Культура Из любви к искусству

Виктор Сафонкин: «Денег на холсты у меня не было, поэтому писал свои картины на ткани, используемой для воротников»

9:00 26 апреля 2012   2816
Виктор Сафонкин
Таисия БАХАРЕВА, «ФАКТЫ»

Сегодня в Украине открывается выставка картин современного классика европейского символизма

В столичном Музее искусств имени Богдана и Варвары Ханенко впервые в Украине пройдет выставка картин современного классика европейского символизма Виктора Сафонкина. 35 работ, объединенных названием «Незримые миры», созданные художником в 1999-2012 годах, предоставлены частными коллекциями и галереями мира. Виктор Сафонкин — обладатель диплома чешской Академии Масарика, медали Франца Кафки, присуждаемой Европейским обществом Праги, и приза Международного альянса Сальвадора Дали.

Техника создания работ художника уникальна, является продолжением традиций старинных мастеров, использовавших многослойное наложение краски. Для создания только одной работы Виктору подчас требуется несколько месяцев. Уже несколько лет он живет и творит в Праге, владея одной из самых престижных картинных галерей в самом центре чешской столицы. После выставки в Киеве, которая открывается сегодня и продлится до 10 июня, картины отправят в Германию, где они будут выставлены в одном из старейших музеев страны.

«В котельной звучал монотонный гул, как в буддистских храмах, и из меня буквально «перло» творчество»

— Когда смотришь на ваши работы, даже не верится, что вы непрофессиональный художник.

 — В детстве я рисовал, как любой ребенок. Мои родители не имели никакого отношения к искусству. Мама работала поваром, папа инженером. А мне всегда было интересно наблюдать за тем, что происходит вокруг. Большую роль в моем становлении сыграла литература. В городской библиотеке брал книги фантастов. Зачитывался Ефремовым, Гарри Гаррисоном, Рэем Бредбери. Любил и Михаила Булгакова, Федора Достоевского. Это помогло мне сформировать образное мышление.

— Стиль, в котором вы работаете, называется символизмом.

 — Я долго определялся в стиле, хотя меня всегда привлекал сюрреализм. В конце восьмидесятых слушал андеграундную музыку, где символизма было хоть отбавляй: Егор Летов, Янка Дягелева, Александр Башлачев.

— Вы ездили на их концерты?

 — Что вы, я не мог себе этого позволить! Жил в Саранске, работал на газовой котельной старшим машинистом, слушал музыку и рисовал. В котельной постоянно звучал монотонный гул, как в буддистских храмах, и из меня буквально «перло» творчество. Я начал подражать Сальвадору Дали. Одна из моих первых работ называлась «Холод в потерянной ноге»: пятка на фоне неба, которую согревала воткнутая в нее печь.

— На краски, кисти, холсты зарплаты хватало?

 — Умудрялся как-то выкручиваться. За бутылку водки знакомые делали мне подрамники. Жена работала в экспериментальном ателье по пошиву одежды и приносила бортовку, служившую мне холстом. Я не знал, как правильно варить желатин для покрытия холста, и в котельной стояла страшная вонь. Но желание писать картины было слишком велико, и меня уже было не остановить.

«Мое первое полотно было продано за 800 долларов»

— Когда вы продали свою первую картину?

 — Мои армейские друзья после развала Советского Союза стали в Питере коммерсантами. Зная, что я неплохо рисую, позвонили и сказали, что есть возможность продавать картины на Невском. Я отвез шесть полотен. И вот однажды во время обеденного перерыва в моей котельной раздался телефонный звонок. Сообщили, что первая работа продана. За баснословные деньги — 800 долларов. Это моя годовая зарплата. Картина называлась «Пастух».

— Понятно, что с работой в котельной было покончено.

 — Да, я ушел на вольные хлеба, хотя в начале девяностых все было очень нестабильно. Несколько лет писал картины и продавал их в Саранске, а в 1996 году вместе с семьей уехал в Чехию. Конечно, было непросто, но я ни разу об этом решении не пожалел. Теперь у меня своя галерея в центре Праги, я ни от кого не завишу.

— У вас дома висят собственные работы?

 — Только одна — картина «Сады искушений», которую я подарил супруге Светлане. Именно в моей квартире и рождаются все работы, там у меня мастерская. Я практически никуда не хожу, целыми днями работаю. Очень удобно. Проголодался — рядом холодильник, только руку протяни.

— На человека, который часто тянется к холодильнику, вы явно не похожи.

 — Стараюсь себя во всем ограничивать. В еде в том числе. Как только начинаю зарастать жирком, работать уже не могу. Художник, как воин на поле брани, все время должен быть голодным. Когда сажусь за чистый холст, должен чувствовать себя в форме, иначе труд напрасен. Три раза в неделю хожу в спортзал. Иначе моя спина давно бы уже рассыпалась. По натуре я ленивый человек, поэтому приходится себя заставлять. Всю жизнь борюсь с соблазнами, и мое творчество, наверное, тоже про это. Картины — не поучение, я сам хочу быть таким, как герои моих полотен. Уметь сопротивляться злу внутри себя, бороться с демонами, разрушающими человека и душу. Я хочу быть сильным…

*Картины художника такие яркие благодаря многослойному наложению красок

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

Женщинам очень легко снимать стресс на кухне. Например, достала индюка или петуха, назвала его Петей или Ваней, отрезала все, что захотела — и медленно-медленно опустила в кипяток...