касаемся профессиональных тем.

-- Вы не раз говорили, что не мечтаете сыграть Гамлета. А кого мечтаете?

-- Никого не мечтаю. Считаю, что когда актер сидит и думает, вот, мне бы Гамлета сыграть… Это не более чем эгоцентризм, развлечение для собственного «Я» -- признак дурного тона. Мне неинтересно навязывать зрителю еще один взгляд на этого героя. Я мечтаю играть в хорошем материале, а это можно понять только из прочитанного. Поэтому я не мечтаю сыграть ни Гамлета, ни Отелло, ни трех сестер, ни дядю Ваню, ни Фунтов, ни Фиксов, никого.

-- Еще одно ваше высказывание: «Актер -- военная профессия». Вы так действительно считаете?

-- Ну конечно! Это заложено в профессии актера. Все должно быть на своем месте. Есть режиссер, он придумывает концепцию: о чем, про что, отчего и какая цель. Для того, чтобы его мысли воплотились, у него в руках должен быть пластилин -- актеры. Как одна из составляющих. У него есть музыка, свет, сценография и актер, который должен выполнять то, что режиссер ему предложил. А актер начинает вдаваться в режиссуру: «Давайте сделаем не так… Я вижу вот так… Мне по-другому будет лучше… » Если режиссер позволяет подобное, значит, у него нет никакого замысла. Тогда зачем он вообще нужен, этот режиссер? Давайте просто соберемся, выучим текст и будем ходить из угла в угол. У нас достаточно профессионализма, чтобы попадать в лампочки, я имею в виду свет, не перекрывать друг друга в мизансценах. Вот, собственно, поэтому я и считаю, что актер -- военная профессия. Мне сказали сделать это и это. И я выполняю. Чем я профессиональнее, тем грамотнее и точнее донесу мысли режиссера. Меня так учили. Таких людей, к сожалению, осталось мало -- старая школа актеров была именно такой. Сегодня у нас оголтелое время самодеятельности -- в любой профессии. В том числе в актерской.

«На Чемпионате мира буду выступать за немецкую команду»

-- По идее, режиссерам с вами должно легко работать.

-- Естественно! То есть ему кажется, что нелегко, но когда мы начинаем работать, становится абсолютно легко. Конечно, я всегда стараюсь работать с теми режиссерами, которые вменяемы в профессиональном смысле. Таких очень мало осталось, поверьте мне. Сейчас режиссер -- профессия тоже номинальная. У нас много таких певцов, актеров. Все могут, все делают, а на поверку видите, что получается.

-- Существуют легенды о фатальных ролях -- Борис Годунов, Гамлет, Макбет. Как вы к этому относитесь?

-- Такие легенды чаще всего оправданы. Да, есть фатальные вещи, в которые я верю: нельзя мертвых играть, в гроб ложиться. Подобное неприятно играть, мне не хочется этого делать. И не потому, что я боюсь умереть послезавтра. Отнюдь. Наоборот, я очень спокойный человек в этом смысле. Считаю, чем быстрее мы проходим «кожаный» путь, я имею в виду кожаный скафандр, в котором мы находимся, тем лучше. А что касается схоластических ролей классического репертуара… У меня нет никакого желания лезть в «Бориса Годунова» или в «Макбета». Не вижу в этом никакого смысла. Поэтому считаю, что меня Бог милует.

-- У вас была программа «Экстремальные ситуации», где действительно можно было запросто расстаться с жизнью. Или ваше увлечение гонками. Что это? Зачем это вам?

-- Во-первых, все экстремальные ситуации, возникавшие во время съемок, происходили не со мной. А гонки? При чем здесь они? Это -- профессиональная работа, за которую я получаю деньги. Тут другой уровень и никакого экстрима нет. Это публика считает, что если машина делает 320 километров в час, значит, это опасно.

-- И, все-таки, несмотря на всю «безобидность» гонок, в мае вы попали в аварию -- машина сошла с трассы. Жена не пыталась после этого отговорить от подобной работы?

-- Вы смеетесь! Это профессия, которой я занимаюсь восемь лет. На высшем уровне -- четыре последних года. Я -- двукратный чемпион России. И я еду на Чемпионат мира, буду выступать за немецкую команду «Фрайзенгер» на «Порше».

-- Куда исчезли все ваши авторские программы? Или вы взяли тайм-аут, чтобы выйти с новым проектом?

-- До сентября у меня было много передач. Но надо дать публике передохнуть. И самому себе тоже. Сейчас я готовлю новый проект, не знаю, как скоро он выйдет. Очень тяжелый с точки зрения финансов и технологий. То, что мы придумали, не делал еще никто. Это связано с новыми технологиями, с несущей частотой GSM, это камеры, которые с ноготь величиной, но работают, как «Кодак». Все это чересчур дорого. Если получится, будет новое выражение на телевидении, компьютерная игра, можно будет вытворять разные графические трюки.

-- Чем занимается ваша старшая дочь Катя?

-- Учится на третьем курсе МГИМО, на факультете международной журналистики. Работает в ужаснейшей газете «Сельские вести», хотя могла выбрать любое другое издание, вплоть до «Коммерсанта». Но ей хочется всего добиться самой и начать с самых низов.

-- А младшенькая?

-- Моей младшей дочери Насте -- 2 года 10 месяцев. Она очень смешная. Хорошая девочка: продвинутая, умненькая, уже хорошо разговаривает. Маленький человек. К весне, когда ей исполниться три годика, хотим взять ей преподавателя английского языка, скорее всего иностранца, носителя языка -- англичанина. Сейчас она еще слишком маленькая, может забыть попроситься на горшок. Обычно просится, но если ее берем куда-то, в цирк, например, надеваем памперс. Там она никогда не попросится в туалет, потому что на арене обалдеть КАКОЕ действие происходит! (Заканчивает фразу смешным детским голоском, полным восторга. )

-- Говорят, Катя -- ваша копия. При этом утверждают, что Настя -- ваша слабость.

-- Да! Но я борюсь с этим (смеется)! Стараюсь быть для нее строгим, но справедливым отцом. У нас в семье все очень интеллигентно. Мы можем воздействовать на нее только с помощью разговоров. Да, Настя -- моя слабость. Пытаюсь с этим бороться, но не могу. Она хитренькая, все знает, понимает сразу. И папе строит такие умилительные рожицы (его лицо тут же превращается в смешную, действительно умилительную рожицу). И все, я сражен.

-- Как вы с женой отдыхаете, куда ходите?

-- Только в кино на последний сеанс.

-- Как вам Киев?

-- Пахнет детством. Я впервые попал в Киев в 1988 году. Но ощущение от слова «Киев»… Старые детские фильмы, картины про войну… Быков… Понимаете?! От самого слова пахнет. У Киева есть своя потрясающая аура.

-- Где вы собираетесь встречать Новый год?

-- Я всегда встречаю его дома. И никогда в другом месте. Ко мне придут друзья, поэтому мне даже телевизор не нужен. У нас будет веселая компания и хорошая музыка.

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров
Киев
0

Ветер: 3 м/с  В
Давление: 749 мм

Выходит утром на крыльцо теща с метлой в руках. Зять ее спрашивает: « Что это вы, мама, подметать собрались или куда-то летите?»