БОЛЬШЕ НОВОСТЕЙ  >>
Культура и искусство Таланты и поклонники

Иван Козловский: "Однополчане, сидевшие в первых рядах партера, поддерживали меня стуком прикладов винтовок о пол"

7:30 28 марта 2017 949
Иван Семенович Козловский

Исполнилось 117 лет со дня рождения выдающегося оперного певца, который начинал свою творческую карьеру в Полтаве

До преклонного возраста Иван Семенович Козловский сохранил ясность ума и прекрасную физическую форму. Только в 90 лет, за три года до смерти, стал жаловаться на боль в коленях и высказывал желание попасть на прием к известному костоправу с Полтавщины Николаю Касьяну. Близкие пропускали мимо ушей «капризы» старика: «Ну должно же что-то болеть у девяностолетнего человека!»


*В 74 года Иван Семенович Козловский вновь выступил в Полтавском областном музыкально-драматическом театре, на сцене которого в 19 лет дебютировал как оперный певец. Фото из архива Николая Страшко

В 74 года Козловский пел арию парубка Петра из оперы «Наталка Полтавка». Несмотря на солидный возраст, Иван Семенович подхватил на руки Наталку Полтавку (актрису Веру Волкову) и понес ее в центр футбольного поля стадиона «Колос», где проходил праздничный концерт, посвященный 800-летию Полтавы. Позже оба смеялись: «Это запомнилось людям больше, чем наше пение…»

«На втором этаже роскошных апартаментов Козловского была „секретная“ комната, увешанная иконами»

В моем распоряжении оказалась запись интервью покойной уже актрисы Веры Волковой, которая 17 лет исполняла партию Наталки Полтавки в опере Николая Лысенко по одноименной пьесе Ивана Котляревского. Запись мне передал бывший собственный корреспондент «УТ-1» по Полтавской области Николай Страшко. Интервью сделано в 2000 году, к 100-летию со дня рождения великого певца. В разговоре с журналистом артистка поделилась своими впечатлениями от встреч с Иваном Козловским. В телеэфир пошел не весь разговор, поэтому наша газета впервые обнародует некоторые факты из жизни выдающегося певца, о которых вспоминала Вера Алексеевна.

— Сохранились фотографии нашего с Иваном Семеновичем вступления на полтавском стадионе 14 июля 1974 года, которыми я очень дорожу, — рассказывала народная артистка Украины, актриса Полтавского музыкально-драматического театра имени Н. В. Гоголя Вера Волкова. — Тогда прошел дождь, трава на поле была мокрой, и вдруг Козловский хватает меня на руки и несет. Я в ужасе! «Иван Семенович, вы меня сейчас уроните!» — говорю ему. «Держись крепче за мою шею!» — приказывает он и не выпускает. А зрители аплодируют больше, чем когда мы пели!

После того памятного выступления Иван Семенович просил моего мужа: «Отдай ее мне. Ты еще молодой и не будешь ее беречь так, как я. Все для нее сделаю! Ты того не сделаешь, что сделаю я…» Конечно, Козловский имел в виду мою артистическую карьеру.

Знакомство Веры Волковой и Ивана Козловского состоялось за три года до этого. В 1971 году коллектив артистов Полтавского музыкально-драматического театра отправился на гастроли в Москву. В репертуаре труппы была и опера «Наталка Полтавка». Полтавчане не знали, что среди зрителей находится Иван Козловский, впервые исполнивший роль Петра в 19 лет на сцене именно их театра.

*Вера Волкова 17 лет исполняла партию Наталки Полтавки

«Я ничего не забыл из этой оперы», — сказал Иван Семенович, зайдя за кулисы после представления, взволнованный выступлением артистов. В ходе разговора и возникла идея снова дать Козловскому роль Петра. Два спектакля полтавчан с участием величайшего тенора с аншлагами прошли в Театре имени Моссовета. А через несколько дней Иван Семенович сделал для Веры Волковой необычный подарок — договорился о выступлении полтавской труппы в Большом театре. Именно 25 июня, когда исполнительница главной роли в «Наталке Полтавке» отмечала день рождения.

