Шоу-бизнес

Постановщик номера MELOVIN’а: выступление артиста в Лиссабоне было под угрозой срыва

13:12 15 мая 2018   2480
MELOVIN
Таисия БАХАРЕВА, «ФАКТЫ»

Постановщиком номера MELOVIN’а (настоящее имя — Констанин Бочаров) на «Евровидении» в Лиссабоне стал известный украинский хореограф Константин Томильченко. Именно он придумал ход с роялем, из которого на сцене конкурса и появлялся представитель Украины. Кстати, подъемный механизм и сам инструмент везли в Лиссабон из Киева. Производство дорогостоящих декораций, как и все расходы по поездке на «Евровидение», взял на себя канал СТБ.

Константин Томильченко в эксклюзивном интервью «ФАКТАМ» рассказал о сложностях и непредвиденных ситуациях, сопровождавших выступление MELOVIN’а.

*Константин Томильченко

— Для MELOVIN’а 17-е место на «Евровидении» — это все равно победа, — сказал Константин Томильченко. — Он молодец! Костя с достоинством выдержал напряжение, которым сопровождалось его выступление не только на самом конкурсе, но и здесь, в Украине. Он спел в Лиссабоне достойно и харизматично. Однозначно, Костя был персонажем, который выделялся на фоне остальных участников.

Читайте также: По результатам голосования телезрителей MELOVIN занял на «Евровидении» 7-е место

— Какое место вы ему прогнозировали?

— Я думал, что Костя войдет в десятку. Если судить по зрительскому голосованию, то «семерка» и есть объективное отражение того, насколько понравился его номер. Что касается профессионального жюри, то я не знаю, по какому принципу они выставляли баллы. Понятно, за что голосует зритель, а судьи… Может, им было мало развития в вокале. Одно могу сказать наверняка — мнение жюри никогда не совпадает с мнением зрителей.

— Говорят, победа израильтянки во многом связана с ее активной раскруткой до конкурса.

— С точки зрения пиара и того, как надо преподносить зрителю артиста, тут израильтяне, конечно, оказались лучшими. Сейчас такая раскрутка становится одним из решающих факторов на подобных конкурсах.

— Чья была идея постановки номера MELOVIN’а?

— Она принадлежит Косте. Мы лишь ее «разукрасили», трансформировали, попытались сделать более сценически интересной. Но кардинально ничего не меняли. Я прислушался к мнению Кости, понимая, что он так чувствует и видит. Мне надо было лишь не испортить номер.

Читайте также: MELOVIN попытался в шутку «укусить» ведущую «Евровидения-2018»

— MELOVIN очень эффектно появлялся из рояля!

— Рояль был моей идеей. Мы хотели связать историю постановки с музыкой. Если помните номер MELOVIN’а на национальном отборе, то рояль там появлялся в самом конце. Мы же хотели сделать завершенную историю. MELOVIN выходил из инструмента, а затем сгорал в своей страсти к музыке. Такое шоу, в котором было что-то мистическое. Костя очень хотел театральности на сцене. И это получилось. Мы остались довольны номером. Хотя до конца ту картинку, которую должны были получить, не увидели.

— Вы имеете в виду количество огня?

— Не только. Кстати, португальские подрядчики категорически отказывались делать огонь высоким, ссылаясь на технику безопасности. Хотя мы рассчитали все до миллиметра. Нам стоило невероятных усилий, чтобы огонь все-таки был нужной силы. И тем не менее огня на ступеньках оказалось недостаточно для восприятия номера, поэтому мы добавили его языками пламени на заднем плане.

— В этот раз на «Евровидении» было достаточно исполнителей, которые выходили вообще без постановок.

— Постановки — это достаточно дорогое удовольствие. Все дело в бюджете. Кто-то просто не хотел вкладывать деньги, но были и такие, кто переусердствовал с постановкой. Как, например, Финляндия. У них было вращающееся колесо, инсталляция. У Мальты — экраны, пиротехника, танцоры. За всем этим было сложно расслышать песню. Вот у представительницы Израиля была хорошая, «клиповая» картинка. Но певица сама по себе интересный персонаж, за которым хочется наблюдать.

— Как вам выступление представителя Беларуси Никиты Алексеева?

— К сожалению, он очень переволновался и это было роковой ошибкой. Его номер для «Евровидения» мне показался немного тяжеловат. Зрители «Евровидения» не хотят задаваться вопросами, о чем постановка. Им нужна просто «фишка», которая будет связана с песней. Европейцы в таком формате не желают заморачиваться. Или, в противном случае, должен быть четкий посыл, как это было у Джамалы.

Читайте также: Провал на «Евровидении» представителя Беларуси прокомментировал его продюсер

— Чьи номера вам понравились?

— У шведа был легкий, лаконичный, стильный номер. По съемкам мне понравилась Болгария. Что касается датчан, то у них настолько сильная песня, что я бы не делал постановки вообще. Достаточно было на сцене поющих «викингов» с горящими глазами. Что касается Кипра, то для меня это был вторичный номер. Да, певица сексуальна, красива, гармонична, но без новшеств. Если бы я не знал постановки Бейонсе, мой восторг был бы больше. Но, надо признать, у Кипра было «вкусно».

— Вы делали постановку победного номера Джамалы. Чувствовалась разница в подходах к организации конкурса в Швеции и Португалии?

— Я понял, что на «Евровидение» надо ехать с раскадровкой номера, как это было с Джамалой. Это значит, что режиссеры конкурса уже понимали, как будет выглядеть постановка участника, графика. Это упрощает работу операторов. В случае с MELOVIN’ом мы так не сделали, и нам было сложно добиться нужных ракурсов. Режиссер не особо вникал в суть номера. А ведь это телевизионный конкурс, где песня воспринимается через камеру. Изначально мы полагали, что в Лиссабоне будет работать традиционно шведская или немецкая команда режиссеров и операторов. Оказалось, что это португальские режиссеры, которые чаще всего снимали политические шоу. Это люди, привыкшие снимать статичными камерами. С другой стороны, когда мы ездили с Джамалой, там сложнее было что-то поменять. Здесь же мы в конце концов добились того, что хотели.

— Сколько у вас было репетиций?

— Всего две — полчаса и двадцать минут. Катастрофически мало! Это было больше похоже на прогоны, когда менять что-то было просто невозможно. В первом режиссерском варианте номера MELOVIN’а, который португальцы делали со статистом, а потом выслали нам, Кости вообще не было видно на сцене 40 секунд! Хотя мы четко написали, чего хотим. Когда мы приехали, то начали менять все в спешном порядке. Речь шла о первых кадрах, когда MELOVIN «вырастает» из рояля. Это была наша «фишка».

— Вы везли с собой декорации?

— Да. Рояль и подъемный механизм производились силами СТБ. За десять дней до начала конкурса все это уехало в Лиссабон, и поработать в Киеве с декорациями мы не успели. Репетировали «с колес», в Лиссабоне. Но Костя справился, и в этом еще один его большой плюс как артиста.

Ранее «ФАКТЫ» писали, что известный украинский продюсер в шоке от результатов «Евровидения».

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Читайте также
Новости партнеров

— Не знаю, что хуже — то, что муж написал: «Давай расстанемся», или то, что через две минуты прислал другую sms-ку: «Извини, это не тебе»?