— Я очень волновалась, перелетит ли мой голос через такую большую оркестровую яму в зал, — вспоминала Вера Волкова. — Пела, будто в тумане. А когда закончила, из ямы поднялся фагот, а в нем — букетик фиалок. Это растрогало меня до слез.

Празднование дня рождения примы полтавского театра завершилось дома у Ивана Козловского на улице Неждановой, рядом с Красной площадью. Знаменитый певец жил в роскошных двухуровневых апартаментах с очень высокими потолками. Гостиная на первом этаже была огромных размеров, наверх вела массивная лестница.

— Иван Семенович разрешил осмотреть его квартиру, — продолжала Вера Волкова. — Но в одну комнату на втором этаже никого не пустил. Кроме меня. Это была его «келья». В ней стоял большой рояль и топчанчик, на котором лежали гантели, эспандеры, гири. А стены были увешаны иконами. Он их прятал от посторонних глаз, поэтому никого не водил в свою «секретную» комнату.

Даже будучи известным артистом, Иван Семенович по большим христианским праздникам пел в церковном хоре

Народный артист СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат двух Сталинских премий и Государственной премии имени Т. Г. Шевченко начинал петь в церковном хоре. Родители Ивана, жившие в селе Марьяновка Васильковского уезда Киевской губернии, в восемь лет определили мальчика в духовную школу при Михайловском Златоверхом монастыре в Киеве, где уже учился его старший брат Федор. Учитель музыки заметил, что, как только Ваню поставили петь на клиросе (место в православной церкви, на котором во время богослужения находятся певчие и чтецы), количество прихожан в храме прибавилось. И учитель стал внушать мальчику, что его призвание — пение. Позже талант юного Козловского, который пел в Софийском соборе и Киево-Печерской лавре, заметили композитор Николай Лысенко («Лысенко меня мальчишкой по голове гладил», — вспоминал Иван Семенович) и известный театральный деятель Панас Саксаганский, которые и побудили его получить музыкальное образование.

Впрочем, существует и другая версия того, как Козловский стал оперным певцом. Когда в под­ростковом возрасте голос стал мутировать, Ивану временно запретили петь. Мальчишке быстро наскучила такая жизнь, и он сбежал из бурсы. Хотел отправиться на фронт (шла Первая мировая война), но какой-то солдат ссадил его с поезда, и Ваня вынужден был вернуться в Киев. Чтобы как-то выжить, пел по окрестным селам. А в 17 лет явился на прослушивание в Киевский музыкально-драматический институт.

Так или иначе, Иван Козловский стал студентом вокального факультета. Его педагогом была Елена Александровна Муравьева, которая «отточила» не одну сотню голосов. Но такого лирического тенора, как у Козловского, даже опытный педагог-вокалист не встречала. Голос его не отличался особой мощью, но звучал свободно, чисто, без малейшего напряжения.

Кстати, талант Иван Козловский унаследовал от отца, который прекрасно пел и играл на венской гармонике. А с церковным пением Иван Семенович не порывал до конца своих дней. Даже будучи известным артистом, он по большим христианским праздникам пел в хоре одного из московских храмов.

Студенту-самородку наука давалась легко. Впрочем, длилось это недолго. Уже в 19 лет Козловский добровольно ушел служить в Красную армию, где по-настоящему раскрылся талант будущего артиста. Сам он так вспоминал о своем дебюте на сцене: «А ведь благодаря армии я и стал оперным исполнителем. Служить мне выпало в 22-й стрелковой бригаде инженерных войск, которая базировалась в Полтаве. Командовал ею бывший царский полковник Чернышов. Он понимал толк в музыке и убедил своего комиссара Найденова: боец Козловский — уникальное достояние республики, ему надо петь в опере. Не сильно образованный Найденов взялся за дело с пролетарской ответственностью и достаточно жестко заставлял это „достояние“ служить в Полтавском музыкально-драматическом театре. Поскольку наша стрелковая бригада стояла за городом, то я ездил в театр на своем коне. Привязывал его и шел на сцену. Конечно, меня волновала та партия, которую я должен был исполнить, но не меньше волновало тогда и то, какой вид будет иметь мой конь, верхом на котором я проскачу по Полтаве… Тем более что мое появление на коне успокаивало зрителей, которые спешили в театр: они не опоздают, ведь Фауст еще скачет по улицам города».

В дни выступлений солдата Козловского первые три ряда партера по контрамаркам занимали его однополчане. Увешанные пулеметными лентами, с винтовками, гранатами в карманах и сигаретами в зубах. Винтовки они ставили у кресел и, бывало, в шутку замахивались гранатами на гражданскую публику. Козловскому кричали: «Давай, Ивасик! Задай им всем жару!» И Ивасик задавал. И, вместо того чтобы хлопать в ладоши, красноармейцы — вчерашние рабочие и крестьяне — от восторга стучали прикладами винтовок о пол.

Полтавские артисты давали шефские концерты на выезде, чтобы привлечь к театральному искусству как можно более широкую аудиторию. (Хор тогда в театре пел, а капелла, то есть без музыкального сопровождения.) Выступали с концертами на фабриках, вокзалах, в колонии для беспризорных, организованной Антоном Макаренко под Полтавой, а также колядовали по домам известных горожан. На всю жизнь Ивану Козловскому запомнились колядки у писателя Владимира Короленко. «Заходим — сидит Короленко, — писал он в книге „Музыка — радость моя и боль моя“. — И ритмично забивает деревянные гвозди в черевики, которые должны были пойти на базар в обмен на муку. В тот вечер я через его очки увидел увлажненность его глаз. Очки увеличили слезу. А слеза была не одна. Значит, это душа с Богом говорила».

С полтавским театром у Ивана Семеновича были связаны самые светлые воспоминания. Именно в нем начинающий артист впервые спел многие партии из своего оперного репертуара — «Наталка Полтавка», «Майская ночь», «Евгений Онегин», «Дубровский», «Фауст», «Травиата», «Риголетто»… На сцене этого театра ему посчастливилось встретиться с такими корифеями украинской сцены, как Панас Саксаганский, Иван Марьяненко, Мария Заньковецкая.

Именно в Полтаве Иван Козловский нашел свою первую любовь. Прима музыкально-драматического кружка при просветительском доме имени Гоголя Александра Герцик, с которой он, 20-летний, связал свою судьбу, была на 13 лет старше, поэтому стала ему не только женой, но и наставницей. Александра Алексеевна была образованной талантливой женщиной и имела массу поклонников. В Полтаве тогда говорили о Козловском, как о «муже самой Герцик». Своих детей у Александры не было, однако дочь ее второго супруга Наталья осталась жить с мачехой и ее третьим мужем Иваном Козловским.

«Жили бедно, но у них всегда собирались актеры, бурлила творческая жизнь, — вспоминала Наталья. — На Рождество их, как правило, приглашали в собор петь колядки, а Козловский был солистом. Вся семья, знакомые, друзья в трескучий мороз, по колено в снегу, спешили к собору слушать его голос».

Бросив любимую работу, Александра Герцик уехала с молодым мужем сначала в Харьков, куда после демобилизации Ивана Козловского пригласили работать в оперный театр, оттуда — в Куйбышев, а дальше — в Москву. Но прижиться там актриса не смогла. В то время как звезда Козловского восходила (в 26 лет он был зачислен солистом в Большой театр), карьера его супруги клонилась к закату. Ее жизнь проходила в хозяйственных хлопотах, тем более что, как и большинство творческих людей, Иван был лишен практической жилки.

Козловский называл Александру Герцик «идеальной женой». И очень страдал от того, что, полюбив другую, причиняет ей боль. Три года он разрывался между двумя женщинами и в конце концов был отпущен супругой, уставшей делать вид, будто она ничего не замечает. На то, чтобы оформить развод, ушло еще несколько лет, к тому времени у Козловского родились уже две дочки.

Александра Герцик вернулась в Полтаву через 25 лет, вскоре после Второй мировой войны, и поселилась в доме № 7 по улице Панянки, который они когда-то купили вместе с Козловским. Этот скромный дом сохранился до сих пор, хотя его и перестроили новые хозяева. До конца жизни Александры Алексеевны Иван Семенович поддерживал ее материально, уважал и ценил. Она тоже всегда с большим уважением отзывалась о нем. В свой последний приезд в Полтаву в 1974 году Козловский возложил на ее могилу цветы…

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров